Специальный агент высших сил

Зубко Алексей Владимирович

— Чего это он? — удивился Агагука, повернувшись за разъяснениями к своему военному гению.

— Потрясен, мой фюрер!

— А…

— Вашим величием, — пояснил Неггерман, вытянувшись в струнку. Что при его тучной комплекции больше напоминало поставленный на попа вареник.

— Это хорошо.

— Яволь, мой фюрер! — Отто был однозначно доволен собой. Ведь именно он осуществил похищение и, придумал торжественный внос будущего пророка в тронную залу. Хотя идти сюда от места переноса всего пару сотен метров. Зато каков эффект.

— Только мелковат…

— Вырастет.

—

А где это мой идеолог? — меняя тему, спросил Мамбуня.

— В коридоре.

— Что он там делает?! — Возмутилось божество. — Ему нужно браться за подготовку пророка к его просветительной миссии.

— Скользит.

— Как?

— По полу.

— Нашел время развлекаться, — неодобрительно произнес Мамбуня.

— Мой фюрер, я могу заняться воспитанием.

— Ты лучше займись Кощеем.

— Яволь!

— Мне нужна от него кое-какая информация.

— Яволь!

— Выполняй! — приказал бог немертвых. — И паству забери… А мне нужно с камнем поработать.

— Следуйте за мной! — распорядился Отто, строевым шагом направившись к прикованному цепью к трону Кощею Бессмертному.

Немертвые вереницей потянулись за ним.

Мамбуня Агагука хлопнул в ладоши и, размахивая над головой своим посохом и приплясывая, двинулся к светящемуся теплым светом валуну.

— Алатырь-камень. Уги-уги… аги-гуги…

Пока Мамбуня шаманил, зомби, руководимые Отто, подняли Кощея Бессмертного и потащили в одно из подсобных помещений. При этом они не смогли снять с него цепи — для этого понадобился бы кузнец, и поэтому от транспортировали в камеру допросов вместе с каменным троном.

Не добившись от Алатырь-камня желаемого, Агагука облокотился об него и вытер вспотевший от неистовых акробатических номеров лоб.

Скрипнула дверь, и в зал въехал Павел Отморозов, раздобывший где-то туесок с сушеным горохом, которым и посыпал путь перед собой для уменьшения трения.

— Чем это ты тут занимаешься?! — срываясь на крик, поинтересовался Агагука.

— Спешу к вам, вечный, — ответил Павел, покосившись на паланкин. — А где военный?

— С Кощеем разъяснительную работу ведет.

— Словно в подтверждение слов Мамбуни до слуха присутствующих донесся дикий крик.

Немного спустя хлопнула дверь и появился Отто фон Неггерман с довольной ухмылкой на лице и несколькими исписанными листками в руках.

— Что это? — в один голос поинтересовались Агагука и Павел.

— Признание.

— Какое?

— Чистосердечное, мой фюрер. Кощей сообщил все, что вы хотели знать. Вот и подпись его.

— Так я же ничего у него пока и не спрашивал, — удивился Агагука.

— А ну-ка дай! — Забрав у бывшего штандартенфюрера СС признание, Павел быстро пробежал его глазами. — Действительно… А не убежит?

— Я цепи не снимал.

— Разумно. А как ты догадался кляп вытянуть?

— Какой кляп?

— Портянку… которой Пантелей рот Кощею заткнул, чтобы тот не плевался.

— Я ничего не вынимал.

— А кто? — Сунув Кощеево признание в руки Отто, Павел Отморозов в меру своих возможностей поспешил в подсобное помещение.

— Кто… кто… — пробормотал себе под нос Отто. — Никто. Как будто кляп профессионалу может помешать.

На

полдороге к двери, из-за которой продолжали раздаваться стенания Кощея, у Отморозова закончился горох. Он недоверчиво ощупал себя на наличие завалявшихся в карманах горошин, но ничего не обнаружил. Пришлось ему отбросить лыжные палки и вернуться к обыкновенному для любого прямоходящего существа способу перемещения. Проделал Павел это с видимой неохотой, выразившейся в жалобном стоне, который заставил всех присутствующих прослезиться, а Кощея Бессмертного от зависти подавиться слюной и наконец-то заткнуться.

— Так как мне Алатырь-камень работать заставить? — спросил Агагука, который читать не умел и впредь учить азбуку был не намерен.

— Где-то здесь было…

Вдвоем они кое-как разобрались с написанным, и Агагука довел-таки колдовство до финала. Проплясав вокруг принесенного валуна положенные пируэты, он несколько раз коснулся его своей клюкой, бормоча заветные слова. Затем снял с шеи амулет с глазом и возложил его на камень.

Алатырь-камень задрожал, вспыхнул, разбрасывая блики во все стороны.

— Чую… — торжествующе взвыл Мамбуня. — Ох, чую…

Валун начал медленно менять цвет, пока не стал похож на громадный золотой самородок, сияющий в ярких потоках света.

— Свершилось, — заявил Агагука, отплясывая канкан.

— Яволь, мой фюрер!

«Что свершилось?» — подумал Ванюша, выглядывая из-за шторки паланкина. Снятая, чтобы не мешала смотреть, маска Локи неожиданно усмехнулась и подмигнула, вместо того чтобы хихикнуть.

Находившиеся в замке агенты враждебных Агагуке высших сил ощутили внезапное головокружение и неимоверную слабость. Словно тугая волна невидимого огня обрушилась на их тела, одним рывком срывая с них обличья, а значит, и маскировку. Со стоном рухнул на пол двухметровый блондинистый здоровяк, до этого небольшим насекомым скрывавшийся в стыке неровной каменной кладки. Полетели в разные стороны сорванные плиты, из-под которых, словно надутые сильным потоком воздуха, возникли громады тел агентов, весьма различавшихся по внешнему виду, но пребывавших в идентично бессознательном состоянии. Выплеснулась на пол вода, когда плескавшийся в надувном бассейне крокодил неожиданно обернулся человекообразным существом со все той же крокодильей головой и длинными наточенными ногтями, которые с легкостью пропороли резиновый бок надувной емкости. Плюхнулся в образовавшуюся лужу надкусанный банан, выскочивший из разжавшейся лапы макаки, которая и сама едва не свалилась с пальмы — ее спас инстинктивно обвивший ветвь хвост. Она повисла на нем, раскачиваясь на манер маятника по все уменьшавшейся амплитуде. Пока не остановилась, затерявшись на фоне широких листьев.

— Ага! — возликовал Мамбуня Агагука, хлопнув руками по голым ляжкам. — Теперь никто не сможет потревожить меня.

— Й-а, — согласился толстяк в форме, сверкая единственным глазом. — Куда их?

— В подземелье.

— Нужна информация? Я могу…

— Не сейчас, — остановил инициативного вояку Мамбуня. — Позже я сам с ними побеседую.

— Как пожелаете.

— Да вот так и пожелаю. Поместишь их всех в одной камере, подальше от входа.