Созвездие Дракона

Доброхотова Мария

— Вон я сказал! Никак не могу найти нормального мастера, — развел руками мужчина, будто извиняясь за шум.

— А я знаю одного, — как бы между прочим заметила Таня. — Верит в Единого, а ещё учился у Вашона.

— У Вашона! — хмыкнул мужчина. — Такой втридорога сдерёт.

— Не знаю. Но попробуйте обратиться к нему. Зовут Жослен Сен-Жан, живёт в гостинице “Чёрный дракон”. Думаю, ему будет интересно поработать с вами.

— Мы здесь не жалуем драконов, видите ли.

Таня равнодушно пожала плечами:

— Смотрите сами.

И вышла,

мысленно взывая к Великой Матери, чтобы она помогла Жослену. У Тани из головы не шёл его несчастный вид, грустные глаза и горькая усмешка. И этот огромный стёганый халат, символ благополучной и сытной жизни, убивающей внутренний огонь. Если бы только он нашёл заказы на картины, если бы только мог работать, может быть, всё бы изменилось.

Об этом Таня думала всю дорогу до убежища. Кэлин хмуро молчал, но Таня уже не обращала на это никакого внимания. Но когда они вернулись домой, и Таня, скинув одежду, была уже готова уйти в спальню без ужина, он заговорил.

— Зена?

Она остановилась. И вдруг Кэлин в один шаг оказался у неё за спиной, обнял её, прижал к себе. Таня замерла, широко распахнув глаза, раздвинув руки, будто боялась дотронуться до него. Спиной она ощущала его тепло, к затылку прижималась колючая щека.

— Зена, — прошептал Кэлин в её волосы.

“Что происходит? Что мне делать?” — вопросы толкались в голове, как бешеные крысы, пока объятия становились все крепче.

— Зена, прошу тебя, откажись. Умоляю, не ложись под него.

Глава 16. Зимний маскарад

Таня вздрогнула. Его слова, невыносимые в своей пошлости, пришлись звонкой пощечиной по её самолюбию. Конечно, со стороны Кэлина все выглядело именно так: Таня будет зазывно вертеть бёдрами перед драконом, а потом заманит его в койку, где будет выведывать страшные государственные тайны. Он не имеет представления ни об её с Мангоном совместном прошлом, ни о влечении, которое возникает, стоит им оказаться рядом, ни о той связи, что между ними появилась. Для него это история о женской корысти и мужской похоти.

— Я знаю, — голос его дрогнул. — Я знаю, ты не любишь меня.

Его дыхание обжигало кожу, от слов сердце ухнуло вниз и болезненно сжалось.

— Это ничего, — продолжал Кэлин, сжимая её в круге рук. — Я смогу доказать тебе. Я сделаю все, чтобы ты была счастливой. Пошлём с Бурунду этого Лекнира с его унизительной работой. Всё пошлём: и мятеж, и убежище, и Илибург, — он распалялся все больше. — Сбежим. Заберем ребят, купим небольшой домик где-нибудь подальше. Создадим приют, будем работать, они нам помогут. Если ты будешь рядом, я всё смогу, всё сделаю. Нам так хорошо будет, Зена, так хорошо.

Таня закрыла глаза. Чего она бьется? Вот Кэлин. Хороший парень, простой и надёжный. Такой, какой ей и нужен. Сердце рядом с ним спокойно, так ведь и должно быть. Так хорошо и правильно. Глупо смотреть в небо, выискивая дракона, только ослепнешь от яркого солнца. Не пара она Мангону, у них нет шанса, нет будущего, так зачем снова бежать к нему, сбивая

ноги в кровь?

— Только не иди к дракону, — прошептал Кэлин.

Запах шалфея и кардамона. Длинные пальцы, сжимающие её руку. Горящий взгляд янтарных глаз. Кривая, лукавая усмешка. Вкус губ и ощущение близости — всего этого было слишком много, образ Адриана затапливал сердце горячей волной, и противостоять ей не было никаких сил.

Она губит себя. Летит прямо в пропасть.

— Извини, Кэлин, — Таня наконец дотронулась до его рук, оторвала их от себя. — Прости, пожалуйста. Я не могу. Я должна добраться до Филина.

— Поэтому ты пойдешь к дракону? — он горько усмехнулся. — Ради повышения?

Таня нашла в себе силы обернуться, посмотреть на Кэлина. В глазах его плескалась такое острое разочарование, что у неё похолодело за сердцем. Раздави ж её каток, она не хотела причинять ему боль! Она не достойна таких чувств и не достойна помощи, она мерзкая змея, что вечно извивается да уворачивается. Кэлину нужна другая, такая же честная и сильная, как он сам.

— Да, — кивнула Таня, смотря прямо в его покрасневшие от слез глаза. — И сделаю, что нужно. Потому что не могу по-другому.

И тут она не кривила душой: она не могла отказаться от шанса добраться до Филина и бросить его к ногам Мангона, чтобы всё это безумие наконец прекратилось. Кэлин упер руки в бока, кивнул. Вдохнул через сжатые зубы. Отвернулся, продолжая кивать и пытаясь сморгнуть слезы. Да, всем все понятно, не о чем больше говорить.

— Прости…

— Уходи уже, — шепотом попросил Кэлин.

Сердце ныло, во рту было горько, но Таня напомнила себе, что Кэлину еще хуже. Хотела что-нибудь добавить, но не решилась, поэтому просто развернулась и вышла.

Это решение отрезало её от призраков, словно горячим ножом масло. Странное дело, оказалось, что их роман с главарём мятежников воспринимался как дело почти решёное, а весть о том, что Зена отправляется в пасть дракону, была словно гроза посреди зимы. Кэлин своим хмурым лицом не помогал, а только усугублял недопонимание, и когда через три дня за Таней приехала машина Гетика, она была почти счастлива прервать мучительное нахождение в убежище. Все в основном молчали и только делали страшные глаза и переглядывались, и даже поговорить толком ни с кем, кроме дедушки Дорда, не получалось.

— К дракону, значит? — как-то спросил он.

— Угу, — кивнула Таня.

— Это тоже её воля?

Она не ответила, но посмотрела на дедушку так, что он досадливо крякнул и покачал головой:

— Вот так так… Я своё слово сдержу, но и ты ребят в обиду не давай.

— Никто не посмеет и пальцем их тронуть, — ожесточённо пообещала Таня, наблюдая, как Тома строит гараж для бесколёсных машин и как Мирча потешается над ним.

А теперь чёрный тверамобиль уносил её из грязного пригорода обратно в вылизанную стерильность небоскрёбов, туда, где они с Мангоном должны будут разыграть новую партию.