Стань моей
Шрифт:
— Не соглашусь, — сказала она, и в уголках губ мелькнула улыбка. — И теперь я вся смущенная, представляя, что именно ты хочешь со мной сделать. — Она хихикнула, щеки порозовели. — Давай тогда заключим сделку?
— Ладно. Слушаю.
— Мы можем быть друзьями. Мне нравится проводить с тобой время, пусть даже просто как друзья. Я не буду настаивать на большем, если ты этого не хочешь. Но, пожалуйста, не избегай меня — это больно.
В груди сжалось.
— Я эгоистичный ублюдок, — сказал я. — Держался подальше, потому что боялся сорваться, перейти грань. Ведь это уже почти случалось.
Она кивнула, улыбнувшись:
— Я могу с этим жить. Значит, завтра мы идем на воскресный ужин к моему отцу вместе? Не будешь больше настаивать, что поедешь отдельно, учитывая, что мы живем по одному адресу?
Да, последние пару воскресений я именно так и делал — говорил, что встретимся там, и выезжал из дома родителей. Избегал ее у Кэпа, потому что, если бы он понял, как сильно я хочу его дочь… всё, конец. Этот человек был для меня как второй отец, и я не мог предать его доверие. Ну, кроме как в своих фантазиях. Черт, он даже Расти терпеть не мог за то, что тот флиртовал с его девчонками, а ведь Расти хотя бы был их ровесником. Джек Томас точно не хотел, чтобы его дочь крутила с взрослым мужчиной с двумя детьми.
И правильно делал.
Я бы и сам не пожелал такого своим девочкам.
— Ладно. Мы друзья.
— Хорошие друзья, — уточнила она, голосом полным лукавства.
— Пусть будет так.
— Друзья проводят время вместе. Почти все мои школьные подруги уехали из Хани-Маунтин, а те, что остались, только и делают, что бухают по барам. Это не мое. Так что мне нужен новый лучший друг.
Я рассмеялся:
— Меня еще никогда не называли «лучшим другом». Но если тебе от этого веселее, я готов нарушить пару правил.
— Это делает меня счастливой, Джейс Кинг.
— Тогда я весь твой, Солнышко.
9 Эшлан
— Так ты когда-нибудь был влюблен в Карлу? — спросила я, отпивая ледяной чай. С утра я проснулась голодной, и после нашего разговора о дружбе уговорила Джейса позавтракать вместе в кафе Honey Mountain. Мы ведь друзья, в конце концов.
— Вот черт, ты не из тех, кто ходит вокруг да около, да? — произнес он после того, как проглотил, кажется, самый огромный кусок панкейков, какой вообще может влезть в человеческий рот.
— Я знаю, ты не любитель разговоров, но когда у тебя четыре сестры, разговоров хватает на всю жизнь. А если мы собираемся дружить, нужно узнать друг друга получше. Я, конечно, знаю базовые вещи — мы знакомы уже много лет, — но всё это поверхностно.
Я слышала, что он сказал утром, и уважала его решение. Хотя, если честно, не соглашалась с ним. Но, зная, что он хочет меня так же, как я его, я ощутила хоть какое-то спокойствие. Так что я возьму то, что он предлагает. С крупицей надежды, что всё может измениться.
Мне он нравился.
Очень.
Мне нравилось быть рядом, слушать, как он говорит, как смеется. Я знала — он делает это нечасто. И потому каждый его смех казался подарком.
Он сделал глоток апельсинового сока и шумно выдохнул:
— Нет, я не был влюблен в Карлу. И вообще не уверен, что когда-нибудь был влюблен. Было влечение, было безумие. И мне
— Она всегда такой была? Всё время, что вы были женаты?
Он задумался, откусив бекон:
— Нет. Совсем плохо стало ближе к концу. Но и в хорошие времена особой радости не было. Были отдельные моменты. Она какое-то время правда старалась — незадолго до того, как забеременела Хэдли. Я дурак — должен был понять, что это ненадолго. Но тогда я хотел, чтобы всё получилось. Ради девочек.
— Понимаю. Ты просто хотел, чтобы у них была нормальная семья.
— Да. Я ведь с этим вырос. Родители до сих пор влюблены друг в друга, как подростки. Всю жизнь думал, что у меня будет так же, а в итоге получил полную противоположность. Но не всем везет, правда? У твоих родителей было это счастье, а у многих нет. Я не жалуюсь. У меня есть мои девочки. Да, это не тот сценарий, что я представлял, но я сам всё устроил, так что принимаю как есть. Молодой был, дурачился, думал, последствий не будет. Но, знаешь, ни о чём не жалею.
Мне стало больно за него.
— То есть ты правда думаешь, что теперь не заслуживаешь счастья? Только потому, что с Карлой не сложилось? Ты можешь быть прекрасным отцом и при этом жить своей жизнью, Джейс.
— Правда? Ты вообще видела мою жизнь, Эш? Я работаю на двух работах. Одна забирает меня на полнедели. Когда я дома — я занят детьми. Пока другие пьют пиво и ужинают в барах, я чищу зубы и купаю малышей. И мне это нормально. Я люблю своих девочек больше жизни. Но не представляю, как вписать туда еще кого-то. Да и не хочу путать Пейсли и Хэдли. Они и так прошли через многое. Всё работает так, как работает.
— А когда ты отдыхаешь? Просто веселишься? — спросила я. Мне хотелось спросить про другое — про секс, про женщин, — но я не знала, как подступиться.
Хотя… мы же друзья, правда? Он постоянно спрашивал меня про хоккеиста. Почему бы мне не поинтересоваться его личной жизнью?
— Я справляюсь, — усмехнулся он.
— Ты вообще встречаешься с кем-нибудь? Понимаю, ты не приводишь женщин к девочкам, но ведь… ну… у тебя же есть потребности.
Он фыркнул:
— Черт, ты чертовски милая, Солнышко. Переживаешь за меня, да?
— Переживаю. И вообще, это то, о чем друзья могут говорить. Можешь спрашивать меня о чем угодно.
— Да? — Он сделал глоток кофе, наблюдая за мной.
— Конечно. Я открытая книга для своего лучшего друга.
Он кивнул:
— Ладно, тогда что стало с тем парнем, которого ты привела на семейную вечеринку? Харри? Хэнк?
— Генри, — рассмеялась я. — Мы встречались пару месяцев. Но я поняла, что не вижу будущего, и рассталась с ним после выпуска.
— Он, кажется, был без ума от тебя, — поднял он бровь.