Спартана
Шрифт:
– Дамиан, «радость моя», ты меня надеюсь узнал, как и то что делал со мной в «доме терпимости», вот получи мой «выкуп», надеюсь он тебе понравится: - хрипло произнесла девушка и одним движением клинка, снесла ему голову… фонтан крови забрызгал все вокруг, включая и ее саму, но это казалось только придало ей ярости…
– Вот, кто это такой «неподвижный» лежит под девушкой, неужто торговец шелком, Валерий? Помнишь, как ты часто любил меня содомировать, уж не обессудь…почувствуй тоже самое… окровавленный клинок почти по рукоять вошел ниже копчика...
Единственно-уцелевший, советник правителя, с криками
– Лукреция, девочка моя, вставай, нам нужно срочно убираться отсюда… этот «скупердяй» экономит на охране, но могут прийти рабы остальных «толстосумов» …боюсь не справится: - шептала «мстительница» своей подруге, брызгая на нее воду из вазы.
– Где я, что со мной? Хвала Святой Юноне, неужели это ты Крискентия? Мне такой ужасный сон приснился, ты не представляешь… погоди, почему ты в крови, и я тоже?
– девушка тихо «пискнула», уставившись на «мертвый» взгляд отрубленной головы у изголовья.
– Все хватит истерик подруга, потом все расскажу, нужно бежать, чем скорее, тем лучше, ищи одежду и деньги, этот «бурдюк вином», постоянно их перепрятывал, не знаешь где?
– увидев отрицательное кивание головой, беглянка подошла к своему мужу с зажатой в руке солонкой…
После посыпания открытой раны солью, Вендимиан не только «пришел в себя» но и вспомнил все тайники, которые у него были, даже те о которых он вовсе позабыл…убивать его Крискентия не стала… не из жалости … но это был бы весьма «легкий путь» предателя и подлеца… пусть помучается всю свою жизнь… будучи «бедным евнухом» …
– Крискентия, так что мы теперь извечные белянки и враги империи? – спросила Лукреция, в задумчивости, когда девушки «благополучно» укрылись на территории леса, и закопали по «тайникам» мешочки с серебром и золотом.
– Думаю это для нас лучший вариант, нежели быть бесправными шлюхами, которыми пользуются все, кому не лень. Но сейчас главное не это, нам нужно выкупить из рабства твоего мужа и моего брата Максимиллиана. Слава богам, деньги у нас теперь есть! Да и еще запомни подруга - Крискентия, была слаба и погибла от рук насильников…там на реке Тибр…
– Как же мне тебя называть?
– Меня теперь… зовут… Спартана…
Глава 13
Не раб я ныне. Я свободный человек.Но вы не видели того. Не замечали.Лишь "panis et spectaclum" (хлеба и зрелищ), зло орали,Когда мы на арене умирали.И этого я ни за что вам не прощу...вовек!Я за одно лишь только благодарен вам.Спасибо, Батиат (ланиста), за добрую науку,Ты первым меч фракийский дал мне в руку.Твои убытки?!...с сердца сбрось ты муку.Мои долги?!...долги с процентами отдам!Вы разбудили льва. Заставили сражаться.Так трепещи, надменный гордый Рим!Удар моих когорт(армия рабов) неотразим,Ведь поклялись мы всем богам своим:-Нас не хотели уважать?...так будете бояться!!!
Максимиллиан каждый день повторял эти слова, словно клятву, и с каждым разом росло его мастерство и умение драться… ведь он ясно видел цель…
Квинкватрии (июньские дни боев), были позади, дочь Юпитера, Минерва, собрала богатый «урожай» жертвенной крови, в следующем месяце наступали нептуналии (июльские дни боев) в честь бога морей Нептуна, усмиряющего водную стихию своим трезубцем. В Риме в его честь был воздвигнут храм, находящийся в цирке Фламиния. Яростный и неукротимый, он почитался как защитник мореплавателей и отец великого римского народа, наряду с Марсом, Юпитером и Квирином, им всем посвящались специальные жертвоприношения, к ним взывали о победе в сражениях и морских баталиях.
Именно поэтому поводу готовился грандиозный бой на водной глади, прямо посредине самого большого в империи амфитеатра-Колизея. Для этого специально шились толстые шкуры, которые после укладки на песок примитивными насосами заливались водой, качающую рабами, … по слухам готовилось около десяти кораблей, включающие в себя боевые крупные триремы и маленькие биремы с экипажами в большей части состоящие из отпетых преступников, собранных из всех городских тюрем. Судя по размаху приготовлений и затратам - уцелеть в этом сражении будет не просто…
Корабли, разделенные на два флота, изображали противостояние двух цивилизаций - востока и запада, вот на две самые большие квадриремы и были посаженые гладиаторы, четырех римских школ. На каждой посудине вмещалось не мене сотни отъявленных «головорезов» … Почти половина взрослого населения Рима, пыталась втиснутся в узкие проходы амфитеатра, для поддержания правопорядка весь Колизей был окружен двумя когортами римского легиона (около 1000 чел.) из личной охраны самого правителя… было приглашено множество состоятельных местных «граждан», включая самого Октавиана Августа и не менее «почитаемых» гостей…
Представление планировалось открыть ровно в десять часов утра, а закончить с последним уцелевшим кораблем. Вот зазвучали трубы, барабанная дробь заставила встать большинство зрителей, а эдитор громко объявил:
– Уважаемая публика! Многоуважаемый правитель, и гости Рима, сегодня произойдет грандиознейшее сражение N aumachia (навмахия), или N avalia proelia (морские сражения), равным которому еще не знала ни одна арена - морской бой между извечными врагами - греков и персов, в битве при Саламине, уцелевшие в этой схватке рабы будут освобождены, а уклонившиеся умерщвлены! После этого, нас еще ждут в программе конные, пехотные, кавалерийские бои, и сражение со слонами! Снова зазвучала музыкальная «какофония» и бой начался…
Заполненный водой, Колизей представлял собой большое овальное озеро, в котором плавали корабли, на веслах сидели прикованные цепями преступники, а на палубах во всеоружии ждали схватки гладиаторы и пленные солдаты-противники Рима.
Маленькие лодчонки с воинами, изображающие персов, со всех сторон словно «стая гончих псов» атаковала две большие галеры, в одежде римских легионеров. Началась кровавая мясорубка… сотни стрел унеслись в высь, поражая врага на расстоянии… несколько «шальных» древ угодили в зрителей, но этого даже никто и не заметил, продолжая безумствовать в восторженных криках трибун.