Соломенные люди
Шрифт:
Какое-то время он просто наблюдает, и наконец однажды вечером, когда идущая по улице девочка оборачивается, она видит кого-то у себя за спиной – и на этом для нее все заканчивается. А потом он в страхе уничтожает следы преступления, ощущая тошноту и обещая Богу или кому-то еще, к кому, по его мнению, он может обратиться, что никогда, никогда больше так не поступит.
– И именно таким образом ты его и нашел, – предположила Нина.
– Нет. Мы не нашли ничего, что связывало бы вместе всех девочек. Мы никогда так и не приблизились в своих поисках к какому-либо результату, поскольку так и не сумели выяснить,
– Но потом, – сказала Нина, осторожно подбирая слова, – ты обнаружил, что это вовсе не тот человек.
– Не так. Тот, кого я убил, похитил по крайней мере некоторых из несчастных девочек.
– Хочешь сказать, что тот, который действует сейчас, ему подражает?
– Нет. Я хочу сказать, что убил официанта, а не того, кто заказывал пиво.
– Не понимаю.
– Тот, кто слал посылки, и тот, кто похищал девочек, – разные люди.
Нина уставилась на него. Человек прямоходящий решает, что ему нужна девочка, и делает заказ? А потом кто-то просто доставляет ему ее, словно пиццу?
– Вот почему после Карен больше ни одна девочка не пропадала, хотя кто-то и доставил посылку. Человека, который похищал их, уже не было в живых. В отличие от убийцы.
– Но серийные убийцы так себя не ведут. Да, были некоторые, работавшие совместно. Леонард Лейк, Чарльз Джон и Ричард Дарроу. Фред и Розмари Уэст. Но ничего подобного не было.
– До сих пор не было, – согласился он. – Но мы живем в меняющемся мире, где все делается для удовлетворения нужд человека. Какими бы они ни были.
– Тогда каким образом получается, что девочек ничто между собой не связывало? Как ты сказал, похититель, вероятно, действовал стандартным образом, и мы вполне могли бы выяснить, каким именно.
– Если это каждый раз был один и тот же человек.
Нина посмотрела на него и моргнула.
– Похитителей было двое?
– Может быть, и больше. Почему бы и нет?
– Потому, Джон, что Человек прямоходящий за последние два года заполучил лишь одну потенциальную жертву. Сару Беккер.
– Кто сказал, что это он? – Он поднял бутылку и обнаружил, что та пуста. – У тебя наверняка есть еще вино.
Он вошел в дом, и Нина последовала за ним. Открыв холодильник, он недоверчиво уставился в его пустое нутро.
– Джон, у меня больше нет ничего выпить. Что ты имеешь в виду – кто сказал, что это он?
– Сколько серийных убийц вам удалось поймать за все время работы в Калифорнии?
– По крайней мере семь, может быть, даже одиннадцать. Зависит от того, как считать...
– Именно. И это только те, которые тебе известны. В одном лишь штате, причем в штате, который по уровню преступности далеко не на первом месте. А по всей стране их сотни, если не больше. Может быть, даже намного больше. Огромная клиентская
– Даже если ты и прав – что, честно говоря, еще нужно доказать, – как это может помочь нам найти Сару Беккер?
– Никак, – согласился он, и все его раздражение внезапно куда-то исчезло. Он сильно потер лоб. – Как я понимаю, федералы все еще проверяют все концы, ведущие к ее семье?
Нина кивнула.
– Ну что ж, – устало проговорил он. – Тогда, полагаю, нужно просто подождать.
Он взглянул на немой телевизор, все еще показывавший сводку о недавних массовых убийствах на оживленной улице в Англии.
– Следишь за этим?
– Пыталась не обращать внимания, – ответила Нина.
Они еще немного постояли в кухне, глядя на экран. Никаких реальных новостей не сообщалось. Никто до сих пор не знал, из-за чего убийца так поступил. При обыске в его доме были найдены несколько пропагандирующих ненависть книг, еще один пистолет, забитый порнухой компьютер и очень плохой рисунок, изображавший несколько темных фигур на белом фоне, подобных призракам на снегу.
Все это было сочтено не имеющим особого значения для дела.
Глава 18
– Вы должны мне дать не только воды, – сказала Сара.
Голос ее звучал едва слышно даже для нее самой. Эту фразу она повторяла уже много раз, как только открывалась крышка в полу.
– Тебе не нравится вода?
– Мне нравится вода. Спасибо вам за воду. Но мне нужно кое-что еще. Вы должны мне дать не только воды.
– Чего ты хочешь?
– Мне нужна еда. Я хочу есть.
Сара закашлялась. В последнее время она много кашляла, и каждый раз при этом ее начинало тошнить.
– В наше время мы слишком много едим, – сказал мужчина. – Чересчур много. Еду выращивают для нас тоннами и доставляют прямо к нашим дверям, а мы сидим, словно свиньи возле кормушки. Мы давно уже не охотники, а просто падальщики. Гиены с продовольственными купонами, которые подбирают завернутые в целлофан отбросы, оставшиеся после тех, кого мы даже никогда не знали.
– Если вы так считаете – пусть. Но мне нужно поесть.
– Мне нужно поесть, мне нужно поесть, мне нужно поесть, – произнес нараспев мужчина. Казалось, ему нравится сам звук этих слов, и он продолжал повторять фразу еще несколько минут.
Потом он немного помолчал, прежде чем заметить:
– Когда-то мы по многу дней обходились без еды. И были худыми.
– Знаю, Великая Депрессия. Годы засухи и все такое.
Незнакомец рассмеялся.
– Это было вчера и не представляет для нас никакого интереса. Я имел в виду – до вторжения.
– Вторжения? – переспросила Сара, а сама подумала: "Ладно, вот, значит, как. Маленькие зеленые человечки. Русские. Евреи. Не важно".
Она снова закашлялась, и на мгновение у нее перед глазами все побелело, а когда он ответил, его голос звучал так, словно доносился откуда-то издалека, или как если бы он пользовался одной из тех штук, как у Шер [18] в альбоме «Believe».
18
Шер (р. 1946) – американская певица. (Прим. ред.)