Стать Магом
Шрифт:
Горы давненько уже остались позади, так что местность тут хоть и была холмистой, но вполне проходимой. Холмы, к тому же, скрывали нас с Ромчиком от ненужных взглядов со стороны тракта.
Не знаю, хитрый ли маневр тому виной, либо моя удачливость, но до вечера нас так никто и не нашел. И следующим днем тоже.
К вечеру третьего дня, с момента побега, я набрел на небольшую деревушку свободных крестьян. Зайти в нее не решился, так как не хотел привлекать к себе лишнее внимание. Зато, не поленился стащить с подворья самого зажиточного из домов вывешенную для просушки одежду. Хотел, было, все-же оставить пару серебрушек в качестве оплаты, но здравый смысл
Примерно так, как я обрадовался, когда обнаружил, что собаки меня не чуют пока я укрыт заклинанием маскировки. Правду говорят, что дураков боги любят. Вот и меня, похоже, тоже любили. Мог ведь догадаться, что не может не быть собак в таком вот поселении, стоящем на отшибе местной цивилизации. Честное слово, чуть портки не намочил, когда едва не наткнулся на местного бобика, мирно сопящего неподалеку от того места, где я серебро засевал. Хорошо еще, что монеткой в голову ему не прилетело. Вот был бы номер…
К сожалению, мои приключения на этом инциденте той ночью не закончились. Да, собаки не чуяли меня в маскировке, а вот волки Ромчика вполне. Вернувшись к тому месту, где оставил конягу, я застал его дрожащим от ужаса в окружении десятка блохастых тварей, вот-вот планирующих устроить себе лошадиное барбекю. Пришлось пускать на барбекю самих шерстяных волчар. К счастью, достаточно было поджечь морду вожаку, вложив в огнешар самый минимум силы, для того, чтобы шавки разбежались кто-куда.
Похлопав по спине все еще дрожащего и потного как стриптизер, которому вскоре предстояло выступать на вечеринке «Кому За…», Ромчика я зашептал ему на ухо какую-то успокоительную чушь. Подлечил. И, дабы полностью успокоить конягу, сунул ему в рот морковку, честно украденную во все том же многострадальном огороде. Морковка была грязная, но Ромчику было фиолетово, он их любил настолько, что готов был жрать в любом виде и количестве.
Этим вечером мы прошли еще несколько километров и устроились на ночевку неподалеку от небольшого ручейка, петляющего между холмами. Тут же я, наконец, смог взяться за давно напрашивающееся занятие — настройку заклинания обнаружения.
Провозился до поздней ночи, но все же смог понять за что отвечают еще несколько блоков в связке. Но, наученный предыдущим горьким опытом, уже не пытался экспериментировать наобум. Становлюсь мудрее, получается.
Утром я переоделся в тряпки, украденные в поселке, и мы направились дальше. Не скажу, что я стал менее заметным, как ни крути, но всадников в этих краях не так уж и много. Но менее подозрительным — точно.
Без шпаги на боку, одетый в крестьянские тряпки, я уже не походил на богатенького щеголя. А именно такого и ищут мои преследователи. Вряд ли они догадаются, что настоящий (хе-хе) аристократ опустился до такого примитивного обмана. Нет, насколько я успел понять этих господ, мало кто из них бы решился притворяться крестьянином, имея кучу благородных предков за спиной. Уж точно не малолетний аристократ, для которого честь рода была важнее жизни. Для таких, как он, скрывать свою сущность — это настоящий позор.
Так я думал. Поэтому-то и решился выехать на дорогу. Ну как дорогу. Скорее, очень широкую тропинку, ведущую куда-то от того самого поселка, в котором я шуровал ночью.
Тропинка вскоре вывела нас с Ромчиком на перекресток. Никакого камня рядом не оказалось, да и мы с моим конягой на богатырей не тянули совершенно. Поэтому,
Вскоре мы добрались до следующего поселка, мало чем отличавшегося от предыдущего. Тут я решил не скрываться, тем более что запасы у нас с Ромчиком уже подходили к концу. Сторговались с местным старостой достаточно быстро, правда пришлось платить медью, так как серебро могло насторожить поселян.
Представился я сыном кузнеца одной из деревенек, которого батя отправил в Вохштерн по делам. А я мол, решил, что через леса будет быстрее, да и заблудился. И вот, теперь пытаюсь найти дорогу обратно на тракт. Чушь, конечно, но местные поверили. Ну, или, что скорее всего, просто сделали вид. Как бы там ни было, но куда какая дорога ведет и чего можно в этих местах ожидать, местный староста мне все же объяснил.
Деревушка стояла в небольшом тупичке, так что нам пришлось возвращаться на перекресток и там двигаться по той дороге, что вела прямо. Периодически, от основной тропы отделялись тропки поменьше. Но мы туда не сворачивали, так как там находились поселения сервов, которым самим жрать было нечего.
В следующий свободный поселок мы тоже заезжать не стали, объехав его лесом. Хотелось, конечно, заночевать в тепле, по-человечески, да если еще повезет, то и крестьяночку какую сговорчивую повалять на сеновале. Но было нельзя. Пока я не удалился на достаточное расстояние от приснопамятного постоялого двора, никаких излишеств.
Я и в предыдущую деревню только потому заглянул, что передо мною замаячил призрак голода. Ромчику-то пофиг, пока лето, он и травкой перекусить может (и перекусывает при каждой удобной возможности, скотина) а у меня такой возможности нет. Не охотой же пропитание добывать, в самом-то деле. Тем более, что я так до конца и не разобрался с заклинанием поиска. А никаких других способов добыть зверя я не знал.
Вот и приходилось, подобно партизанам, пробираться околицами и подлесками. Правда, это касалось только деревень. По дорогам я ехал со всей возможной скоростью, справедливо решив, что если еще и там буду красться, то хрен когда отсюда выберусь.
Вот таким образом я и кочевал по местным холмам, лесам и перелескам (полей тут было на удивление мало) еще целых четыре дня, пытаясь вернуться на приречный тракт.
Уже на подъезде к нему меня внезапно осенила мысль, что одежда, конечно, хорошо скрывает мою псевдо-аристократичность, но для наблюдательного взгляда, подобной маскировки может не хватить. А значит что? Правильно! Нужно сделать меня неузнаваемым настолько, насколько это вообще возможно в моем положении.
По поселку, что попался мне на пути, было сразу видно, что живут здесь люди, если и не богатые, то зажиточные точно. Крепкие каменные дома с резными ставнями. Вместо соломы крыши укрыты дранкой. Крепкий частокол вокруг деревни и крепкие же заборы внутри четко показывали, что местные селяне крепко стоят на ногах и себя лишний раз обидеть не позволят. Такие люди за время путешествия попадались мне уже не раз и мне всегда нравилось с ними иметь дела. Не было в них раболепия перед вышестоящими (хотя уважение выказывать в мою бытность аристократом они все же не стеснялись), не было ненужной и пустой мелочности. Они, как правило, знали цену и себе и своему времени, и своему слову. Так что я ничуть не раздумывал, въезжая сквозь распахнутые воротные створки внутрь поселка.