Стать Магом
Шрифт:
— В смысле по какому? — задал новый вопрос лысый, которого я своим вопросом, если судить по его выражению лица, знатно озадачил.
— Не обращайте внимания, — отмахнулся я, поняв уже, что сморозил какую-то дичайшую глупость, — так что вас интересовало?
— Имя, родовое имя, титул, — взяв себя в руки, вновь поинтересовался лысый.
Я ненадолго задумался, вспомнив свои недавние рассуждения на тему того, что выдавать себя за аристократа может быть очень чревато. Особенно, если я встречу другого, настоящего. А этот самый виконт никем иным кроме как аристократом быть не мог. Все при нем: и дорогая одежда, и шпага, и породистая морда, доставшаяся в наследство от череды не менее породистых предков. Так что глупо было представляться бароном фон Шурриком,
— О чем вы, господа? Какой титул? Какое родовое имя? Я простой купец из Вохштерна.
— Ага, — хмыкнул виконт, — а что у тебя, позволь поинтересоваться, на поясе делает шпага, раз ты простой купец? Неужто ты не знаешь, что это оружие исключительно благородного сословия и остальному люду запрещено ими владеть? Неужто ты на кол захотел?
— Н-нет, — совсем растерялся я, ошеломленный напором и быстротой, с которой меня вывели на чистую воду.
— Ну раз нет, то давай, отвечай на вопросы пречистого Амьена. Или я прикажу Логусу тобой заняться. И тогда мы быстро поймем кто ты такой.
Я мысленно выругался. Ну надо же было так глупо попасться! Вот что мне стоило сообразить оставить эту ковырялку в кустах? Знал же об этом дурацком законе. Одежда что? Дорогая одежда не только у благородных встречается. А вот шпага нет. Но ладно, сокрушаться о своей глупости буду позже. Если удачно выпутаюсь из передряги. Сейчас же нужно что-то говорить. Причем, как можно скорее. Вон как недовольно начинает хмуриться этот самый Амьен. Но вот называться фон Шурриком по-прежнему не хотелось и все тут. Поэтому не придумал ничего умнее, чем ляпнуть первое, пришедшее на ум имя:
— Итан. Меня зовут Итан фон Мормах.
Слышали поговорку про слово, которое не воробей? Так вот, только сейчас я осознал всю ее мудрость и глубину. Нет, ну это надо же было такое ляпнуть! А вдруг они этого Мормаха в лицо знают? Что тогда? Да и опять же — мой план, по которому трое молодых повес исчезли где-то на полпути к Фарвису летел ко всем чертям.
Мои гости, услышав имя, которым я представился, тут же подобрались будто стая гончих, а пречистый Амьен, переглянувшись с виконтом, задал новый вопрос:
— Вы как-то можете это подтвердить?
Знаете, говорят, что когда человек тонет, то он готов ухватиться за любую соломинку. В моем случае подобной соломинкой оказался тот самый защитный амулет, снятый с тела мертвого Итана. Я уже понимал, что ввязался во что — то очень нехорошее, но до последнего пытался выпутаться.
— Только это, — сказал я, доставая из-за пазухи тот самый амулет, эксперименты над которым не позволили мне вовремя свалить, избежав вот этого, совершенно лишнего в моем случае, разговора.
Вы когда-нибудь делали что-то настолько глупое, что даже сорок третий президент США, прославившийся своим не особо развитым интеллектом, мог хлопнуть себя по лицу и сказать что-то вроде: «Ну-у-у, тупо-о-ой»? И еще так головой покачал бы из стороны в сторону, для пущего эффекта. Если да, то вы поймете мои чувства, когда я осознал какую глупость только что сотворил.
Нет, никто не отдавал никаких команд, не хватался за мечи, не пытался заломить мне руки. Но что лысый, что виконт вновь стали походить на готовых броситься в погоню ищеек. Уверен, что будь у них хвосты, то они сейчас бы исступленно, в нетерпении, в предвкушении славной охоты дергали бы ими из стороны в сторону. Но эти двое были людьми, причем судя по всему, людьми далеко не простыми. Поэтому, очень быстро взяли себя в руки. Но не так быстро, чтобы я не заметил и не смог понять этого их намерения.
— Да, думаю эта вещь вполне сойдет за доказательство вашей личности, — совершенно спокойным, я
— Итан фон Мормах, волею эдикта первейшего всечистого собрания «О магии, магах и магических конструктах» вам надлежит немедленно прибыть в город Фельзен, что в Фельском графстве, — сухим, насквозь официальным тоном, заявил пречистый Амьен.
— Как я понимаю, — с легкой усмешкой, так как тоже уже успел справиться с накатившим на меня беспокойством и решив отложить самобичевание на потом, поинтересовался я, — вы и ваши люди лично собираетесь проводить меня до этого замечательного города?
— Вы все правильно понимаете, баронет, — вернул мне улыбку, ставший намного более вежливым и от этого казавшийся еще более опасным, виконт.
— Но я, знаете ли, не один путешествую, — начал тянуть время я.
— Да, мы в курсе, — кивнул аристократ, — вы путешествуете в компании вашего брата и кузена. Но к ним ни у милорда фон Фельска, ни у Круга вопросов не имеется. Так что они смогут продолжить свой путь, либо дождаться вас в ближайшей деревушке. Кстати, а где они?
«В ближайшей речушке ждут меня», — мысленно хмыкнул я, но в слух ответил:
— Мы поссорились, поэтому они уехали вперед, а я решил немного задержаться, передохнуть. Думаю, что они ждут меня в следующем поселении.
Да, так себе отмазка, но что делать? Не признаваться же в самом деле, что никакой я не Мормах, а всех троих породистых щенков я сначала зарезал, а потом утопил?
А вообще, интересно, что же такого они натворили, что за ними целый отряд гнался? И, судя по общему запыленному виду бойцов и виконта, уже довольно давно. Или это они такие из-за того, что спешили? Скорее второе, так как слышал я про этот Фельзен. Не так уж он и далеко отсюда находился. Днях в пяти неспешного конного хода. Он, кстати, был одним из городов, которые я планировал посетить на своем пути и одним из тех, где я, возможно, хотел бы осесть на долгое время. Только вот из-за того, что находился он рядом с рекой и приречным трактом и был хоть и крупным, но все же не столичным городом, то в моем импровизированном «списке куда бы понаехать» занимал далеко не самое высокое место. Я бы скорее предпочел условный Фельск, так как он был столицей графства, в котором я сейчас находился, а в столице, как все знают и солнце ярче светит и бомжи меньше пахнут. К тому же, Фельск был расположен очень сильно в стороне от приречного тракта, а следовательно — в стороне от моего потенциального местонахождения. Если меня, конечно, хоть кто-то преследует.
— Пусть так, — пожал плечами виконт, сделав вид, что поверил в мою откровенно детскую отмазку, — собирайтесь, баронет.
— Погодите, — попросил я, продолжая ломать комедию, — а что они подумают? Куда я подевался? Они же будут переживать за меня. Решат, что я попал в бандитскую засаду или еще что. И перевернут все ближайшие деревни вверх ногами.
Весь внешний вид что аристократа, что этого странного недокришнаита так и кричал насколько же им плевать на то, что подумают какие-то пусть и благородные, но все же сопляки. Но, похоже, мой последний аргумент оказался для них довольно весомым. Видимо, они прекрасно знали, что способны натворить два благородных юнца в чьей крови бурлят гормоны пополам с алкоголем, к тому же, если эти юнцы вооружены железной ковырялкой. Нет, вряд ли они кого-то серьезно покалечат или даже убьют, но девок перепортить могут изрядное количество, а их парням накостылять, дабы не лезли, когда господа развлекаются. А те ведь не удержатся. Полезут в драку. И уж тут совершенно не важно прибьют ли дерзких щенков, либо просто косточки пересчитают, один черт, для простого человека, серва или раба, если тот посмел ударить благородного наказание тут одно — виселица. Хотя нет, я не прав, если крестьянские парни прибьют таких любителей позадирать юбки селянкам, все будет намного хуже. Тогда обиженные родственники и всю деревню могут под нож пустить, а если хозяин не позволит, то тут и до конфликта между аристократами недалеко. А от подобных конфликтов кто больше всех страдает? То-то и оно!