Сожги мое сердце

Хрусталь Марина

Ведьма безучастно наблюдала за его движениями, облокотившись на стул, куда он вешал одежду. Хьял шагнул в воду, схватил со стоящей рядом скамьи жесткую щетку и принялся ожесточенно стирать с себя верхний слой кожи.

В принципе, он понимал, что эти его попытки смыть грязную энергию мылом и щеткой совершенно бессмысленны. Но, каждый раз, когда яростно пытался оттереть ее с себя, надеялся, что рано или поздно получится.

Калиссия оторвалась от стула, все это время внимательно наблюдая за движением его руки с щеткой, как кошка

за летающей рядом с ее носом мухой.

– Можно, я тебе помогу?

Хьял, поймавший себя на том, что остервенело сжимает челюсти, пытаясь стереть себя до самых костей, кинул на девушку недоуменный взгляд.

– Если хочешь, – удивленно протянул он ей щётку.

Лис взяла ее, почти нежно провела по его плечам, а потом швырнула на пол.

– Это делается не так.

Калиссия вздохнула и, положив обе руки ему на плечи, потянула магию к себе. Благо клеймо на ее руке с удовольствием принимало в себя родную энергию. Маленькая алая капля шлепнулась вниз невзрачной кляксой, и девушка поскорее вытерла нос влажной рукой, дабы виверн не заметил.

– Вы чисты, Ваше Величество, как заново родились, – ухмыльнулась она.

Дракон застыл. Он был в отчаянии от осознавания, что все эти манипуляции со щеткой бессмысленны, ведь он сейчас вновь с головой окунется в эту гадость, если девушка не успеет передумать. Он мысленно взывал ко всем Богам, чтобы это произошло.

– Спасибо, – постарался как можно более дружелюбно поблагодарить Хьял.

– Поблагодарите Его Сиятельство. Благодаря вам, он поделился со мной своим даром! Жаль, использовать его не могу, – равнодушно сообщила девушка.

– Я найду способ это убрать, – виверн хмуро фыркнул, ступая на пол и разбрызгивая вокруг себя воду. – Если ты того не желаешь, то ты не будешь принадлежать ни одному мужчине.

И он не был уверен, что говорит сейчас не о себе в том числе. Лис немного напряглась, обнаженный мужчина ее смущал.

– Хьял, скажи, – активно маскируя неловкость за решительностью, вздернула носик девушка. – Мне лучше осататься одетой и развернуться к тебе спиной, чтобы не оскорблять твой взор? Или есть шанс, что ты перенесешь мой демонический облик?

46

Мужчина открыл рот, чтобы что-то сказать, да так и застыл, не веря собственным ушам.

– Я в курсе, что твоя внешность не наваждение, – мягко улыбнулся дракон. – Несмотря на то, что она очень на него похожа. Я был бы… эм… рад смотреть тебе в глаза, когда это будет происходить.

Калиссия обернулась и аккуратно распустила завязки ночной рубашки. Та, бесшумно скользнув по телу, оказалась у ее ног. Девушка царственно перешагнула ткань, заглядывая в желтые глаза виверна снизу вверх

– Надень на меня мой кулон, пожалуйста, – тихо проговорила она. – Потом можешь забрать. Мне с ним спокойнее…

Хьялмар застыл над своим камзолом, сжимая амулет. Казалось, что он бьется в

его руке, будто крошечное сердечко. И действительно – очень медленно и умиротворяюще.

Девушка вздрогнула, когда горячие пальцы коснулись её шеи, застегивая кулон, и придажала его к ладонью к груди.

Тук-тук, тук-тук.

Словно второе сердце.

– Калиссия, – горячее дыхание коснулось уха. Хьялмар касался носом ее черных волос и вдыхал их чарующий аромат. – Я хочу, чтобы ты знала, что мне хочется верить каждому твоему слову. И чтобы ты знала, что мне очень жаль так с тобой поступать.

Лис чуть обернулась, заглядывая вглубь желтых глаз. Дракону даже показалось, что она выглядела совершенно растерянной.

– Тебе нужна твоя сестра, а мне уже нечего терять, – сообщила она, отводя глаза.

Виверн рвано вдохнул, попытавшись как-то скрыть этот вдох. Понимала ли эта ведьма, что потребуется убить ее, чтобы вернуть Вивеану? Что-то подсказывало, что она прекрасно это понимала. И сознательно шла на этот шаг.

– Я все еще спокойно восприму, если ты сейчас уйдешь. Я не хочу тебя принуждать, – продолжал настаивать Хьял, хотя его руки уже вовсю прижимали к нему девушку.

– Я тебе настолько не нравлюсь? Ну извини! Скажи, что мне ещё для тебя сделать, чтобы тебе было хоть немного приятно? Я не могу больше терпеть вечное метание! Нужна карта? Получите! Нужна моя жизнь? Замечательно! Тоже забирай! Забирай всё! Совершенно всё! Просто перестань меня терзать!

Калиссия чуть не сорвалась в истерику, остановив себя только тем, что сжала нагревшийся кулон сильнее. Хьялмар, не найдя ничего лучше, просто настойчиво прижал девушку к себе, заключая в объятьях. Он гладил ее по волосам, успокаивая, а сам скрипел зубами.

– Ты – самая красивая женщина в мире, – зачем-то сообщал он девушке, как если она этого не знала. – Ты мне не неприятна. Да у любого мужчины в глазах рябит от твоей красоты.

Он собирался сказать что-то еще, но, если бы говорил это, точно врал. Да, ему нужна карта. Да, ему нужна ее жизнь. Не убеждать же ее в обратом!

– Если ты все еще не собираешься убегать, – постарался как можно более миролюбиво поговорить дракон, хотя его, сказать по правде, вся эта ситуация все еще коробила. – То я предлагаю переместиться в более удобное место. Я обещаю сделать все, от меня зависящее, чтобы тебе это доставило наслаждение, а не боль.

В голове все еще жужжала навязчивая мысль, твердящая, что его поступок низок и недостоин, но ноги вполне уверенно несли в нужном направлении. Он готов говорить девушке что угодно, любые комплименты, восхвалять каждый миллиметр ее кожи, желая хоть как-то смягчить свой поступок.

Он уложил Калиссию на свежие хрустящие простыни, не сводя взгляда с ее лица, и все не мог осознать, что видит перед собой не наваждение, а реальную девушку. Что эти гипнотизирующие зелёные глаза – неестественные, нереальные – не морок.