Сталки. Зима
Шрифт:
— Ксюня… Что?.. — срывающимся голосом спросила Лина, и из её глаз помимо её желания потекли слёзы.
— Она жива, но без сознания. Что-то произошло с ней там, на охоте… — стал объяснять велк, потихоньку уводя притихших подростков прочь от дома Ласа. — Но, скорее всего, нет ничего страшного: несколько дней — и всё будет в порядке. Правда, её дальнейшие походы в лес теперь окажутся под большим вопросом…
— Ксюня… — повторила Лина и, не сумев удержаться, разрыдалась, закрыв ладонями лицо.
Ксюня… Как же не вовремя… Теперь придётся ждать, когда она очнётся, чтобы с ней поговорить… а ведь… а ведь…
Вытирая
Если ей не повезёт, то у неё будут очень крупные неприятности. И у Омеля — тоже.
Часть 3. Воздействие: 3. Догадки
Деревня Сталочная, 30-й год после Звездопада, 56-й день зимы, через какое-то время.
— Ну как, что с ней? — взволнованно спросил Лас, глядя, как Зелма, осмотрев Ксюню, накрывает её одеялом.
— Что я могу сказать? — ответила разведчица, выпрямляясь и становясь лицом к молодым сталкерам и велку Нурсу, который незаметно вошёл в помещение во время осмотра. — Я не врач, но могу поклясться, что из видимых повреждений у Ксюни только царапины и синяки. Говорите, мут её отшвырнул, да?.. Тогда отчего она без сознания? От страха, что ли?..
— Она, кажется, головой об дерево при этом ударилась… — сказал Плющ. — Может, там что-то?..
— Хм, тогда это серьёзно… Я не специалист: на курсах меня обучали только первой помощи при угрозе жизни, при ранениях, а тут… — Зелма покачала головой. — Я, конечно, попробую выпросить у Миронова с базы врача, но не обещаю. В конце концов, здравоохранение не входит в сферу деятельности военных… Но почему всё так обернулось? Всё же нормально должно было пройти, как обычно… Разве что сверхспособность не сработала…
— Возможно, — сказал Плющ. — Кстати, Лас, помнишь, я говорил, что у меня в последнее время погоду предсказывать не получалось? А тут ещё и у тебя «дальновидение» не включилось… Не удивлюсь, если и у Ксюни была такая же беда… Меня одно напрягает: почему всё это произошло только сейчас — и в таком количестве? Ясно, что это не совпадение, а закономерность. Но чем она вызвана?..
— Давайте не здесь, — прервала его Зелма и подняла с пола контейнер с медицинским набором из груза гуманитарной помощи. — Продолжим позже — у меня. Ведь у стен тоже есть глаза, уши и — иногда — электронные сканеры. Но, надеюсь, сюда, на планету, последний продукт цивилизации ещё не добрался…
— Ты серьёзно? — спросил велк Нурс. — Подозреваешь, что нас могут подслушивать? Не только они, — он качнул головой в сторону двери, имея в виду оставшихся снаружи сталков, — но и кто-то ещё?
— Приходится допускать такую возможность. Если то, о чём мы с тобой сегодня говорили, — правда, то…
— Вы о чём? — тут же поинтересовался Плющ.
— Узнаешь. Пойдёмте, вы же не обедали, а разговор предстоит серьёзный…
Зелма направилась к двери, за ней потянулись Плющ и велк Нурс; Лас продолжал стоять около лавки, на которую положили Ксюню, и с каким-то тревожным и задумчивым выражением глядел на неподвижное тело подруги.
Разведчица обернулась, посмотрела на Ласа и сказала:
— Не волнуйся ты так: если она просто ударилась,
Юноша рассеянно кивнул и, тяжело вздохнув, пошёл к выходу. Подруга была для него важнее каких бы то ни было федеральных игр, разборок и непоняток. Он бы охотнее всего остался с ней… однако не хотел, чтобы все подумали, что он зациклился на Ксюне, оставляя их в стороне. Ему следует знать столько же, сколько и Плющу: друзья и соратники, как-никак.
* * *
— Ну что, куда теперь? По домам? — спросил Омель.
Они с Линой стояли на восточной окраине деревни, около дома Ласа, и наблюдали, как из строения выходят юноши, велк и Зелма; собравшаяся было толпа уже разошлась. Лина рвалась подойти, узнать, что там с Ксюней, но не решалась: хмуро-сосредоточенный вид сталкеров и разведчицы прозрачно намекал, что новостей нет и неизвестно, что им всем делать, — да и Омель на всякий случай держал её за руку, полагая, что после сегодняшнего это сделать он имеет право.
Лина проводила всех взглядом и кивнула, вздохнув:
— Придётся. После такого что-то веселиться не хочется — в смысле гулять и всё такое…
— И мне тоже. Хотя… если честно…
Омель принялся увлечённо изучать землю под ногами, когда Лина искоса посмотрела на него.
— Хочешь ещё? — спросила сталочка.
Если бы только Омель знал, какая борьба происходит внутри неё…
— А можно?
— Ладно, давай. Только недолго.
Две взявшиеся за руки фигуры побежали обратно к западной окраине.
* * *
— Ну и о чём вы с Зелмой сегодня говорили? — спросил Плющ, входя вместе с остальными в дом, где жила разведчица. — Небось о катастрофе «Би-202», да?
— И ничего-то от тебя не укроется… — пробормотала Зелма и села за стол, чтобы не говорить стоя.
Все последовали её примеру.
— Ну, выкладывайте, что там у вас случилось и как это всё связано, — сказала разведчица юношам.
Лас и Плющ переглянулись и вместе, дополняя и поправляя друг друга, рвссказали о неприятностях, настигших их на этой охоте. О том, как почему-то перестали работать их необычные умения и как Ксюня получила травму, пытаясь применить своё.
— …Только с чем это может быть связано? — закончил вопросом Плющ.
Какое-то время все молчали. Зелма и Нурс напряжённо думали, Лас и Плющ, глядя на них, ждали. Все понимали, что от ответа на этот вопрос будет зависеть очень многое.
— Скажите, а сверхспособности же у вас возникли после падения «Би-202», верно? — вдруг спросила Зелма.
Вопрос был риторическим: об этом ей рассказали в первые же дни после её прихода в деревню.
— Да, — сказал Лас. — А что?
— Кажется, я догадываюсь, в чём дело, — сказал велк Нурс и переглянулся с Зелмой: мол, мы думаем об одном и том же? — Обломки корабля (в частности, Труба) заразили всё здесь радиацией, которая, судя по всему, и вызвала всплеск паранормальных умений. А сейчас экологи дезактивируют лес, а вы туда ходили — вот и попали в зону с пониженным фоном. Вот и получилось…