Сокрушая врага

Тестов Александр

В ту ночь Юски лег спать усталым до крайности. Уснул он сразу и крепко, да так, что и не услышал, как Айникке легла рядом с ним. Она прижалась к его бородатой щеке и нашептывала ласковые слова, но муж лишь что-то несвязно бурчал во сне…

Юски спал долго, почти до рассвета. Не успели еще каргийокские петухи прочистить глотки, как он открыл глаза. Под самое утро ему приснился Баар с тревожным взглядом. Он что-то говорил ему, звал… скорей, скорей! Юски высвободился из объятий жены и осторожно встал…

Дабы не полошить Каргийоки,

нойда приказал всем, кого отберет Юски для этого дела, собраться в Хидене. После того, как вепсы отбили нападение ярла Гутрума и собрали на погибель дружину в помощь новгородскому князю, мужиков в Каргийоки осталось по пальцам пересчитать. Оттого Юски подбирал людей для вызволения из полона Баара очень тщательно. Выбрал он двоих опытных охотников, что ловко сбивали стрелами белок с веток, да еще семерых молодых парней, не болтливых и с крепкими руками. Вдесятером они и направились в Хиден, в Священную рощу медвежьего рода, как и просил нойда. Почти на самой окраине поселка их нагнала Улла. Ее светло-русые волосы были растрепаны, поверх ночной рубахи был небрежно накинут плащ, который съехал с правого плеча и норовил совсем упасть.

–  Юски!
– позвала она издали.
– Юски, обожди…

Вепсы остановились. Улла замедлила бег. Плащ все же соскользнул с ее плеча, и на следующем шаге она оступилась, запутавшись в нем.

–  Юски, - еще раз позвала она, распутывая и вновь закидывая плащ на плечи.

Вепс сам пошел ей навстречу.

–  Что тебе?
– негромко спросил он.

–  Баар… - она пыталась отдышаться, - что с ним? Он жив?

Юски плотно сжал зубы, прищурился и посмотрел в прозрачно-голубые глаза женщины. Улла глубоко вздохнула.

–  Не томи, Юски, заклинаю, скажи правду, он жив? Здоров? Что с ним?
– на одном дыхании произнесла она.

–  Жив и здоров, - коротко отрезал Юски, - мы его вернем, я обещаю тебе, Улла, вернем.

Женщина, не отрывая взгляда от глаз Юски, слегка качнула головой, и ее руки потянулись к плечам. Она, словно под гипнозом, медленно приподняла плащ за углы и натянула на голову.

–  А… ты вернешь Баара, да?

–  Верну, обязательно, - подтвердил Юски.

Улла отступила на шаг назад, слегка согнулась в поясе.

–  Спасибо тебе…

Она повернулась к нему спиной и не спеша направилась к дому. Из ее глаз катились слезы…

Юски с минуту смотрел ей вслед, затем резко развернулся и махнул рукой. Отряд вепсов продолжил свой путь. Вскоре они добрались до Хидена. В Священной роще их уже ждали.

Нойда Капс ввел весь десяток вепсов под своды длинного дома, и они предстали перед идолом Юмала. На требный камень вепсы положили нехитрые подношения своему великому покровителю - ягоды, грибы, зерно, мед…

Вепсы долго стояли перед идолом, в молчании склонив головы. Они молились, каждый как умел, а нойда, раскурив дымные смоляные лучины, принялся кружить вокруг них, нашептывая древние, одному ему понятные заклинания. Иногда нойда останавливался, вскидывал руки вверх и, потрясая посохом, выкрикивал:

–  Мякки… калья… ранд нярк… суюри валга…

Вскоре Капс прекратил свое кружение. Он обошел

вепсов, встал к ним спиной, лицом к идолу.

–  Юмал!
– воскликнул нойда.
– Юмал, ты видишь пред собой детей твоих. Они страдают, о повелитель грозы. Помоги нам вернуть нашего Баара, помоги вырвать его из когтей врага. Порази врагов наших огненной молнией! Пусть твои стрелы проткнут их лживые сердца!

Нойда сделал шаг вперед, твердо поставил посох на землю и опустился на одно колено.

–  Юмал, - чуть спокойнее произнес он, - прошу, заклинаю тебя… кумитан порья, лемистас интес, калья сурри, инее пьях…

Тихий выдох облегчения пронесся по рядам вепсов.

–  Озамадоохет!
– выкрикнул нойда, да так громко, что за стенами святилища испуганно вспорхнули птицы с веток и унеслись в глубь Хидена, оглашая округу тревожным щебетом.

–  Озамадоохет, - спокойно повторил нойда, и Юски видел, как тяжело упала его голова на грудь.

После обряда, когда Капс настоял, что всем надлежит ночевать в святилище, Юски распорядился провести последние приготовления к выступлению. Решено было выступить до рассвета. Вепсы, выйдя из святилища, разместились у большого костра и принялись проверять, чистить и точить оружие. Лучники заботливо осмотрели луки, нет ли трещин. Проверили тетивы, основную и обязательно запасную. Каждая стрела прошла придирчивый осмотр, боевой наконечник, оперенье, древко…

Нойда задержал Юски у себя в святилище до вечера. Капс наставлял, советовал, просил.

–  Главное, Юски, - вкрадчиво говорил нойда, - это вернуть Баара, в нем надежда нашего рода - так считают наши старейшины. Вы можете не вернуться, - Капс понизил голос, - но Баар вернуться должен.

На следующее утро, едва первые проблески света пробились сквозь мглу, Юски увел свой маленький отряд на ответственное задание. Шли споро. Юски постоянно подгонял земляков, торопил. Ни столько от физического напряжения, сколько от засевшей мысли о Бааре, в висках покалывало. Последняя фраза нойды Капса так и крутилась в голове Юски: «Вы можете не вернуться, но Баар вернуться должен». Юски обернулся на ходу. Молодежь поспевала за ним, а вот старые охотники заметно отстали. Пришлось остановиться и подождать. «Баар должен вернуться… в нем надежда нашего рода», - в сотый раз молоток забивал гвоздик в мозгу Юски.

Они еще несколько раз останавливались, чтобы старики могли перевести дух. Забавные они - Пэлла и Куски, два соседа, два друга. Сколько Юски себя помнил, они всегда ходили вместе и на охоту, и на рыбалку. Они и женились в один день, да и сыновья народились у них почитай друг за другом, в несколько дней. И на стене Каргийоки стояли рядом, когда ярл Гутрум вознамерился покорить медвежий род. Юски видел, как справно Пэлла и Куски всаживали стрелы в северян и как угомонили самого ярого воина, что ловко метал топоры. А еще Юски всегда забавляло, как эти старики ссорятся. Со стороны могло показаться, что они в пылу ссоры вот-вот кинутся друг на друга с кулаками, но те, кто их хорошо знал, уверяли, что такого за ними никогда не водилось. Они бранились как-то по-особенному, незло…