Собор без крестов - 2

Шитов Владимир Кузьмич

— Пускай рабочие и служащие привыкнут к вам. Сде­лают о вас свои выводы, как о специалисте. Тогда Роману Карповичу будет намного легче назначить вас на мою до­лжность.

— Да, наверное, это самый лучший способ ввести меня в ваш коллектив, — вдохновленный предстоящими пер­спективами, согласился Пластунов с новым условием.

— Значит, в отношении вашего перехода к нам на ра­боту мы договорились. Или нет? — подытоживая беседу, поинтересовался у него Старовойтов

— Вполне!

— Тогда побыстрее

увольняйтесь из «Уникума» и при­ходите к нам, — считая беседу завершенной, предложил ему Старовойтов.

— Роман Карпович, как вы смотрите на то, чтобы я пос­тупил к вам на работу переводом?

— Считайте, что письмо в вашу компанию с просьбой уволить вас переводом к нам на завод на должность инженера-электронщика я уже написал.

В течение одного дня Пластунов уволился из коммер­ческой компании «Уникум» по статье двадцать девятой КЗоТа, пятому ее пункту, и поступил на завод Старовойто­ва.

Проработав там инженером-электронщиком до осени, Пластунов узнал, что Панасюк раздумал уходить на пению и в ближайшие годы воспользоваться таким правом не на­мерен. Он понял, что стал жертвой сговора трех руководи­телей. Юридически ни к кому из них Пластунов не имел оснований предъявлять претензию, не было даже уверен­ности, что она будет судом принята. Так получалось, что увольнение с прежнего места работы и поступление на за­вод происходило по его инициативе, а поэтому и жаловать­ся ему практически было не на кого, кроме как на самого себя за свою чрезмерную доверчивость.

Оставаться в дураках и служить объектом насмешек было не в правилах Пластунова. Убедившись, что должнос­ти главного инженера на заводе ему не видать как своих ушей, он, переругавшись со Старовойтовым и Панасюком, уволился с завода по собственному желанию, затаив злобу как на них, так и на Стокоза. Именно его он считал органи­затором подлой игры с ним. Отомстить своим обидчикам за проявленную к нему подлость стало неиссякаемым же­ланием Пластунова. но являясь законопослушным человеком, не мог придумать, как это осуществить.

ГЛАВА 6. УРОК ВОСПИТАНИЯ

Избавившись с помощью Старовойтова от главного сво­его конкурента Пластунова, Стокоз был более чем доволен своей дальновидностью и везучестью. Теперь у него не было никаких, даже моральных обязательств ни перед кем из сво­их служащих. Абсолютная свобода рук. Не отметить в ресто­ране такой успех он не мог. Не посвящая в подробности дру­зей, (а их у него стало так же много, как денег), он подъехал с ними на двух легковых машинах в девять часов вечера в реч­ной порт погулять в ресторане «Речник». Парней с ним было пятеро, тогда как девушек оказалось всего две.

На подходе к ресторану свои услуги им стали предла­гать бойкие и наглые жрицы любви, не старше двадцати лет. Вокруг мельтешили яркие,

красивые, в обтяжку короткие платья или мини-юбки с красными и синими кофточками с незастегнутыми на груди «по забывчивости» или «рассе­янности» верхними пуговичками, отчего прелести белой кожи девушек можно было бесплатно созерцать аж до са­мого пупка! Чрезмерный макияж на их лицах выделял пу­тан из общей женской массы.

Продираясь сквозь их строй к ресторану, Стокоз обра­тил внимание на девочку-малолетку, которая делала отча­янные попытки встать в общий ряд путан, но ее сил оказы­валось недостаточно, чтобы занять в нем видное место.

Изменив направление движения, Стокоз, приблизившись к девочке, для чего ему пришлось пробиться сквозь строй профессионалок, с интересом и удивлением спросил ее:

— Тебе сколько лет, девочка?

— Пятнадцать!.. — не очень уверенно сфантазировала она.

— Если будешь врать и говорить мне неправду, то у нас с тобой разговора не получится. Говори точно, сколько тебе лет?

— Тринадцать...

— Что ты тут делаешь?

— Дяденька, возьмите меня с собой в ресторан, — с мольбой в голосе попросила она.

— Зачем?

— Я там и в другом месте буду делать все, что вы мне прикажете, но только за деньги!

— И давно ты таким промыслом занимаешься?

— Сегодня второй раз.

— Я сейчас вот возьму тебя, отвезу в милицию, а там милиционеры вызовут твою маму и она ремнем вправит тебе мозги в дурную голову, научит как и чем надо правиль­но зарабатывать деньги!..

— Она знает, чем я тут буду заниматься, — удивила де­вочка его своим сообщением.

— Такая маленькая, а так врать научилась!

— Не вру я ни капельки! Мама сама меня сюда посла­ла.

Как ни был развращен женщинами Стокоз, но вид ре­бенка на панели покоробил его, а то, что она пришла сюда по указке матери, совсем его возмутило. К тому же девочка на вид была не старше одиннадцати лет, просто набор кос­тей, обтянутых кожей. Даже для него такая потеря нравствен­ности матерью этого ребенка оказалась выше понимания.

— Как тебя зовут?

— Лариса!

— Иди, Лариса, вон к той красной красивой машине, я сейчас подойду к тебе. Договорились?

— Да! — повеселев, отправляясь к «жигулям», ответила ему девочка, довольная тем, что для нее нашелся такой до­рогой клиент.

Передав друзьям, чтобы они отдыхали и делали заказ за его счет, пообещав присоединиться к ним минут через тридцать, Стокоз вместе с водителем Серым и телохрани­телем Варшавянином, имевшим такую кличку только по­тому, что по национальности был поляком, он вернулся к своей машине.

Усадив девочку рядом с собой, Стокоз ласково спро­сил ее:

— Куда, Лариса, поедем — в милицию или к тебе до­мой?