Софья - королева данов
Шрифт:
Меня радовало, только одно, мать отстала от меня со своими нравоучениями и порицаниями. Вскоре я обрела свободу, матери было не до меня, она ждала ребенка[5].
У короля Сверкера были дети от первой жены, это сын Карл и дочь Хелена. Хелен жила в доме отца и ей было около восьми лет, Карл был уже взрослый, около восемнадцати ему было.
С Хелен я не смогла подружиться, она была тихой и застенчивой девочкой, почти не выходящей из своей комнаты. Она была обучена вышивать, я знала, что она много молилась и посещала церкви. Мне же не сиделось на месте, я любила бегать, играть с мальчишками.
Постепенно я обрела новых друзей, вокруг меня собирались целые ватаги,
Постепенно они всё теплее и теплее относились ко мне, я стала им названной сестрой. Мы росли, я чувствовала за спиной поддержку друзей. Это предавало мне сил, постепенно я выпрямила спину, появилась и стойкость в характере.
Хочу обратиться к моим читателям с вопросом.
От одного из вас я услышала мнение по поводу сухости моего повествования в этой книге и так же от переизбытка исторической информации. И ещё о том что эта книга сильно отличается от предыдущих моих произведений. Хочу услышать ваше мнение и возможно какие-то подсказки.
[0] Здесь я хочу пояснить, почему, дан Вальдемар и Сонька, понимали друг друга, Только через 120 лет после Кирилла и Мефодия глаголица и кириллица придут на Русь вместе с крещением Владимира Святого в 988 году. Кириллица станет официальным языком. Её буквы и звуки наполнят бытовую речь, вытесняя церковнославянский язык Руси на основе греческого алфавита.
Но князья - Владимир, Ярослав Мудрый, Изяслав, Святополк, продолжат говорить на всех языках мира. С варяжскими дружинами на датском, со славянами на славянском, с Европой и Византией - на латыни...
Мы знаем, что дочери Ярослава Мудрого говорили на латыни и переучивались на венгерский, франкский и норвежский после замужества. А князь Изяслав переписывался с римским папой без переводчика
В конце Киевской Руси появится Владимир Мономах. Судя по его любви к славянским терминам, большую часть времени Мономах говорил на старославянском языке, а меньшую на латыни.
Затем Киевская Русь распадется на мелкие княжества, но весь славянский народ этого пространства будет говорить на общем языке с местными диалектами, писать берестяные грамоты на едином церковнославянском языке, а другие языки исчезнут.
Начнет формироваться единый русский язык как единственный язык нации. Но с захватом Литвой западных русских территорий до самой Москвы и Орла, общий язык развалится на белорусский, украинский и русский языки.
Так что по большому счету Древняя Русь не имела единого русского языка. А ее князья говорили на чем угодно и были невероятными полиглотами.
[1]Около 1148 года умерла королева Ульвхильд Хокансдоттер, жена Сверкера I. Вскоре после этого овдовевший король женился на Ричезе, которая прибыла в Швецию со своей дочерью Софией.
[2] Сигтуна - первая столица Швеции, которая в XI—XII вв. являлась крупным торговым, политическим и религиозным центром страны. В августе 1187 года город был захвачен и разрушен то ли карелами, то ли эстами, то ли русичами новгородцами (вероятнее это были объединённые войска). В средние века семь каменных церквей и монастырей были воздвигнуты в городе, но на сегодняшний день можно увидеть руины только трех.
[3] В те времена 48 лет, была уже старость. Средняя продолжительность жизни в средние века была 30 лет. Поэтому пережившие 55-60 лет, были долгожителями с крепким здоровьем.
[4]
[5] В браке родился один сын, Булизлаус или Бурислев, которого назвали в честь его польского деда по материнской линии. В хрониках Суне Сик Сверкерссон упоминается как младший сын Сверкера I, возможно, рожденный Ричезой.
ГЛАВА 8 НОВАЯ ЖИЗНЬ.
ГЛАВА 8 НОВАЯ ЖИЗНЬ.
Сигтуна, Швеция 1149 -1150 год
Я пыталась примириться с жизнью, что была для меня не привычной. Постепенно взрослея, мне казалось мир вокруг меня тоже меняется. Пытаясь выжить в суровом мире воинов окружающих меня, я старалась узнать о нем больше.
Видимо моё природное любопытство и упрямство, привлекло внимание Сверкера.
Когда он это приметил?
Не ведаю.
Как и положено женщинам вокруг, я не сидела с мужчинами за столом, находясь в женской половине дома, почти не показывала нос в тех местах, где бывают мужчины. Приучаемая матерью шить и вышивать, ткать на станке, с вечно исколотыми пальцами, я лишь несколько раз пробиралась тайком к запретным дверям. Я любила слушать, как за столами во время пиров разговаривают мужчины, как они рассказывают о прошедших сражениях и победах. Завороженно я рассматривала их мечи и боевые топоры, щиты с надписями и узорами.
Сверкер поймал меня на разглядывании его меча, по лезвию которого я вела пальцем.
– Нравится? – вопрос застал меня врасплох, я вздрогнула.
– Я не хотела…
– Не дрожи, не трону, - он внимательно смотрел на меня.
– Можно я пойду?
– Возьми, - он достал из-за пазухи небольшой меч, с красивой резной рукояткой.
– Для тебя сделан, владей. Позже поучу тебя с ним справляться.
Я открыв рот смотрела на подарок в его руках.
– И запомни, так же как я жесток к своим врагам, так и добр к своей семье. А ты моя дочь, пусть и не по крови. Всё, что тебе нужно я дам, всё что хочешь знать, спроси у меня. Не обижу, научу и помогу.