Спецназ навсегда

Соколов Вячеслав Иванович

Так мы ничего не добьёмся. Определённо, надо или менять тактику, или использовать совет Василича и пытаться разговорить медперсонал. Тут я мечтательно улыбнулся. Решено! Иду в медцентр искать двух знакомых медсестёр. Тем более, что дело к вечеру уже. Весь день провозились с этими допросами.

А Вову на кухню, шевелить «арбузы»! Остаётся надеяться, что шевеля их, он всё-таки задаст нужные вопросы, хозяйке выдающихся достоинств.

Глава пятая

Проснулся

от того, что начала открываться дверь и в мой номер на цыпочках принялся пробираться Вован. Вот ведь неугомонный. Кстати, а почему дверь опять не закрыта? Расслабился ты Егорка.

Но с другой стороны, открывать то, ходила Ира, когда нам еды ночью прикатили. Не мне же было идти? Я в этот момент был сильно занят, подругой грудастой медсестры — Катей. Да и Ирой тоже занят был, но она в тот конкретный момент оказалась посвободней.

Так что слева от меня черноволосая Ирина, а справа блондинистая Катька. А Вован собирается нарушить идиллию…

— Вова, не вздумай орать, — резко распахнув глаза, строго смотрю на открывшего рот здоровяка.

— Да я не собирался… — немного стушевался напарник.

— Пусть спят, — напряг пресс и рывком сел в кровати. Потерев лицо, с недоумением смотрю, на довольную физиономию Вовы.

Ах… Ты ж… Сев сдёрнул вслед за собой одеяло, оголив прелести красоток. Так что приходится улечься обратно, ещё и одеяло накинуть на девчонок. Нефиг пялиться. Самому мало.

— Батя твой вместе с Капитаном явились, — огорчённо вздохнув, шепчет Вован.

— Так, — киваю, — дядь Петя понятно, но чего отец припёрся? А вообще хорошо, — кидаю взгляды по обе стороны от себя, — что спать решил не в батином номере. Вот бы сейчас шумно было…

— Одна из массажисток раскололась, — цыкнув зубом, пояснил Вован.

— Сбежать пыталась? — хмурюсь. Обошли на повороте.

— Не-а, — качает головой Вовка, — я так понял, их обоих сейчас сюда везут. Но как я понял, из фразы брошенной твоим отцом, Олегычу: «С одной стороны Егор обидится, что ты девок на месте допросил. Но с другой стороны, что-то разыгрался мальчик, проучить…» Дальше не слышал, далеко отошли, — разводит руками.

Разыгрался? Вот значит как? А они решили мне нос утереть, чтоб помнил, кто в доме самый умный?

— Кажется, плакала моя машина, — грустно тянет Вовка.

— Так, — хлопаю ладонью по одеялу. — Погоди, побарахтаемся ещё. Известно почему, массажистка это сделала? Какой смысл? Может с перепугу созналась?

— Не знаю, — грустит здоровяк.

— Не могла она сама, — сонно бурчит Катя, и, провернувшись под одеялом, закинула на меня ногу, прижавшись горячим телом.

— Потому что дура, — вторит Ира, смачно потягиваясь. Да так, что одеяло сползло с её не маленькой груди. Вова сглотнул, Ира ойкнув натянул одеяло до подбородка. — Чего пялишься?

— Красиво, —

разводит руками Вовка.

— Так, стоп, — выставляю перед собой руки. — Тут такое дело Вован, что фиг им, а не твоя машина. Выйди пока, пусть девчонки оденутся.

— Вот всегда так, самое интересное и без меня, — посмеиваясь, напарник исчезает за дверью.

Девчонки довольно вяло выползают из-под одеяла и одеваются. Ещё бы им не быть квёлыми, судя по часам, на которых девять утра всего, поспать удалось всего четыре часа. Мне за глаза, а вот красотки не выспались. Ну да ничего страшного. Им на работу только к обеду.

— Вован, заходи, — нацепив на себя брюки и футболку, остаюсь лежать на кровати. Катька упала в кресло, а Ира разлеглась поперёк кровати, положив голову мне на бедро.

— Пам-парам-пам-пам… — напевая незамысловатый мотивчик, здоровяк вкатывает в номер тележку заваленную едой. — Ну и кто лучше всякой секретутки? — улыбается во все зубы.

— Ты, конечно, потираю руки. У тебя только один недостаток, — хитро щурюсь.

— Какой? — недоумевает мой секретарь.

— Тебя трахать нельзя, — ржу.

— За то нас можно, — подрывается к столику Катя.

— Так что не верь, Вовка, ты лучший, — поддерживает подругу Ира.

Смеёмся. С удовольствием выпиваю стакан томатного сока и набрасываюсь на мясо. Потерянные ночью калории требуют восполнения. Допрос был с очень большим пристрастием.

— Что вы там говорили, про эту массажистку-то? — через некоторое время интересуется Вова.

— А чего говорить? — пожимает плечами Ира. — Вика сама бы такого не смогла придумать.

— Мозгов бы не хватило, — поддерживает Катя.

— Да с чего вы решили, что эту девочку зовут Вика? Может это вторая? — удивляется Вова.

Но ответить никому из красоток я не позволяю:

— Стоп. Скажи-ка, Вова, а как у тебя допрос «арбузов» прошёл?

— Арбузов? — хихикают девчонки.

— Чего смешного? — недоумеваю.

— Да мы её «Титьки» зовём. Таня-Титьки, — хихикают.

— Хм… То же нормально, — усмехаюсь и командую Вовану: — Рассказывай.

— Да чего рассказывать? — посмеиваясь, пожимает плечами. — Всё тоже самое, что и до этого нам другие рассказывали. Ничего нового.

— И что, слова плохого не сказала про Свету? — приподнимаю бровь, обгладывая в это время рёбрышко.

— Не-а, — качает головой. — Скорее хвалила.

— Вот, — перестав жевать, Катя поднимает вверх палец. — Что и требовалось доказать.

— Что доказать? — Вова удивлённо смотрит на девушку.

— Она же ненавидит Светлану Алексеевну, — поясняет её подруга.

— Почему? — удивляется Вова. — Не заметил вообще никакого негатива.

— А он есть, — кивает Ирина. — Все же знают, что Пётр Олегович её ради Светланы Алексеевны бросил.