Совесть негодяев
Шрифт:
— Вас достанут с другого конца света, — ласково подтвердил Петр Савельевич, — и если не мы, то другие. У вас нет никаких шансов. Не поможет никакая охрана.
— Я это знаю.
— Значит, мы договорились?
— Да.
— Где нам забрать документы?
— Я вам перезвоню завтра утром. Дайте ваш телефон, — попросил Багиров.
— Только обязательно позвоните, — попросил Петр Савельевич, аккуратно продиктовав свой московской номер, — иначе начавшиеся неприятности мы просто не сможем остановить.
— Не
— Я знаю.
— Передайте трубку Мураду Гасанову.
— Он просит вас, — передал трубку Гасанову Петр Савельевич. Гасанов взял трубку.
— Я ничего им не говорил. Клянусь тебе.
— Знаю. Слушай, Мурад, ты сегодня должен найти Керима. Пусть мне позвонит. Только срочно. Скажи ему, что я разрешил вскрытие. Ты меня понял?
— Конечно, понял. Найду обязательно.
— Хорошо. Ты остаешься в своей квартире?
— Да, конечно.
— Вечером я позвоню. Узнаю, как твои дела. Ты не бойся, они тебя обязательно отпустят.
— Спасибо, Рафаэль, спасибо, дорогой.
— До свидания.
Гасанов отключился и, положив трубку, вытер тыльной стороной ладони потный лоб.
— Вы с ним договорились? — спросил Петр Савельевич.
— Кажется, да. Он мне вечером позвонит домой, чтобы убедиться в моей безопасности, — торопливо добавил Гасанов, — вы меня должны отпустить, как обещали, иначе он все узнает.
— Конечно, мы вас отпустим. Вы можете уехать прямо сейчас. Мы вас даже отвезем домой, если хотите.
— Не хотим. Вы нас только на шоссе подбросьте, а дальше мы сами доберемся.
— Проводите этого господина, — разрешил Петр Савельевич сопровождавшему Гасанова молчаливому охраннику, — и отпустите его напарника. Они свое уже отсидели.
Когда за вышедшими захлопнулась дверь, он аккуратно снял парик, убрал очки, спадавшие на нос, отклеил бороду и усы. В комнату вошел еще один незнакомец. Он спросил у «Петра Савельевича»:
— Багиров согласился?
— Как только услышал про «Феникс» — сразу.
— Слушай, а если действительно в это дело вмешается настоящая группа «Феникс»? Что мы будем делать тогда?
— Не сходи с ума. И не задавай мне глупых вопросов. Сейчас главное для нас получить списки Баранникова.
ГЛАВА 25
Услышав за спиной подобное обращение, Дронго не спеша повернулся и попал в объятия известного сирийского музыканта и композитора Фарада Бадабека. Они были знакомы уже давно, с тех пор как в Лиссабоне Бадабек победил в престижном международном конкурсе скрипачей, где занял первое место.
— Дорогой мистер Дронго, — Бадабек не знал его настоящего имени, но помнил кличку, под которой проходил этот известный советский эксперт ООН, так много сделавший тогда в Португалии и раскрывший убийство норвежского
— Как у вас дела, мистер Бадабек? Какими судьбами вы оказались в Лондоне?
— У меня концерт. Послезавтра вечером. Я вас приглашаю.
— Большое спасибо. Вы остановились в этом отеле?
— Конечно. Мне обычно заказывали «Дорчестер», но там сейчас заняты все номера. Приехал какой-то арабский шейх, брат самого короля. Так во всяком случае говорят.
— Думаю, наша гостиница не хуже.
— Лучше. Из моих окон такой вид на Гайд-парк. Это просто сказка. В каком номере вы живете?
— На двадцать третьем этаже. Номер 2311.
— Прекрасно. А я на семнадцатом. Мы почти соседи. Мистер Дронго, нам нужно отметить это событие. Обязательно отметить.
— Согласен. Только сегодня, — предложил Дронго, взглянув на часы, — завтра я никак не смогу.
— Я сам не смогу, — вспомнил Бадабек, — у меня репетиция. Давайте увидимся сегодня в восемь вечера в холле отеля. Договорились?
— Хорошо. Где здесь магазин? Мне нужно купить зубную щетку.
— В той стороне, слева от лифтов. Пройдите туда и увидите небольшой магазинчик. Можете купить все, что вам нужно.
— Спасибо, мистер Бадабек.
— Так жду вас сегодня в холле.
— Договорились, — улыбнулся Дронго. Он поспешил в магазин. Встреча с этим сирийским музыкантом может здорово пригодиться. Багиров — известный меломан и ценитель музыки. Ему будет приятно, если такая знаменитость, как Бадабек, пошлет ему привет или цветы. Можно будет придумать и что-нибудь поинтереснее.
Ровно в восемь вечера он сидел в холле, ожидая сирийца. Тот появился, запыхавшись, опоздав на пятнадцать минут.
— Ради Бога, извините, — просил Бадабек, — на Парк-Лейн такие пробки, что я просто не мог приехать быстрее.
— Ничего, все в порядке. Куда мы пойдем?
— Ага, — оживился Бадабек, — здесь есть прекрасное место на Пиккадили. Ресторан «Фахреддин». Пойдемте туда.
— Согласен. Тем более, что я там бывал несколько раз. Он, кажется, на втором этаже, а под ним находится итальянский ресторан. Верно?
— Феноменально! Когда вы в последний раз были в Лондоне?
— Три года назад.
— И помните до сих пор. Все детективы такие умные или это я такой невнимательный?
— Все, мистер Бадабек, разумеется, все.
Они вышли на улицу. Предупредительный швейцар отеля в фирменном традиционном черном костюме поспешил к ним, ожидая приказа подозвать такси. Но они, отмахнувшись, решили пройти пешком, тем более, что идти было недалеко от их гостиницы, поражавшей своей роскошью и сервисом. Пройдя мимо не менее роскошного отеля «Four Seasons», они вышли на Пиккадили.