Спаситель
Шрифт:
— Немного лучше, — вздохнул Вик, — но тоже желательно сильно её не нагружать, иначе колено снова распухнет. Ну, что для профилактики выпьем на дорогу немного антибиотиков?
— Давай свои антибиотики, — согласился Майк. — Все равно больше выпить нечего.
Вик вылил содержимое двух ампул в стакан, и они выпили, морщась, горькую прозрачную жидкость, потом вышли из сарая.
По-прежнему было темно, но темнота уже понемногу становилась серой. Трава и деревья вокруг были мокрыми от дождя. Дул слабый холодный ветерок, несущий в себе запахи ржавого
Глава пятая
Они вышли к дороге, серое вздыбившееся местами полотно асфальта было забито покореженными машинами.
— Вот здесь их и застал радиоактивный дождь, — сказал Вик. — Радиоактивность была очень высокой, потому что с неба падал даже не дождь, а грязь с очень высокой концентрацией радионуклидов. Многие люди умерли сразу, тела остальных, кто был покрепче, будут встречаться нам дальше по этой дороге.
— Понятно, — сказал Майк. — Этим людям очень не повезло.
— Как и всем нам, — грустно усмехнулся Вик. — Сейчас здесь тоже повышенный фон, поэтому лучше это место пройти быстрее.
— И много таких мест нам ещё встретится? — спросил Майк.
— Ещё два, — сказал Вик. — А дальше мы уже будем идти по местам, где жизнь как-то налаживается. Будут деревни с вооруженными мужиками, будут поля, которые они засеивают, вспахивая их лошадьми, как в старые времена, а убирают серпами.
— Хлеб? — спросил Майк.
— Да, — улыбнулся Вик. — Ружье, которое мне уже надоело таскать, мы у мужиков и обменяем на хлеб. Много не дадут, урожаи у них не очень хорошие, да и сажают они немного, без техники много земли не обработаешь.
— И когда мы увидим обещанный тобой хлеб?
— Я думаю, что через три дня мы увидим первую деревню, — сказал Вик. — Городов здесь нет, ближайший через сотню километров, только там тоже никто не живет.
— Почему? — удивленно спросил Майк.
— Есть нечего, — сказал Вик. — Человеческая цивилизация начинается с еды, когда её становится много, тогда и появляются города. А когда её становится мало, города умирают первыми.
— И куда же ушли все люди из города?
— Частью ушли в большой областной город, частью вернулись в родные деревни.
— А как живет большой город, как они находят там пищу? — спросил Майк.
— Есть довоенные запасы продовольствия, но они уже понемногу кончаются, — сказал Вик. — К тому же в области есть солдаты, которые осенью на своих грузовиках разъезжают по деревням и собирают дань.
— Дань? — усмехнулся Майк. — Что-то от твоих слов попахивает прошлыми веками.
— Ну, а как это иначе назовешь? — вздохнул Вик. — Они, конечно, дают им расписки, в которых написано, что это все берется в долг, но этим распискам грош цена, отдавать-то городу нечем. Нефти нет, а значит, нет и бензина. Заводы стоят, потому что нет электроэнергии. Единственная ГРЭС была недалеко от города, в котором и был ядерный взрыв, плотина разрушена, энергоблок тоже. Есть кузницы, в них куют плуги для села, это единственный
— Да, — сказал Майк. — Нужно время и много труда, чтобы все восстановить. Но это все равно произойдет, хоть и не скоро.
— Только это время нужно как-то прожить, — грустно усмехнулся Вик. — А пока наше будущее зависит только от нас самих, и оттого, что мы сумеем найти.
— А разве когда-нибудь было по-другому? — спросил Майк. — Наше будущее зависит от нас.
— Посмотри вокруг, — вздохнул Вик. — Ты видишь развалины того будущего, которое у нас могло бы быть, только его взорвали. А могли бы жить в уже построенном нашими предками для нас будущем.
Майк ударил ногой колесо ржавой перегородившей дорогу легковушку.
— Что-то уж быстро проржавело и развалилось то, что нам оставили.
— Стой! — сказал Вик, напряженно прислушиваясь. — Не двигайся. Что-то происходит.
— Что тут может произойти? — спросил Майк. — Вокруг никого нет, никого и ничего, кроме этой ржавчины и истлевших трупов…
— Я слышу шорох и скрежет, и, кажется, я знаю, кто это издает, — сказал Вик, снимая с плеча ружье и направляя ствол в сторону звука.
— Вряд ли это опасно, — сказал Майк. — Это не люди, может быть крысы…
— Ты прав, это крысы, — сказал Вик. — Большие и очень голодные. Надо бежать, только не знаю в какую сторону. Они собираются вокруг нас, и их становится все больше.
— Откуда они могли здесь взяться? — спросил Майк. — Здесь нет жилья, только эти ржавые машины…
— В этих машинах не так давно было много пищи, а теперь она кончилась, — сказал Вик, по-прежнему настороженно глядя вокруг. — И теперь крысы могут захотеть пообедать нами…
— Что?! — воскликнул Майк. — Эти маленькие серые твари захотят съесть нас двоих крепких парней, да ещё с оружием?
— Именно так, — сказал Вик. — Вот смотри, видишь, это первая, я думаю, она разведчица.
Между машинами появилась небольшая крыса, она остановилась в нескольких шагах от них, и встала на задние лапки, возбужденно принюхиваясь.
— Не стоит тратить на неё патроны, — сказал Майк. — Крысы, как известно, боятся людей, она сейчас сама убежит…
— Боялись, — поправил Вик. — Но эти крысы питались людьми, они уже не боятся нашего запаха, мы для них не угроза, а просто лакомая пища…
Рядом с первой крысой появилась ещё одна, а потом крысы стали показываться со всех сторон, возбужденно пища. Их серая шерстка блестела в сером свете, и они не были маленькими, некоторые были величиной даже с небольших собак.
Они не нападали, а просто смотрели на них, и они были повсюду, продолжая вылезать из-за остовов машин.
— Зрелище, конечно, интересное, — сказал Майк. — Но нам надо идти дальше.
— Они не выпустят нас, — сказал, покачав головой, Вик.
— Значит, узнают на своих мерзких спинах, что такое хорошие армейские сапоги, — сказал, усмехнувшись, Майк, и, повернувшись, пошел прямо на крыс, стоявших перед ним.