Старые долги
Шрифт:
– Нет, ну как же можно - гостей в лесу держать!
– протянула старейшина.
– Примем в лучшем виде - накормим, напоим...
"...И спать уложим", - про себя добавила Лесли. Зная, как Дженет заботится о демографии родного поселка, она почти не сомневалась,что ответ будет именно таким - равно как и в том, что постели ребят не останутся в эту ночь одинoкими, а через девять месяцев в нескольких домах поселка, быть может, появятся младенцы.
***
Дженет как-то обмолвилась,что в начале существования поселка бывали случаи, когда
Кончалось это, как выразилась все та же Дженет "полетом коленом под зад" - то есть изгнанием обнаглевшего мачо.
Вот так и получилось, что в поселке жило больше пятидесяти женщин - и ни одного мужчины. Тем не менее, природа брала свое и дети в поселке рождались - их отцами становились случайно забредшие в поселок охотники на змей, маркетиры и просто путники.
Мужчина обычно не знал о возложенной на него "миссии" - в его глазах все выглядело как мимолетный роман: короткий флирт (инициатива, как правило,исходила от женщины), ночь, проведенная вместе, и поцелуй на прощание...
***
– Так что сходи за ними, - продолжала Дженет, – а хочешь - съезди, мы тебе коня дадим. пока ты туда-сюда обернешься, мы как раз и для зал торгов приготовим.
– Съезжу, – кивнула Лесли. – Только... ещё бы одну вещь обсудить надо. – Выразительно повела на арриэтт глазами: "Убери ее!"
– Хетти, - мгновенно сообразила старейшина, - сходи на конюшню, попроси, чтобы для Лесли коня заседлали. Или... знаешь, поезжай-ка ты с ней - покажешь короткую тропу.
– Хорошо, тетя Джен, - кивнула девушка и вышла.
– Ты что,действительно ее тетя?
– недоверчиво спросила Лесли.
– Да нет, – мотнула головой старейшина. – Просто мать рано умерла, мы ее все вместе растили - вот она и привыкла меня тетей звать. Да,так о чем ты со мной хотела поговорить?
– Помнишь, я когда семь лет назад приходила сюда, была с мужчиной?
– С этим... слабоумным? Конечно, помню!
– Вы тогда у меня его на ночь одолжили...
– Если совсем точно,то не то чтобы одолжили - заплатили честь по чести: кожаными штанами и расивым ярко-алым свитером. Но куда важнее были тогда для Лесли хорошие отношения с Дженет, да и казалось, ну что тут особенного - плохогo же ему ничего не сделают! Хоть и не лежала у нее душа к этой сделке...
– И ты что - хочешь знать, кто родился?!
– Сказано это было с понимающей ухмылкой.
– Нет-нет-нет!
– Лесли даже испугалась. – Я хочу... наоборот, я хочу, чтобы никто из ребят не узнал об этом!
– В ответ на вопросительно-насмешливый взгляд пояснила: - Он выздоровел, пришел в себя,и мы с ним уже шесть лет женаты. Но про то время, когда он... болел, он почти ничего
– Он что,тоже в этом отряде?!
– спросила Дженет.
– Нет, ты что - он дома, в Лоридейле. Но город маленький...
– Ладно, не беспокойся - я предупрежу девочек. Что ты сегодня будешь брать?
Лесли поняла, что для старейшины поселка тема закрыта, и принялась перечислять:
– Продукты, стрелы и... ты не знаешь, у Джейнсис есть сейчас на продажу арбалет? Я бы купила,даже два!
***
Гарриэтт вбежала в кабинет через четверть часа, сообщила весело:
– Лошади готовы!
Эта девушка вообще предпочитала не ходить , а бегать , если же все-таки шла, то таким стремительным пружинистым шагом, что Лесли за ней еле поспевала.
Всем ее миром был поселок - за двадцать пять лет жизни она ни разу не отходила от него дальше, чем на полдня пути верхом. И, похоже, ее это вполне устраивало, потому что хоть она и расспрашивала Лесли о жизни в Лоридейле, но в тоне ее чувствовалось лишь любопытство - не тоска и не зависть.
Когда до лагеря отряда оставалось чуть больше полумили, Лесли решила удивить ее - остановила на прогалине лошадь и спросила:
– Ты собак боишься?
– Собак? – недоуменно взглянула Гарриэтт.
– Я... нет, наверное.
Соскочив с седла, Лесли свистнула, громко и протяжно, ладонью "пригибая" звук к земле. Это означало призыв, общий сбор стаи.
Если бы они были на пустoши, собаки наверняка уловили бы ее свист мили за две, но в лесу... честно говоря, самой было интересно - услышат ли?!
Подождав немного, свистнула второй раз.
– У вас собака есть?
– догадалась Гарриэтт. – Вы ее сейчас зовете?
– Да. Стая. Всегда была - я их просто в поселок обычно не брала, – лаконично объяснила Лесли, прислушиваясь даже не ушами - всем телом,и, уловив легкое подрагивание почвы, сунула девушке повод своей лошади: - Подержи-ка.
Шагнула вперед - успела вовремя, еще секунда - и собаки cтремительно вылетели из кустов и заплясали вокруг нее, подныривая под расставленные руки и толкаясь в колени. Лесли похлопывала и поглаживала все, что попадалось под руку - мохнатые бока и шеи, растянутые в зубастой улыбке морды.
Мельком оглянулась - Гарриэтт смотрела на них вытаращенными глазами, в которых плескалась смесь ужаса и восторга, встретившись с Лесли взглядом, спросила очевидное:
– Это и есть ваши собаки?
– Да.
– Я таких только на картинке видела! У нас была собака - пудель, беленький, но эти такие большие! А потрогать... погладить можно?
– Дана, подойди, познакомься.
– Лесли показала рукой,и собака подошла к Гарриэтт, опустив голову и виляя хвостом. Девушка осторoжно погладила ее и со счастливой улыбкой пискнула:
– Ой, какая она мягкая!
***
Когда они подъехали к развалинам у озера, ребята даже не сразу их заметили - так все активно отдыхали: кто купался, кто загорал; Шон с Клэнси в одних трусах сидели на мостках с удочками, а сам Дрейк, в штанах, нo без рубашки, лежа на животе, изучал разложенную перед ним карту.