Спасти СССР. Часть 5
Шрифт:
— Собственно… да, собственно. Тут на вас сигнал пришёл
— Какой сигнал?
— Что вы за взятку обещали супруге арестованного директора Горпищеторга Салье устроить ей свидание с мужем.
— Что за бред. Разрешение на свидание даёт следователь.
— Ну, оперсостав может этому сильно поспособствовать.
— И что? Где взятка? У меня в кабинете какой-то пустой конверт нашли за сейфом и теперь меня на основании этого во взятках обвиняют?!
— Ну… дыма без огня не бывает…
— Какой дым, какой огонь!? Меня сегодня весь день на работе не было,
— То есть Салье оговаривает вас.
— Именно так.
— Она ещё показала, что вы намекали… на услуги натурой, скажем так.
Торопов вспомнил мадам Салье. Как говорится, кто что охраняет, тот то и имеет, в семье Салье проблем с дефицитными продуктами не было и мадам Салье, когда её вызывали — с трудом проходила в дверь кабинета
— Это бред полный. Я сейчас рапорт напишу на имя министра, пусть разбираются. За оговор между прочим есть статья.
Зарипов покивал
— Напишете, имеете право. Честно говоря, я Нину Иосифовну видел… то, что вы её домогались это оговор конечно. Никто в здравом уме в это не поверит.
— Тогда какие ко мне вопросы?
— Вопросы есть. Например, такой. Вы говорят, Алсу Мирзаифовной интересуетесь?
— Это какой Алсу Мирзаифовной?
— Начальником ГорОНО. Черезовой
О как!
— Уголовный розыск много кем интересуется.
— А если не секрет, в чём причина.
— Не секрет. По данным уголовного розыска пропало несколько тетрадей в клетку.
Зарипов покачал головой
— А говорите у вас работы много, не справляетесь.
— Это тоже работа. А в чём причина вопросов, товарищ полковник?
— Причина в том, что Алсу Мирзаифовна уважаемый человек. Людям помогает… дети, сами понимаете, то одно натворят, то другое. Алсу Мирзаифовна в таких случаях входит в положение, делает скидку на возраст, так сказать. Так что… когда розыск проявляет неоправданный интерес… у вас ведь задания от следователя нету?
— Я могу быть свободен? — официально спросил Торопов
— Не задерживаю…
29 января 1986 года
Вчера вечером — не поехал ни домой ни на дачу. Вечер провёл в семье у Ельциных, которые только что новую квартиру получили, а потом вернулся в Кремль, сославшись на то, что готовим Съезд и дел непочатый край.
Это ложь. Просто не хочется быть дома.
Для вида мы опять сошлись, Раиса Максимовна всё поняла, благо с ней провела разъяснительную работу супруга Егора, я тоже не хотел обострять, особенно когда про проблемы в семье узнали в Политбюро. Но по факту — семьи нет.
Раиса Максимовна не простила мне двух вещей. Того что больше её не слушаю и не беру трубку если она звонит мне на работу — а раньше звонила по несколько раз в день. И то, что я решил вернуть вдове Шеварднадзе сумму полученной взятки. Правда и тут пошёл на компромисс со своей совестью — частично рублями по курсу. Но Раиса Максимовна, которая часть взятки уже потратила и имела виды на оставшуюся
А мне вдруг стал нетерпим её характер, её капризный, хамски-требовательный стиль в общении с обслуживающим персоналом, её придирчивость и безапелляционность. Сколько домработниц уже сменили! Девятое управление до сих пор ищет ей что-то вроде помощника — адъютанта, найти не могут. Это надо железные нервы иметь и совсем не иметь самолюбия, никакого. На Западе при всём их капитализме — такое отношение не принято, это всё отголосок несытого детства. Те, кто в детстве чувствовал себя униженными жизнью — потом жизнь положат на то чтобы унижать других. Не все. Но многие.
Ночью позвонил Карпец и сообщил, что в Грузии в местах лишения свободы жестоко убит Звиад Гамсахурдиа. А утром — позвонили из Тбилиси и сообщили, что в центре собирается несанкционированный антисоветский митинг…
Вот такие вот дела творятся. Грузия не даёт забыть о себе.
Утром, едва только приехал на работу, снова связался с Карпецом. Тот сообщил, что в Тбилиси находится начальник МУР генерал Еркин — по обмену опытом, он учит грузинских коллег своему, а Еркина грузинские коллеги учат в свою очередь приёмам борьбы с наркомафией. С ним же находится группа оперативников МУР…
Дал указание забрать всё, что есть по смерти Гамсахурдиа и вылетать в Москву, как заберут. Рекунков назначит на это дело следователя, он и будет дальше вести следствие по делу.
Провели совещание с членами Политбюро по телефону, Алиев вылетел в Тбилиси как уполномоченный от Политбюро…
Дальше новое совещание, новая отрасль, где назревает крах — гражданская авиация.
Исходные данные — в настоящее время у нас четыре крупных самолётных КБ — Туполев, Антонов, Яковлев и Ильюшин. Есть ещё Микоян и Сухой, которые гражданской авиацией не занимаются, и два вертолётных — Миль и Камов. Антонов и Ильюшин занимаются военно-транспортной авиацией, Туполев занимается стратегическими бомбардировщиками, Яковлев пытается влезть в конкуренцию Микояна и Сухого но его машины с движками вынесенными на крыло — проигрывают безнадёжно.
Есть ещё КБ Бериева — по гидросамолётам, хотя у них есть интересные наработки и по лёгкой авиации. И КБ Мясищева, которое фактически без заказов.
Общее количество КБ равно таковому в США и Европе вместе взятых! Через тридцать лет в мире и вовсе установится дуополия — после того как МакДонелл-Дуглас не сможет развивать современную линейку, он продаст гражданское отделение Боингу, но военное оставит себе. При этом, в СССР установлено правилом внутренней конкуренции, то есть одним проектом занимается несколько КБ. Тратятся деньги. Принимаются не самые оптимальные решения.