Солнце моей ночи
Шрифт:
– Куда же Вы? Вам нельзя уходить. Вы же не можете, так просто взять и уйти, – затараторила блондинка. – Просто так? Серьезно? Я здесь уже… Кстати сколько я здесь уже?
– Не волнуйтесь так, скоро придет человек. Вы ответите на его вопросы и пойдете домой.
– Кажется, это вам нужно успокоиться, а не мне, – и правда, блондинка выглядела куда более взволнованной, чем Элина. – Я отвечала на одни и те же вопросы уже десять раз, в десяти разных кабинетах, десяти разным людям. Сколько их еще? Может, мы просто запишем мои слова на диктофон, а я наконец-таки пойду домой и хоть немного посплю? – Несмотря на
– Но… н-н-но, это правда очень важный человек, и он будет задавать очень важные вопросы, – растерялась и замямлила блондинка.
– Оу, а до этого, значит, были не важные люди и не важные вопросы, да? – снова съязвила Элина.
Бедная девушка уже совсем было растерялась, и не нашлась, что ответить. Но ее спасла стремительно вошедшая в дверь женщина. Она, по-видимому, и была тем самым «важным человеком»
– Идите за мной, – едва посмотрев на Элину, скомандовала женщина. Именно скомандовала, и никак иначе это не назовешь.
Женщина так стремительно преодолевала узкие коридоры и повороты отделения полиции, что Элина едва поспевала за ней. Ей даже показалось, что участок снаружи выглядит гораздо меньше, чем он есть внутри. После пятого поворота Элина подумала что, если она пойдет обратно одна, то никогда не выберется из этих бесконечных лабиринтов. Поворотов было еще как минимум семь. И два маленьких спуска. Нет, это здание снаружи определенно меньше раза в четыре. После последней лестницы они, наконец, вошли в маленький темный коридор с одной дверью. Коридор был темным! Ни одного окна. Наконец-то, хоть где-то нет этого жуткого солнца. Элина, слегка взбодрилась.
Кабинет за дверью оказался почти таким же темным. И он существенно отличался ото всех остальных помещений полицейского участка, так как Элина побывала за этот день уже во многих комнатах этого здания, ей было с чем сравнивать. Кабинет находился в цоколе, об этом свидетельствовало маленькое окно, находящееся под самым потолком, хотя Элине казалось, что они должны были спуститься гораздо ниже уровня земли.
Вид из окна открывался самый живописный: решетка, а за ней колеса полицейского УАЗа. Оно и лучше. Хотя бы нет солнца. Ремонт этот кабинет видимо обходил стороной многие десятилетия. Если все остальные помещения полиции были обустроены по последнему слову техники и интерьера: кожаные диванчики, кондиционеры, пластиковые окна, жалюзи, турникеты и прочее, то здесь же был «привет из СССР»: стены побеленные известкой, старый зашарканный паркетный пол, старый деревянный стол и два таких же ретро стула по обеим сторонам стола, и возвышалась над всем этим обычная вольфрамовая лампочка, свисающая с потолка прямо на голом проводе.
– Присаживайтесь, – скомандовала женщина, рукой указывая на стулья.
Элина села напротив окна, спиной к двери. Ей хотелось сесть спиной к окну, что бы, если вдруг машина, колеса которой перегораживали дневной свет, уедет, противные лучи светили Элине в спину, а не в глаза. Всем своим существом сейчас она хотела только не видеть и не попадать под эти лучи. Но интуиция, или стереотип, сложившийся из просмотренных фильмов, подсказывали ей, что человек в ее положении, то есть человек, отвечающий на вопросы должен сидеть спиной к двери. Элина устало
Тем временем женщина, которая привела ее сюда, исчезла из комнаты. Девушка не знала, как это объяснить, но она просто кожей почувствовала, что в комнате кроме нее никого нет. От этого ощущения Элина вдруг растерялась и начала оглядываться. Позади себя в углу слева от двери, она увидела еще одну дверь. Она была маленькой, как дверь в гардеробную и была побелена той же известкой что и стены, потому-то девушка и не заметила ее сразу. Теперь же она была приоткрыта и та женщина, судя по всему, находилась за этой дверью. Сквозь приоткрытую дверь Элина увидела край стеллажа, в котором находилось множество папок. Не успела она это разглядеть, как женщина стремительно вышла оттуда, сурово хлопнув дверью. Дверь, кстати, оказалась настолько маленькой, что женщине пришлось пригнуться, выходя.
– Времени у меня очень мало, так что начнем, – вновь скомандовала женщина, уже сидя за столом напротив Элины. – Я не сторонник допросов, так что сначала я попрошу вас вкратце описать события прошлой ночи, а затем задам вам несколько вопросов.
– Я уже рассказывала все это несколько раз. Зачем все это?
– Милая леди, Вы, кажется, не совсем уяснили. Вопросы здесь задаю я!
– А говорите, что не любитель допросов. Я нахожусь здесь с самого рассвета и пересказала одно и то же, уже и не помню сколько раз, и неизвестно сколько еще раз мне придется это рассказывать! – едва не прокричала Элина сиплым от усталости голосом. – И знаете что? Мне порядком все это надоело.
На этих словах девушка, сама не понимая, что делает, встала и направилась к двери. Очнувшись от своего внезапного порыва ярости, Элина осознала, что она пролетела уже два поворота и… заблудилась. В тот же момент она осознала, что поступила совершенно неправильно и ей нужно вернуться.
Но в этом ей «помогли»: два огромных полицейских, вдруг схватили ее за руки с двух сторон. Откуда они только взялись? Когда Элина бежала, ей казалось, что эти коридоры совершенно пусты. Но не успела девушка сказать и слова, как почувствовала, что в ее запястье входит тонкая игла.
Очнулась она на стуле все в том же маленьком кабинете. За окном уже смеркалось. Женщина, устроившая все это, склонилась над своей папкой, но через секунду после того, как Элина пришла в себя, перевела свой взгляд на нее.
– О, я рада, что Вы снова с нами, милая леди, – на этот раз ее голос был приторно сладким и вежливым.
– Значит, не любите допросов? Ну, теперь я вижу, какие методы Вам по душе, – голос Элины стал еще более сиплым, а с каждым произнесенным словом тошнота подкатывала к груди.
– О, милая, поберегите силы. Я пока не просила Вас говорить.
– У нас же мало времени? – язвительные фразы Элины, произнесенные ее убитым голосом, звучали жалко.
Тошнота, уж было, совсем взяла верх над хрупкой девушкой. Ее тело передернула легкая судорога, я на лбу проступили капельки пота.
– Милая, да на Вас же совсем лица нет! Поберегите силы. Придите в себя, а затем уже и поговорим. Некрепкий чай с сахаром Вам поможет, сейчас я распоряжусь, не беспокойтесь.
От этого приторного голоска Элину тошнило еще больше, и она побоялась что-либо произнести.