Стальной мотылек
Шрифт:
— Жара какая, а он без кепки. Знаешь, что такое солнечный удар?
— Какой солнечный удар? Ты его ударил. Я же видела, как ты его ударил! — Она вроде бы возмущалась, но глаза восторженно сияли.
— Да нет, он сам.
— Только вот не надо ля-ля!.. А ты что, приревновал меня? — расплылась в самодовольной улыбке Инга.
— Еще как.
— И ударил этого из ревности?
— Выходит, что так…
— А кого ты из ревности убил?
— Никого. Обвинения сняты. Но ради тебя кого угодно убью, можешь
Он обнял и привлек Ингу к себе. Хорошая она девушка, а ему давно уже пора остепениться. Может, сделать ей предложение? Узнать ее лучше и сделать. А почему бы и нет?
Глава 30
Суббота, выходной день, серьезных дел, как назло, нет — занять себя нечем. А на мелочь разменивать выходные неохота, поэтому Антонина приехала в дом, который она хотела бы считать своим. Может, и нет уже той невероятной любви к Радику, от которой она сгорала изнутри, но этот дом остался. И принадлежит он ей по закону.
Охрана на месте, и ворота в дом открылись без промедления. Парень у караулки какой-то незнакомый, но это не удивительно. Охранная фирма Скачкова по-прежнему работает, новый начальник меняет людей, как ему вздумается. Не важно, кто в смене, главное, чтобы дом охранялся. Вот если бы Антонина здесь постоянно жила, тогда бы она сама бы отбирала людей…
Дом у Радика огромный, Инне Сергеевне приходится работать в режиме электровеника, чтобы содержать его в чистоте и порядке. Она здесь одна за всех, но именно такой вариант ее больше всего и устраивал. Не хотела она делить дом с другой прислугой, и Радик ей в этом потакал.
Чисто в доме, уютно. И тихо, как в могиле.
— Инна Сергеевна! — позвала Антонина.
Дверь в дом открыта, а экономки нет. Может, лежит в своей комнате? Она еще не старая, но уже и не молодая. Может, сердце отказало.
Два часа назад все было в порядке. Антонина звонила ей, сказала, что приезжает.
— Инна Сергеевна!
— Ну, чего разоралась! — донеслось вдруг из-за спины.
Голос женский, но не знакомый. Она обернулась и увидела красивую девушку примерно одного с ней возраста. Яркая, эффектная, стильная. И страшная в своем гипнотическом обаянии.
Антонина сразу узнала в ней Альбину. Волосы цвета воронова крыла, смоляные брови, черные пронзительные глаза. И сама вся в черном, и в душе у нее тьма непроглядная.
— Где Инна Сергеевна? — испуганно пробормотала Антонина.
— Спит Инна Сергеевна, — приложила палец к губам красотка. — Не надо ее будить.
— Что ты с ней сделала?
— С ней — ничего. А с тобой — сделаю.
— Ну, конечно!
Только сейчас Антонина вдруг вспомнила, что когда-то занималась тхэквондо. Она сейчас в штатском, и не юбка на ней, а белые брюки из мягкой эластичной джинсы. Эти брюки не очень стесняют движения.
— Что, конечно?
— Вы
— Надо же, настоящую фамилию узнали! — усмехнулась Альбина.
— Мы все про вас знаем, гражданка Зарубская. И где вы сейчас находитесь, нам известно.
— Кому известно? Только тебе, цыпа, и известно… Раздевайся!
— Что? — оторопела от такой наглости Антонина.
— Жарко в доме, раздевайся.
— Не жарко.
— Все равно, раздевайся.
— Вы арестованы, гражданка Зарубская!
Антонина шагнула к Альбине, протянула к ней руку, чтобы взять за плечо, но ударила ногой. Быстро ударила и внезапно.
Сначала ногой в живот, а затем, когда Зарубская сложится пополам, надо будет ударить ее кулаком в район шейных позвонков.
Но Альбина не сложилась пополам. И даже удар не пропустила. Она блокировала ногу, которая вдруг резко и высоко задралась вверх. Почва стремительно ушла из-под опорной ноги, и Антонина оказалась на полу. И еще больно ударилась затылком. Сознания она от этого не потеряла и даже попыталась подняться. Но Альбина ударила ее пальцами в шею, и голова с треском выключилась.
В себя Антонина пришла под прозрачной крышей над бассейном. Она полулежала в шезлонге, символический купальник на ней. Тот самый, который она надевала только для Радика. А сейчас ее слегка прикрытыми формами любовалась Альбина. Она сидела в шезлонге напротив с бокалом в руке, из которого неторопливо потягивала коктейль. И она была в купальнике.
Верхние окна сняты, по павильону гуляет легкий теплый ветерок, в бассейне бесшумно плещется прозрачная вода, наверняка комфортной температуры. Где-то неподалеку ходит охрана, которая могла бы помочь Антонине, а она чувствует себя пленницей. Идиотизм какой-то.
Затылок ныл, на шее пульсировала гематома после удара, под горлом стояла тошнота. Состояние ужасное, а настроение еще хуже.
Альбина с интересом разглядывала ее. Невозмутимость на лице, безмятежность. Но взгляд небеспристрастный.
— У тебя красивое тело. И приятное на ощупь, — сказала она, доставая из пачки тонкую сигарету. — Знаешь, а я понимаю Радика.
— Зачем ты меня раздела?
— А вдруг ты заразная?
— Что?!
— Ну «жучок» там или «клоп»… А ты что подумала?.. — усмехнулась Альбина.
Антонина вдруг уловила шевеление за спиной и вздрогнула от неожиданности. Повернув голову, она увидела парня в черной футболке и белых шортах. Федосова!..
Парень поставил на стол два бокала с «Мохито» — для себя и для Альбины, неторопливо пододвинул к столику кресло, сел, достал из кармана пачку сигарет и развязно посмотрел на Антонину.
Она едва сдержалась, чтобы не крикнуть охрану. Караулка с одной стороны дома, а крытый павильон с другой, но может, кто из охранников обходит территорию?