Среди самцов
Шрифт:
— Хватит копаться в моих счетах! Я ясно выражаю свою мысль?
— Но они в ужасном состоянии…
— Ну и пусть, — нелогично сказала Сид. — Пусть все идет, как раньше.
Высказав, таким образом, свое отношение к деятельности Одетты, Сид принялась прохаживаться по комнатам, отмечая изменения, которые претерпело ее жилище. Одетта молча наблюдала за хозяйкой, чувствуя, что та пришла к ней не просто так, а для того, чтобы сбросить какой-то груз с души. Прежде чем исповедаться. Сид всегда вела себя очень агрессивно.
—
— Завтра прощальный вечер у Джун. Они с Джеем уезжают в Штаты, — сказала Одетта, сразу сообразив, откуда ветер дует. Если Сид предложит ей завтра поработать, она пошлет ее к черту — вот и все. — Я вам давно об этом вечере говорила, — добавила она.
К большому ее удивлению, Сид прямо-таки расцвела при этих словах.
— Разумеется, поезжай. Прощальный вечер все-таки… — Сид провела затянутой в кожаную перчатку рукой по новому подоконнику. — Назад можешь не торопиться. Я отлично справлюсь здесь со всем сама. Если хочешь, возьми машину. Я имею в виду джип.
Одетта вздохнула. Американский армейский джип времен Второй мировой войны был самым древним и ненадежным в техническом отношении экспонатом автомобильной коллекции Джоба. В нем было холодно, неудобно, но, что самое главное, через каждые двадцать миль в нем обязательно что-нибудь ломалось.
43
Пятница, когда должна была состояться прощальная вечеринка у Джун, выдалась на удивление ясной и солнечной. Джун крутилась по хозяйству уже с самого утра — помогала матери готовить угощение на двадцать человек. Из всех установленных в доме динамиков — а их здесь было не меньше дюжины — звучала бравурная, а главное, очень громкая музыка.
Джей тоже не сидел без дела и, как только поднялся, резал на кухне овощи. Джун металась между кухней и гостиной, отвечая на многочисленные телефонные звонки. По дому бродили собаки родителей Джун и, взволнованные всем происходящим, безостановочно лаяли.
В разгар приготовлений позвонила Эльза.
— Похоже, у меня ребенок идет, — выдохнула она в трубку.
— Кто едет? — крикнула Джун, которая ни черта не слышала из-за стоявшего в доме оглушительного шума. — Я его знаю?
— Мой малыш, дурочка! Я рожаю, понятно? — взвизгнула Эльза, после чего трубку у нее выхватил Йен.
— Как ты понимаешь, Джу, мы не сможем сегодня приехать. — У него был очень взволнованный голос. — На улице уже стоит машина, чтобы отвезти Эльзу в больницу. — В трубке послышался переходящий в протяжный вопль крик Эльзы. — Это моя супруга желает тебе хорошо провести сегодня время, — с минуту помолчав, добавил Йен.
— Спасибо. Желаю вам… — начала было Джун, но трубку на противоположном коние провода уже повесили.
Джун тоже повесила трубку и стала думать над тем, как лучше
Сопровождать Одетту на вечеринку к Джун вызвался не кто иной, как Джимми Сильвиан. Впрочем, «вызвался» — было не совсем то слово. В определенном смысле он на это напросился. Да еще и выпросил у нее разрешение прихватить с собой своих собак — Нельсона и Уинни. Поехали в пикапе Джимми. Во-первых, в армейском джипе они бы с собаками просто не поместились, а во-вторых, эта древняя машина упорно отказывалась заводиться, обратившись в музейный экспонат в прямом, так сказать, смысле.
Джимми гнал машину, как гонщик, мечтающий выиграть «Гран-при», и на поворотах Одетта закрывала от ужаса глаза и вцеплялась пальцами в ремень безопасности.
— В Южной Африке мы всегда так ездим, преследуя стада зебр или антилоп, — объяснил Джимми.
Одетта молчала, замирая от ужаса всякий раз, когда Джимми, отчаянно сигналя, оказывался в опасной близости от какой-нибудь машины на трассе. Ругать Джимми ей не хотелось: похоже, добраться до Джун без его помощи ей вряд ли бы удалось.
— Что-то вы сегодня непривычно тихая, — сказал Джимми, обращаясь к своей пассажирке. — О чем думаете, если не секрет.
— Мне жаль, что вам не придется увидеть старый дом Гленнов при свете дня. Это — настоящее чудо.
В темноте дом Гленнов — перестроенную старинную приходскую церковь — едва можно было разглядеть, хотя он и стоял на вершине холма. По счастью, подъездную дорожку в свете фонарей было видно неплохо, и Джимми уверенной рукой направил свой пикап в ту сторону.
Собаки отчаянно лаяли, требуя выпустить их из машины, и Джимми задумчиво чесал в затылке, не зная, что делать: вечера все еще были холодными, и запирать собак в пикапе ему не хотелось.
— Прежде чем выпускать собак, надо спросить Джуди и Говарда, — сказала Одетта. — У них тоже есть собаки, которые, между прочим, могут не поладить с вашими.
Мать Джун услышала собачий лай и крикнула с порога:
— Ни о чем не беспокойтесь и заводите собак в дом. Эффи и Блайнду такая компания понравится.
Большинство гостей уже собралось в просторной и уютной гостиной Гленнов. Сквозь неплотно прикрытую дверь видна была столовая, освещенная свечами в подсвечниках и канделябрах.
— Одди! — Джун бросилась к Одетте и закружила ее в объятиях. На Джун были серые атласные брюки и топ из черно-зеленого бархата; выглядела она просто великолепно. Выпустив подругу из объятий и отдышавшись, Джун сказала: — Мы тут рассматриваем фотографии со свадьбы Эльзы и Йена. Ты свои, случаем, не прихватила?