Солтинера. Часть вторая

Ледок Диана Дмитриевна

– Нам в медпункт, - сказал он.
– Что-то мне подсказывает, что мадам Ришар сама захотела расспросить Анну, когда отправила нас вчера спать и отложила разговор назавтра. Это сюда, пошли.

Позволив потянуть себя в сторону здания, на которое она раньше никогда и внимания не обращала, Роза согласно пробормотала:

– Вчера она говорила что-то про М-центр, когда мы появились здесь с Анной...

– Медицинский центр, - кивнул Леон.
– Тебе повезло, что ты раньше не слышала о нем.

Прямоугольное

здание находилось на той же площади, что и Б-центр, но ничего выдающегося в архитектурном плане оно из себя не представляло. На вид, это была самая обыкновенная многоэтажка, и хотя по сравнению с другими домами она и выделялась, сама Роза рассматривала ее лишь однажды - впервые появившись в Сулпуре. А так как никто до сих пор так и не потрудился объяснить ей - что, собственно, происходило за стенами этого здания, она вскоре стала относиться к нему просто как к очередному безымянному строению.

Двери быстро разъехались в стороны, едва они подошли ближе, и глазам Розы предстала совершенно обыкновенная приемная больницы, со всеми ее лифтами, креслами, одетым в белое персоналом и специфическим запахом. Постукивая по выложенному блестящими плитками полу, быстро ходили от двери до двери медсестры, а двое сидевших у стены ребят непринужденно возили по подлокотникам своих кресел пластиковые машинки - дожидаясь, вероятно, когда стоявшая у стола ресепшна женщина закончит закидывать медсестру вопросами.

– Леон Леруа, - поприветствовала медсестра Леона, когда женщина наконец отошла. Ее голубые глаза изобразили при виде него шутливую настороженность.
– Что на этот раз? Порез, перелом, ушибы?

– Нет, все в порядке, - отозвался Леон, криво улыбнувшись.

Медсестра покачала головой и оглядела Розу, словно надеясь увидеть у нее на лице синяк или по меньшей мере глубокую рану где-нибудь у виска.

– Мы пришли проведать Анну Мелентьеву, - поспешно произнес Леон.
– Вчера мы вернулись с ней...

– Ах, вот оно что!
– медсестра заулыбалась с пугающей лучезарностью, и Роза инстинктивно сделала маленький шажок назад.
– Знаю, знаю! Мне рассказывали, но я не думала, что... Так это вы? В самом деле? Это вы спасли ее?

– Лорен, - сидевшая чуть поодаль другая медсестра бросила на соседку предостерегающий взгляд, и та кашлянула.

– Виновата, - сказала она, смущенно поморгав Леону.
– Я, конечно, не должна задавать лишних вопросов. Итак, Анна Мелентьева... Между прочим, вы знаете, что мадам Ришар вчера лично приходила проведать ее, и вообще к ней вчера послали нашего психотерапевта? Сегодня они планировали...

– Лорен, тебя уволят, - спокойно произнесла ее соседка по столу.

– Палата номер двадцать пять, третий этаж, - сказала Леону и Розе медсестра.
– Мадам Ришар уже там.

– Чудесно, - Леон с благодарностью улыбнулся им обеим

и они с Розой отошли.

Когда лифт остановился на указанном этаже и они вышли, то увидели совершенно пустой коридор. Не было ни души, и только издалека доносился невнятный гул голосов, смутно знакомых. Переглянувшись, Леон и Роза устремились вперед, и вскоре остановились около полуоткрытой двери, украшенной золотой табличкой с цифрой "25". Леон постучал и разговор внутри палаты тотчас же оборвался, а голос мадам Ришар спокойно произнес:

– Проходите.

Комната была залита светом, и прошла секунда, прежде чем Роза смогла сфокусировать взгляд на бледном лице Анны, сероватым пятном выделявшимся на фоне белоснежной подушки. Ее кровать стояла едва ли не впритык к прозрачной стене, и проникавший внутрь солнечный свет свободно освещал не только ее, но и всю комнату, включая даже часть двери. Он касался также и причудливой формы стеклянных подвесок, состоявших их разноцветных камешков, свисающих единой композицией с потолка. Чуть шевелясь на ветерке, камешки отбрасывали на стены синие и золотые отсветы, мелодично и нежно позвякивая. Взгляд Анны был сфокусирован на них, но когда Роза и Леон вошли в комнату, она медленно перевела на них взгляд.

– Вы рано, - донесся до них голос мадам Ришар.
– Я предполагала, что увижу вас не раньше полудня.

Повернувшись, Роза увидела ее - мадам Ришар сидела у стены, устроившись на одном из двух стульев. Встретившись с девушкой взглядом, она спокойно кивнула ей в знак приветствия. Роза кивнула в ответ и вновь посмотрела на Анну. Та напряженно вздохнула и уголки ее рта странно дернулись.

– Как ты?
– тихо сказала Роза, подходя ближе.
– Мы с Леоном так беспокоились за тебя!

Анна и мадам Ришар переглянулись, и последняя ободряюще ей улыбнулась.

– Мне уже лучше, - сказала Анна, сделав глубокий вздох.
– Мне многое рассказали за это время, и у меня уже было время все обдумать.

Ее взгляд вновь метнулся к мадам Ришар, а потом медленно скользнул в сторону Розы. Что-то в выражении ее лица изменилось, и в глазах мелькнула надежда. Анна вздохнула и принялась мять край одеяла.

– Я думаю - да, - вдруг тихо сказала она, взглянув на мадам Ришар.
– Я бы этого хотела.

Та кивнула и ласково улыбнулась ей.

– Мне говорили о Сетернери, - пояснила мадам Ришар, обращаясь уже к Розе и Леону.
– Я думаю, мне удалось объяснить, кем был тот, кто... Анна?

Та вздрогнула и вся сжалась, но уже спустя секунду медленно кивнула и сказала:

– Рассказывайте, пожалуйста.

Мадам Ришар докончила:

– Я объяснила, что они из себя представляют.

– Так их было несколько?
– спросил Леон, хмурясь.
– Или и в самом деле это был кто-то один?