Собрание тьмы
Шрифт:
Он поучаствовал только в одном бою на этой неделе, что принесло ему фингал от Барраса, который до сих пор до конца не исчез.
Лимерийцы. Он плюнул в их сторону.
Он ненавидел всех их.
Как правило, он пытался ввернуть остроту или анекдот, или историю, что-нибудь, чтобы отвлечь врагов, что носили такую же форму, как и он.
Он презирал красный цвет.
Мило и Баррас наконец-то разошлись.
– Ты закончил? – спросил он у вокодава. Собака посмотрела на него через плечо и зарычала, обнажая те же острые зубы, что несколько
Она присела на корточки. Он ждал.
Вот как всё проходило. Вот как жили завоёванные оранийцы.
"Почему я всё ещё здесь?"
"Так не должно быть", - ответил он сам себе.
Его семья погибла. Его сестру, Миру, убил король за якобы подслушивание разговора с чёртовым принцем Магнусом.
Он не смог уберечь Миру. Он должен был быть там, чтобы защитить её, но его не было. Эта мысль мучила его день и ночь. Он хотел отомстить, а вместо этого выполнял приказы. Он был трусом, пытаясь выжить, и потерялся в море своих врагов.
С тяжёлым сердцем Ник повернулся к собакам, потянув их обратно к замку и чувствуя, что его сердце погрузло в отвратительной грязи.
– Просто прекрасно, - его голос дрожал, и последние силы оставили его на грани слёз.
Почему он до сих пор здесь? Почему не убежал, не попал на корабль и не скрылся в море, где мог бы начать новую жизнь?
Он был дворцовой стражей, но не дворцовым шутом. Но, может быть, давно уже превращался в него.
***
Ник не мог уйти, не простившись с Клео. Это был бы первый их разговор с того момента, как она отвергла его романтические порывы и предложение забрать её из этого отвратительного места. Это случилось две недели назад, но ему казалось, что прошёл целый год.
Вероятно, она не видела его, но Ник наблюдал за нею издалека все эти дни. И если она презирала его, он всё ещё собирался позаботиться о её безопасности.
"И как же ты позаботишься о её безопасности?" – спросил он сам себя.
Она не нуждается в его помощи. Может быть, ему лишь казалось, что она вообще когда-нибудь нуждалась в нём, чтобы поддерживать его чувство собственного достоинства.
Он отыскал принцессу во дворе за чтением, она сидела на затенённой скамье под огромным дубом. Принцесса читала всегда, и это так отличало её от прежней Клео, с которой он вырос, от той, что никогда бы не прикоснулась к книге, если бы её наставники не настаивали. А иногда даже и вопреки всему…
Сегодня книга была с изображением ястреба на обложке, бронзового, на фоне бледно-песочной кожи, и, казалось, в ней рассказывалось о легендах, что окружали бессмертных Хранителей и их странное Убежище. Рядом с нею было много книг, в том числе и альбомы, в которых они когда-то рисовали, чтобы скоротать время. Он находился в одном классе с Клео на уроках искусства и наслаждался этим.
– Клео, - тихо промолвил он.
Она подняла на него взгляд, щурясь от яркого солнца.
– Ник!
–
Она вскочила на ноги и бросилась в его объятия.
– О, Ник! Я так скучала по тебе! Не сердись на меня! Я была так груба с тобой, я…
В его горле сформировался комок, а глаза начали жечь. Улыбка появилась на его лице, и тяжесть, что сидела в сердце, чуть-чуть уменьшилась.
Она взяла его лицо в руки, всматриваясь в его черты с озабоченным выражением лица.
– Ты меня ненавидишь, - промолвила она.
– Что? Конечно же, нет, Клео! Мне казалось… мне казалось, ты ненавидишь меня!
Она задохнулась от удивления.
– Это же глупо! Я не могла ненавидеть тебя, Ник, и не смогу!
Он чувствовал, что был слишком близко к радости, о которой успел уже и забыть. Он пришёл сказать о том, что уезжает, но эти слова замерли на его языке.
– Я должен попросить прощения за то, что тебе тогда сказал.
– Не извиняйся, - покачала головой она. – Пожалуйста, посиди со мной немного.
– Сомневаюсь, что мне можно… - он посмотрел в сторону остальной стражи, что стояла у дальней стены. Их разделял красивый сад с цветами и фруктовыми деревьями, но выражения лиц стражников принцессы можно было рассмотреть и отсюда.
– Забудь, они не побеспокоят нас! И они ничего не услышат из того, что ты скажешь!
Она взяла его за руку, а Ник присел рядом на скамейке и смотрел на аметистовое кольцо.
– Ты узнала о нём больше? – шёпотом спросил он.
– Да, но, признаюсь, не знаю, что с этим делать, - она тихо и быстро рассказала Нику странную историю о магии, пророчествах и волшебнице-принцессе.
К тому времени, когда Клео закончила, у Ника уже кружилась голова.
– Невероятно, - промолвил он.
– Но это правда! – воскликнула девушка, сжимая его руку. – Ты единственный, кому я сейчас доверяю… - дрожащим голосом прошептала она. – Магия Люции связана с кольцом. Оно принадлежало первой волшебнице, помогало ей контролировать свою магию и останавливать себя… с этим кольцом и с Люцией я смогу найти сокровище Хранителей… Я смогу найти Родичей!
Это казалось опасным, но Клео не ошибалась, доверяя ему. Он никогда ничему ничего не расскажет, даже если поплатится жизнью и его будут пытать. И даже если ему будут обещать море золота взамен.
Миры теперь нет, и Клео была самой близкой для него. Она была его семьёй сейчас, она была его семьёй всегда.
До сих пор он не понимал, сколько секретов навалилось а него. И ему надо было рассказать всё, доверять ей так, как она доверяла ему назад.
Он должен был поступить так, как несколько дней назад.
Несмотря на убеждения в том, что их с Клео никто не мог услышать, Ник осмотрелся, считая, что говорить можно только в полном уединении.
– Принц Ашур спрашивал меня о твоём кольце, - начал он, - и он знает, что это, Клео, и желает заполучить Родичей.