Собачий принц
Шрифт:
— Совершенно верно. И у него есть собственная сила. Но звезды в своих движениях не имеют столько силы, сколько шесть блуждающих звезд, которые мы называем планетами: Луна, Эрекес, Соморас, Солнце, Мок и Атурна. Прежде всего я имею в виду восходящие и нисходящие узлы Луны, где она пересекает плоскость эклиптики. Эклиптика — это путь, по которому двигаются планеты, мы называем его также «мировым драконом», связывающим небеса. С юга на север Луна поднимается по эклиптике, мы это называем «капет драконис» — «головой дракона». С севера на юг она опускается, и это, соответственно, «кауда драконис»,
— И в этом секреты математики? Ваши секреты?
Женщина подняла руки ладонями кверху, показывая, что она не нуждается в грубом оружии из металла, чтобы восторжествовать над своими противниками.
— Математические учения запрещены Церковью, — добавила Антония.
— А вас послали в Дарр на суд скопоса по обвинению в злонамеренном колдовстве, которое тоже запрещено Церковью. Я знаю о вас, Антония. Я знаю о ваших способностях. Они мне нужны.
— Мне надоели эти намеки, — прямо заявила Антония. — Вы вызвали дэймона. Можете меня этому научить?
— Могу научить этому, могу научить многим другим вещам. Ваш главный талант — умение принуждать. Он необходим мне, так как я плохо владею им.
— Вы вызвали дэймона и заставили его выполнять свое поручение! Это, по вашему мнению, плохо?
— Что касается умения принуждать, — да. Я могу вызвать этих существ, но заставить их что-то сделать очень сложно. Задача того, которого вы видели, заключалась лишь в том, чтобы найти вас и привести к каменному кругу, оттуда вы пришли сами. Но я не могу, как, очевидно, можете вы, заставить духов и животных убивать, если они сами этого не хотят.
— Это вам и нужно? Убить кого-то?
Ее собеседница чуть улыбнулась.
— Чего вы хотите добиться, Капет Драконис? — спросила раздираемая любопытством Антония. Чрезмерная жажда знаний ставила ее в невыгодное положение.
— Я лишь хочу, чтобы мы все приблизились к Господу, — пробормотала женщина.
— Достойная цель, — согласилась Антония. Луна зашла, появились первые проблески зари. Защебетала птица. Звезды постепенно гасли. Вокруг одного из трех пиков, окружавших мирную долину, собирались тучи. С земли поднимался туман, принимая причудливые формы.
— Но я должна знать, достаточно ли у вас силы и решимости, чтобы нам помочь, — продолжала женщина, глядя мимо Антонии. — Необходима жертва.
Антония вспыхнула от возмущения:
— Только не это. Только не он. — Она с трудом удержалась, чтобы не обернуться.
Света было уже достаточно, чтобы разглядеть бледное лицо женщины. Возраст не коснулся ее черт. Она могла быть ровесницей Антонии или моложе Хериберта. Волосы скрывал золотистого цвета платок. На ней были платье густого синего цвета из тонкого полотна и кожаные башмаки с золотым шнуром. На шее висела золотая цепь члена королевского дома Вендара, Варре и Салии. Антония не имела права носить такую цепь. Каррона была княжеством, присоединившимся к Салии менее трех столетий назад, во времена Берты Лукавой — первой правительницы Карроны, назвавшей себя королевой. Воинственные князья многих мелких государств Аосты тоже не носили таких цепей:
— Ладно, — сказала женщина. — Я не настаиваю. Пусть это будет вашим первым уроком. По этой причине вы не капет и не кауда драконис, а лишь седьмой и наименьший из порядков. Вы можете взять ровно столько, сколько способны отдать.
Антония с этим не согласилась, но спорить не стала. Она знаком подозвала Хериберта, с удовлетворением заметив, что он, несмотря на по-прежнему испуганный вид, уже не бормотал молитв. Юноша держался прямо, стараясь показать, что страх не сломил его.
— Что требуется от меня? — спросила Антония.
— Седьмая часть. Мне нужен человек с развитыми от природы способностями к принуждению, как у вас. Я пыталась найти такого человека и доставить его сюда.
Антония подумала о власти и принуждении. Сколько хорошего она могла бы совершить, если бы у нее была возможность заставить людей поступать правильно. Восстановить порядок в королевстве, вернуть себе место епископа, а Сабеле — законный трон. И многое другое. Можно стать скопосом и восстановить божественный порядок, каким он должен быть.
— Предположим, я согласна к вам присоединиться. Что тогда?
— Чтобы вступить в наш орден, вы должны чем-то пожертвовать.
— Например?
— Этого молодого человека вы мне не даете. Дайте тогда ваше имя. Тайное, подлинное имя, которое отец шепнул вам в ухо согласно своему родительскому праву.
Антония покраснела от гнева. Это была неслыханная наглость. Никто не имел права этого требовать, даже человек королевского происхождения. Хотя Антония, наизусть помнившая все поколения пяти королевств, не могла найти в генеалогических древах места для этой женщины.
— Мой отец умер, — ледяным голосом сказала епископ. — Оба моих отца умерли. А родной отец умер прежде, чем я научилась ходить и говорить.
— Но вы знаете.
Она знала.
И она жаждала власти. Ей нужно было знание. Она столько могла сделать!
Антония решилась. В конце концов, принц Пепин после того прожил недолго. Вряд ли он будет мстить ей.
— Венения — Яд.
Женщина уважительно наклонила голову.
— Мы назовем вас Вения, Доброта, в память о вашем родителе и в честь нового начала. Идемте, сестра Вения. — Она шагнула за каменный круг.
Антония и Хериберт последовали за ней по влажной траве. Юноша наклонился и недоверчиво потрогал фиалку.
— Идемте, — повторила женщина и пустилась вниз по склону холма, к зданиям. Человек в рубахе и подштанниках вышел из ворот и задул фонарь. Из сарая выбежало стадо коз, какое-то странное создание погнало их на пастбище.
— Здесь так хорошо! — восхитился Хериберт.
В лучах восходящего солнца маленькая цветущая долина выглядела чудесно. Через пастбище протекал журчащий ручей. Женщина улыбнулась молодому священнику и продолжила путь. Антония замедлила шаг, рассматривая сверкающие на солнце горные пики. Она узнала эти горы. Это были Молодая Жена, Гребень Монаха и Ужас. Как раз над неприступным хребтом, у которого паслись козы, располагалась та самая гостиница, управляемая монахами святого Сервиция.