Шрифт:
Для подготовки обложки издания использована художественная работа Александры Резановой.
Пролог
Знаете, бывают такие дни, которые в одночасье меняют всю нашу жизнь, и она уже никогда не станет прежней. А бывают и такие дни, которые в одночасье меняют нас, и мы уже тоже никогда не станем прежними…
Тот холодный и ветреный мартовский день навсегда изменил и жизнь девушки Элины, и ее саму. В тот день Эля, заливая школьный двор озорным смехом, попрощалась до вечера с шумной компанией подружек и направилась домой. Этот день казался ей самым лучшим днем ее жизни, его не мог испортить даже злобный напористый ветер.
Но донести все это до дома ей не удалось, всему этому было суждено разбиться прямо у подъезда.
Зайдя во двор пятиэтажки, Элина заметила у своего подъезда машину скорой помощи, милицию и толпу зевак. Сердце в ее груди сразу как-то странно сжалось. Хотя с чего бы вдруг? В подъезде 20 квартир, в каждой проживает в среднем 2-3 человека, и с кем угодно могло случиться что угодно. Но чем ближе сквозь толпу зевак к месту происшествия пробиралась Элина, тем отчетливее она понимала, что там ее отец и он…
– Мертв, – сухо сказал врач, державший запястье лежавшего на земле мужчины, как раз когда Эля наконец-таки пробралась сквозь толпу и увидела эту картину.
Василий Романов был бодрым сорокалетним мужчиной. Все окружающие знали его, как энергичного, веселого рубаху-парня. Он никогда не жаловался ни на жизнь, ни на здоровье, никогда не злился ни на кого, и никогда не унывал. Единственным смыслом и центром его жизни была его дочурка. О ее матери никто не знал, даже слухов никаких не ходило, и с другими женщинами он тоже отношений не заводил. Василий переехал в этот город, Зеленогорск, когда Эля была еще совсем малюткой, и воспитывал ее один все эти годы.
В этот день, когда Элечке исполнилось 18, он взял выходной на работе, приготовил дочке завтрак, отправил ее в школу и принялся готовить ее любимый торт. Очевидно, что для мужчины вырастившего дочь с пеленок в одиночку, торт приготовить было абсолютно не в диковинку. К полудню все было готово, и дочка как раз вот-вот должна была вернуться, но вот беда: забыл свечи купить. Ну как же можно: дочке 18 лет исполняется, а торт без свечек? Василий быстренько прибрал на кухне, снял фартук, поспешил до ближайшего магазина за свечами и больше не вернулся.
«Сердечный приступ» – так объяснили врачи позже. А сейчас вокруг все начали бегать, суетиться, кто-то рыдал из-за смерти доброго дяди Васи, кто-то перешептывался. Но никто не замечал, как прямо перед ними угасала девочка Эля, как крупные слезы вымывали огонь, как суета и жизнь вокруг поглощали ее внутренний крик, ее ненависть, ее радость, ее любовь. Осталась лишь боль невыносимая, нестерпимая. Боль, которая выедала изнутри остатки чувств.
Кто-то, кажется из другого мира, окликнул ее, она обернулась и увидела соседку бабу Машу, трясущую ее за руку.
– А вы знаете, что самое интересное, баб Маш? – вдруг вырвалось из пересохшего горла Элины. – Роза ведь была розовая, а лепестки черные… Хм.
Баба Маша решила, что бедная девочка тронулась умом от горя, не заметив, что на месте, где только что было тело Василия, лежало несколько лепестков черной розы.
– Пойдем детка, я сделаю тебе чай с ромашкой, – повела она
– Баб Маш, а как же пап… – слезы не дали девочке договорить.
– Пойдем, милая, ему уже ничего не надо, а они тут сами разберутся, – сказала баба Маша, обнимая девочку.
И они ушли в соседний подъезд к бабе Маше, где Элина провела дни до похорон. А розовая роза целая и невредимая так и осталась лежать на лавочке, куда ее бережно положила девушка, перед тем как войти в толпу.
Глава 1. Пустота
А тем временем жизнь продолжалась. Весна вступала в свои права. Капели, птичьи чириканья, подснежники, лужи, зеленая трава, почки на деревьях, а затем и молодые листочки – все это с бешеной скоростью сменяло друг друга, жизнь неумолимо шла вперед. Но для Элины Романовой жизнь проходила мимо, она была посторонним зрителем в этой живой и задорной пьесе весны. В 18 лет эта девушка была опустошена. Абсолютно. Горе выпотрошило ее изнутри, все чувства и эмоции оставили ее. И только эхом отдавалась в этой гулкой пустоте боль и скорбь по единственному родному человеку, который так рано покинул ее.
В квартире, где они жили с отцом, девочка больше не появлялась. Эта была не их квартира, кузина Василия сдавала им ее за умеренную плату, но на похоронах она прозрачно намекнула, что ее старший сын надумал жениться, и жилплощадь ему будет очень кстати. Элина знала, что у отца есть большой дом в одном из маленьких городов их края, под названием Темноярск, там они жили еще с ее матерью, но девочка этого не помнила: ни дома, ни матери, она тогда была еще совсем маленькой. Отец говорил, что уехал оттуда, что бы обеспечить Эле лучшее будущее. Чем больше город, тем больше возможностей, и ВУЗы в Зеленогорске под боком. Правда ли это было или отец просто бежал от воспоминаний – было уже не важно. Элина окончит школу и уедет в этот маленький городок, но и это было для нее уже не важно, не нужно ей было уже никакое будущее. А пока она жила у той самой добродушной соседки бабы Маши и заканчивала свое обучение в школе.
«Время лечит» – говорят люди, но для Элины, казалось, время шло мимо. Что-то происходило, картинки менялись: школа, дом, прогулки, экзамены. Но это были лишь картинки, ни одно из событий не прошло через ее сердце, все только перед глазами, а душа ее, казалось, так и осталась в том дне 17 марта, у подъезда, в толпе.
Через три месяца позвонил Вадик, тот самый, что розу подарил, тот самый который пригласил Элину на свидание, тот самый, в которого она была влюблена в той «прошлой жизни». Он предложил ей встретиться в новом летнем кафе, недалеко от дома Эли. Поначалу это событие не вызвало у нее никаких эмоций, как и все происходящее вокруг, и все же она согласилась.
Но вечером, когда она вышла на улицу и направилась к месту встречи, в голову вдруг ударил дурманящий запах раннего лета, зазвенели трели соловья, а кожи ласково коснулся теплый июньский ветерок. Все это совершенно внезапно взбудоражило остатки ее чувств, покоящиеся где-то на дне опустошенного сердца. Девушка посмотрела на небо и увидела миллионы таких близких звезд и среди них самую-самую яркую. И в тот момент ей показалось, что она увидела свет в своей пустой жизни.
Элина согласилась встречаться с Вадимом сразу, как только он предложил, без всяких игр и кокетства. И хотя она так и не стала вновь той звонкой и веселой Элечкой, но все же она любила его, любила из последних сил. Вадим был спокойным и надежным, он заботился об Элине и, наверное, тоже любил.