Сокрушая врага
Шрифт:
Мужчины молчали, дав девке выреветься. А что делать? Словами тут не поможешь - пусть уж вы-плачет все без остатка. Валуй принялся возиться с дровами, а Вадим прислонился к дереву и, закинув голову вверх, созерцал проплывающие по небу хмурые облака.
Наконец девица, всхлипнув еще несколько раз, притихла. Вадим опустил голову.
– Ну, я прямо не знаю, чем тебе помочь, краса-вица…
– А чем мы поможем?
– отозвался бородач.
– Если отец решил, тут уж нечего решать…
Вадим нахмурил брови и кинул взгляд
– А ты, кстати, как это из дому-то утекла?
– спросил Вадим после некоторого молчания.
– А я и не из дому…
– Вот те раз, а откуда?
– Так мачеха меня в Новцо с собой повезла… я не хотела, а она у батюшки выпросила, говорит, в Новце старуха есть… лечить меня.
– Так ты что, хворая?
– не удержался от вопроса Валуй.
– Нет, что вы, дяденьки, я не хворая… это Бажана выдумала и батюшку убедила, что я чревом хворая…
Вадим понимающе переглянулся с Валуем, мол, видишь, куда гнет ведьма-мачеха, намекает, что девка может оказаться слабовата по женской части, пустоцвет, одним словом…
– Ну и что ты?
– Я сразу придумала, что сбегу… Когда мы в деревню-то приехали, я и спряталась… Слуги меня по округе искали, а я в сарае схоронилась…
– Ловко придумала, под самым носом у них затаилась, - похвалил девушку за находчивость Валуй.
– Ладно, - изрек Вадим, вставая, - нечего тут посреди леса мерзнуть. Пойдем в деревню, там и заночуем, а то мы с Валуем уже пять ночей на снегу… Дорогу до деревни укажешь?
– Тятенька… - пролепетала девушка.
– Ну, ищут тебя, это точно, - кивнул Вадим.
– Валуй, а может, ее парнем переодеть? А что, переночуем спокойно, а там решим, как красавице помочь. Что скажешь?
– Не гоже девку от отца родного прятать…
– А за нелюбимого гоже за косу тащить?
– Нет…
– Вот то-то… Ладно, посмотри-ка, у нас в мешке должна быть рубаха да порты. И шапку поищи. А ты, Квета, косы-то прибери.
Видя смущение девушки, Вадим добавил:
– Раздеваться не надо. Натяни порты, а платье запрячь. Вот так… так. Да, молодец. Дай-ка твой плащ.
Он скинул свой тяжелый шерстяной плащ и набросил ей на плечи.
– Так-то оно теплее будет. А я пока в твоем похожу, ты не против?
– Вот и шапка, - протянул Валуй отороченный мехом головной убор с темно-красным верхом, - надевай.
Когда процедура переодевания была полностью завершена, Вадим критически осмотрел Квету.
– Сойдет. В темноте не шибко кто и разберет. Ну, пошли, уже темнеет. Квета, чего встала? Веди, показывай…
Девушка робко шагнула вперед, мужчины за ней.
– А ты вообще куда направлялась?
– поравнявшись с ней, поинтересовался Вадим.
– Не знаю… - обреченно ответила девушка.
– Не знаю, - передразнил ее юноша, забавно
– Веди уж давай, снегурочка…
До Новца - так называлась ближайшая деревня - добрались уже затемно. Квета, ранее бывавшая в этой деревне с отцом, указала дом одинокой старушки.
– Ладно придумала, - похвалил ее Вадим, - там меньше глаз и ушей будет. Пойдем, показывай, где твоя старушка живет.
– Да вот же дом, низенький…
В калитку первым постучал Валуй. Ни звука. Ни лая собаки, ни человеческого голоса.
– Сильнее стучите, - посоветовала девушка, - бабка Ходора глуховата.
– Ага, - кивнул бородач и сильнее забарабанил по хрупкой калитке. Калитка оказалась едва живой - после третьего удара бородатого дружинника она слетела с одной петли и неуклюже покосилась на бок.
– Ну, хто тама, - наконец раздался недовольный голос Ходоры, - хто по ночам лазает?
– Пустите переночевать, уважаемая Ходора, - вежливо начал Вадим, - путники мы, в Новгород идем.
Бабка, покряхтывая, вышла из дома, подошла к калитке.
– Изломали, как есть изломали, - запричитала она, первым делом узрев ущерб, нанесенный хозяйству.
– Да больно хлипкая у тебя, бабка, калитка, - подал голос Валуй.
– Ужо какая есть…
– Поутру починим, обещаю, - Вадим сделал ударение на «обещаю».
– Путники, говорите?
– недоверчиво спросила Ходора.
– Путники. Я - Вадим, это - Валуй, и отрок с нами - Есеня, - на ходу соврал Вадим про Квету, мгновенно вспомнив, что скоро у нее день рождения. Родилась она как раз по осени, вот, значит, пока и побудет Есеней.
– Ну, проходите, путнички, токо угощаться у меня нечем.
– У нас есть, - весело ответил Вадим, - мы и тебя угостим.
– Кхе, кхе, - кашлянула в кулак бабка и, повернувшись спиной, заковыляла к дому.
Ночные гости проследовали вслед за ней.
– Лучина на столе, - пролепетала Ходора, - запалите.
Валуй, действительно нащупав на столе несколько лучин, запалил одну из них. В избе чуть посветлело.
– Откуда путь держите?
– с любопытством спросила бабка, усевшись на свою постель.
– От чудинов, бабушка, - ласково ответил Вадим.
На удивление старушка понимающе кивнула и расспросов больше не учиняла. Меж тем Валуй сообразил на стол. Глаза бабки при виде вяленого мяса заметно оживились.
– А чего это отрок у вас шапку в избе не сымает?
– вопросила старуха, глядючи на Квету.
– Хворый он, - быстро нашелся Вадим, - застудил голову.
– Эва, - подивилась бабка, - у нас тут к одной вдовице тоже шастает один… все в шапке ходит, так его и кличут Кучмой. Токо он не хворый, а плешивый, - бабка заулыбалась во весь свой беззубый рот, - и чего в нем Сияна нашла…