Специальный агент высших сил
Шрифт:
«И это Кощей Бессмертный? — мелькнула мысль. — Не может быть!»
— Мое…
Сперва я не сообразил, что скрип, донесшийся до моих ушей, — это слова, с трудом произносимые неимоверно тощим стариком.
— Мое… золото… все мое!!! — Сорвавшись на визг, он выхватил из кармана кинжал и прыгнул на меня, но, поскользнувшись на наваленном под ногами богатстве, потерял равновесие и зарылся в него с головой. Лишь желтые пятки остались торчать из россыпи монет и драгоценных каменьев.
— Где Иван? — спросил я, наступив на тощую шею и выдернув из дернувшейся руки с длинными нестрижеными ногтями ржавый стилет. — Где он?!
— Его здесь нет, — сообщил раздавшийся у меня за спиной голос — И отпусти чахлика, а то, не ровен час, подохнет, забыв, что бессмертный. Вон как уже позеленел
Обернувшись, дабы посмотреть на появившегося нежданно советчика, я онемел при виде открывшейся моим глазам картины. Парадокс, доведенный до абсурда. Нонсенс! Тут уж одно из двух: либо моя психика оказалась значительно более хрупкой, чем требовали того выпавшие на ее долю испытания, либо в высших сферах произошло что-то непоправимое, нарушившее сами основы мироздания.
— Ик! — невольно сорвалось с моих губ.
— Оригинальное приветствие… Может, повторишь на бис?
— От… Ик! Ой!., бис!
Отступление четвертое
МАРА [6] ПРИНОСИТ ДУРНЫЕ ВЕСТИ
Окосела наша Мара — светит глазик словно фара,
И хотя ее боюсь — все равно сейчас напьюсь.
6
Мара— богиня смерти, злой дух у древних славян.
Утренняя Зорька, потирая заспанные глазенки, вышла из чертога Сварога [7] . Подставила лицо свежему ветерку, вдохнула прохладный воздух и обвела взглядом подворье.
— Хорошо нынче Новый год встретили, наверное… — решила она, обозревая царящий: вокруг беспорядок. Еще только вчера тщательно притрушенные свежим снегом облака затоптаны, завалены пестрыми ленточками, ореховой скорлупой, банановой кожурой… этот, в общем-то, экзотический для славян плод появился на столе древнеславянских богов с легкой руки Чернобога [8] . А все началось с рассказов одного купца, умудрившегося сходить за семь морей и привезшего вместе с товарами диковинными и байки увлекательные. Про зверей невиданных, про плоды чудесные, про людей разных. Желтых, черных и красных… Как услыхал про то Чернобог, загорелся идеей. Хочу, говорит, посмотреть людей, созданных по образу и подобию моему. Его особо отговаривать не стали — чем дальше он от чертогов, тем спокойнее в них. Никто заговоры не замышляет, интриги не плетет, перевороты не готовит… Всем миром собрали в путь — дорогу, помахали платочками, Стрибог [9] с ветрами договорился, чтобы все время попутными были, сел в ладью Чернобог и отправился в путешествие. Почти целый год в чертогах Сварога царило спокойствие и тишина. А затем вернулся Чернобог. Правда, совсем не с той стороны, с которой его ждали, а с противоположной. А все потому, что ветры наказ Стрибога исправно выполнили, куда он рукой указал, туда они и несли ладью. Сперва-то Чернобог не противился, но, когда достиг земель заветных, осмотрелся и в обратный путь засобирался, попытался было вспять ладью поворотить. Да не тут-то было. Против ветра на парусе не пойдешь, да и грести утомительно, вот и пришлось Чернобогу против воли первым «кругосветку» совершить. Привез он всем в гостинец плодов диковинных. Боги сперва растерялись, не ожидали они такой любезности. Но после того как на шкурке банановой поскользнулся Ярило да с облака свалился, словно метеорит в землю зарывшись, все стало на свои места — понятен стал злой умысел даров этих. Боги успокоились. И жизнь вошла в нормальное русло.
7
Сварог—
8
Чернобог— в славян. мифологии олицетворение злого начала, исконный враг добра.
9
Стрибог— бог ветров у древних славян.
Утренняя Зорька вернулась в избу и, без стука войдя в опочивальню Стрибога, бесцеремонно разбудила его, за ногу вытянув из-под кровати.
— Спа-а-ать, — протянул повелитель ветров, ухватившись за ножку кровати и пытаясь рывками вернуть тело в укромное место.
— Вставай, лежебока!
— Отдзынь!
— Чего-чего? — насупилась Зоренька.
— Отстань!
— А… — не выпуская из рук ногу двоюродного брата, Утренняя Зоренька вышла в коридор.
— Куда ты ме… — начал было повелитель ветров, но тут они достигли порожка и почти благополучно миновали его.
Бум! — Преодолев выступ, голова Стрибога вновь соприкоснулась с деревянным настилом пола.
— Ой! Осторожнее!
— Постараюсь.
— И куда мы направляемся? — поинтересовался, перевернувшись на бок, но не делая попытки вырваться, ветреный бог славян. Надо заметить, касается эта ветреность не только его профессиональной специализации, но и характера.
— Во двор.
— Зачем?! Там же холодно!
— Прибраться нужно, — заявила Зоренька, распахнув входную дверь и вытащив братца на крыльцо.
Обрадованные появлением повелителя, гулявшие по подворью ветры, словно игривые псы, бросились к Стрибогу и принялись ластиться. А поскольку по этой поре года ветры в этих краях преимущественно северные, то вместе с собой они принесли ледяную стужу и круговерть снежинок. Все еще бродившие в крови славянского божества алкогольные пары мигом замерзли, подтвердив предположение, что зелено вино нерадивая ключница делала. Протрезвевший Стрибог взвыл дурным голосом и скатился с крыльца, питаясь укрыться от настойчивых ветров. Те дружно рванули за ним, наполнив подворье свистом, воем и матом. Правда, источником последнего послужил Стрибог, пытающийся наспех сочинить заклинание, которым можно обуздать излишне распоясавшиеся ветры.
— У тебя хорошо получается, — заметила Утренняя Зорька, проследив за тем, как увлекаемый порывами ветра мусор образует кучу, стремительно дрейфующую по подворью вслед за повелителем ветров. — Думаю, к тому времени как поднимутся остальные, ты управишься. А мне пора. Дела…
То ли согревшись от стремительного бега с препятствиями, то ли промерзнув до предела, Стрибог смог взять в руки сперва себя, обхватив за плечи, чтобы не дрожали, а после и ветры, направив их разрушительную силу на исключительно мирное занятие по уборке прилегающей к обители древних славянских богов территории.
— Вот так-то лучше, — заметил он, наблюдая за пригнанной тучной тучкой, из которой один из молодых да резвых ветров осторожными рывками выжимал влагу, тотчас превращавшуюся в снежные хлопья, которыми притрушивали свежеубранное подворье.
За всей этой суетой он прозевал появление нежданного гостя. Вернее гостьи.
— Заметаешь следы преступления? — поинтересовалась она, неслышно зайдя ветреному божеству за спину.
Стрибог испуганно дернулся, наступил на припорошенную снегом банановую кожуру и упал прямо на переполненную влагой тучку. Ветры испуганно шарахнулись в разные стороны.
— Мара, — только и успел произнести насквозь промокший повелитель ветров, превратившись в ледяную статую.
Вышеназванная богиня довольно хохотнула и направилась в чертог, потирая руки в предвкушении предстоящего фурора, который она произведет своим появлением и принесенными новостями.
Проводив ее застывшим взглядом, Стрибог попытался выбраться из ледяного плена, но ему это не удалось. Равно как и призвать на помощь ветры, на которых появление Мары оказало негативное воздействие, враз разложив с таким трудом налаженную дисциплину, вследствие чего они принялись бессмысленно носиться по подворью, разбрасывая собранный мусор и страшно завывая.