Солнце мертвых
Шрифт:
Вот этого делать не следовало. Стул вместе со священником медленно поднялся в воздух и завис где-то посередине комнаты. Бедолага касался макушкой потолка. Внезапно стул выскочил из-под отца Авенира, и тот с воплем шмякнулся на пол. Он попытался пошевелиться, но неведомая сила подхватила его и грохнула об стену. Удар был настолько силен, что ему показалось, что оторвались почки.
Поп так и прилип к стене. Он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Некоторое время он находился в неподвижности, вращал обезумевшими глазами. Потом его потащило вверх прямо по стене. Он напоминал
Тупое безумие навалилось на несчастного человека. Крест во время бросков он потерял, а теперь увидел, что тот валяется на полу прямо под ним. Глаза священника сосредоточились на фигурке распятого. Он попытался пошевелить пересохшими губами, но в это мгновение прямо из стены комнаты вышел мальчик лет двенадцати, приятной наружности, и, не обращая на отца Авенира внимания, вышел на середину комнаты, подошел к распятию и ногой вогнал его в половицу. Страшный удар потряс комнату, он был настолько силен, что с потолка посыпалась штукатурка, а пыль клубами повисла в воздухе. Когда она немного улеглась, мальчик поднял голову и, усмехнувшись, посмотрел на прилипшего к потолку отца Авенира. И такой у него был при этом взгляд, что священник обреченно понял: все!
– Ну какой ты на хрен поп! – сказал мальчик стариковским тенором. – Чего ты, придурь, не в свое дело лезешь. Денег тебе захотелось? На тебе деньги!
Только он это сказал, как с потолка посыпались радужные бумажки. Вмиг они устлали пол.
– Получи, – сказал мальчик.
Отец Авенир вторично, как жаба, грохнулся об пол. Кровь текла из рассеченного подбородка, из разбитого носа, руки судорожно шарили вокруг, сжимая купюры.
– Тебе ли, – продолжал мальчик, – тягаться с нами. – Он засмеялся: – «Ни богу свечка, ни черту кочерга» про таких, как ты, сказано. Убирайся отсюда!
Не помня себя, бросился отец Авенир к входной двери. Та мгновенно открылась. Опрометью скатился он с девятого этажа, выскочил из подъезда и побежал, не разбирая дороги. Он не слышал криков Голавля, не видел удивленных прохожих, озиравшихся на растерзанного и окровавленного человека с безумным лицом, в странном одеянии.
«Жив! Жив!» – билось кувалдой в голове. Пробежав сотни две метров, он споткнулся, упал в грязь да так и остался лежать в ней.
12
Внештатный корреспондент областной молодежной газеты Олег Горбатов трясся на заднем сиденье рейсового автобуса, который ехал в Светлый. Он пытался разглядеть сквозь заляпанные грязью окна пейзаж вдоль дороги, но почти ничего не видел. Поэтому Олег отвернулся от окна и стал обдумывать план действий.
Вчерашний разговор с этим мужественным парнем – Володей Сыроватых заинтересовал Олега настолько, что он решил спозаранку отправиться в неведомый ему Светлый. То есть он, конечно, слышал об этом молодом городе, но бывать в нем не приходилось.
Олег Горбатов был юн, упрям и самонадеян. Он мечтал открыть что-нибудь такое, о чем до него никто не писал. При этом преследовал двоякую цель. Во-первых, он мучительно хотел
– Это черти, – в один голос твердили оба, – с рогами.
А когда Олег пытался им доказать, что это не рога, а антенны, бичи только в изумлении таращили на него глаза. Материал, который сделал Олег, получился, что называется, крутой. Его читала и покатывалась со смеху вся редакция. Однако на страницы газеты он не попал.
Внештатный корреспондент Горбатов выискивал и другие умопомрачительные темы, которые, к сожалению, тоже не попадали на полосы. Еще одной страстью Олега были материалы о людях, имевших разные не совсем обычные хобби – увлекавшихся йогой, занимавшихся карате, знакомых с основами древнетибетской медитации. Такие материалы, хоть и со скрипом, ставились на полосы. Обычно они были полны ошибок и вызывали резкие отповеди тех, о ком были написаны.
Редактор в такие минуты грозно рычал, но, в очередной раз пожимая слабенькую безвольную ладошку специалиста по таинственному и необъяснимому, почему-то испытывал к нему жалость и не отлучал от газеты, хотя и давно собирался. Перед тем как отправиться в экспедицию, Олег с утра пораньше заглянул в редакцию и сообщил ответственному секретарю о том, что отправляется в Светлый. Тот довольно кисло встретил это сообщение и только спросил: с какой целью?
Наученный горьким опытом, Горбатов о своих истинных намерениях не рассказал.
– Хочу собственными глазами увидеть, как живет молодой город, – ответил Олег.
– Дыра, – брюзгливо пробормотал ответсек, – ты на химзавод сходи и сделай оттуда репортаж.
Заверив начальника, что обязательно сделает, Олег убежал. И вот теперь, подскакивая на ямах разбитого шоссе, он сжимал в кармане ключ от квартиры физрука и размышлял о плане действий. В голове ничего конкретного не выстраивалось.
«Решу на месте», – думал Олег.
Приехав в Светлый, он довольно долго искал нужный дом. Город, против его ожиданий, оказался не маленьким, но однообразие и убогость его архитектуры поразили даже Горбатова.
«Все дома на одно лицо, – тоскливо думал он, перескакивая через лужи, – точно из спичечных коробков построены». Наконец какой-то прохожий указал ему нужное направление. Порядком вымотавшийся Олег двинулся к цели. Внимание его привлекла толпа рядом с нужным домом. Тут же стояла машина «Скорой помощи». В нее укладывали носилки с каким-то человеком.
– Что случилось? – спросил Олег у какой-то старушки.
Та оглядела его с головы до ног, но ничего не сказала.
«Странная какая», – подумал Олег.