Снегопад с игроком
Шрифт:
Я бы хотела написать Стелле. Она всегда знает, что сказать или сделать, когда дело касается парней.
Тедди, должно быть, перестал двигаться, потому что, когда он начинает снова, я остро это осознаю. Его шаги приближаются, и тут в мою дверь стучат. Я сажусь, сердце колотится. Мой голос застрял в горле.
— Холли? — Глубокий голос Тедди нежен. Он не кажется мне тем парнем, который захочет поговорить по душам после того, как я набросилась на него и выставила из себя задницу. Разве он не может позволить девушке зализывать свои раны наедине?
—
Дверь приоткрывается, и Тедди находит меня с фонариком, затем отодвигает его, чтобы он меня не ослепил. На этот раз, когда он говорит, его голос звучит резко. — Здесь холодно.
Я растягиваю рукава толстовки. — Мой отец всегда говорит, что этому месту нужны новые окна.
Не могу поверить, что я только что поцеловала его, а мы говорим об окнах.
Он широко распахивает дверь, подходит к кровати и берет одеяло. — Принеси свою подушку.
Вскакивая с кровати, я следую за ним в тумане смущения и растерянности. Он кладет фонарик на стойку, бросает одеяло в хозяйскую спальню, затем берет мою подушку и бросает ее тоже.
— Х-орошо. — Я направляюсь в комнату, но Тедди хватает меня за руку.
— Подожди. — Он отпускает его, а затем сводит ладони вместе, слегка потирая их.
— Ты что-то собиралась сказать, не так ли?
Его серые глаза сужаются, когда он изучает меня.
— Мне не следовало этого делать. Целовать тебя, я имею в виду. Я не это имела в виду. — Ложь обжигает мой язык. — Это было глупо. Я подумала, что это будет смешно, типо как шутка. А потом этого не произошло.
Совсем не смешно.
— Ты пьяна?
— Что? Нет, — быстро говорю я, а затем добавляю: — Может быть, немного.
— Ты поцеловала меня, потому что пьяна?
Чем больше он на меня давит, тем больше я расстраиваюсь. — Нет, я давно об этом думала, ясно? А теперь, если ты меня извинишь, я пойду спать и буду спать, пока не забуду, что произошло этой ночью.
Он встает на моем пути. — Вот в чем дело, Холли.
Я делаю неуверенный шаг назад. Что-то в его голосе, его манере поведения заставляет волосы у меня на затылке шевелиться.
— Мы можем сделать вид, что этого не произошло. Что это была шутка или спонтанная, бессмысленная ошибка. Я могу это сделать. Я никогда никому ни слова об этом не скажу.
Мое сердце разрывается на части от того, как сильно я облажалась. Возможно, он легко это забудет, но я не могу.
Он стирает пространство между нами. — “Или” мы можем попробовать еще раз. Тебе решать.
Мое сердце ускоряется, а разум кружится. — Попробовать еще раз?
Он издает резкий смешок, и на его ямочках появляется дерзкая улыбка. — Ты застала меня врасплох. Я этого не ожидал и немного волновался, что из-за алкоголя ты сделала что-то, чего не имела в виду. При других обстоятельствах я бы поцеловал тебя намного лучше, чем сейчас.
— Ты меня вообще не целовал.
Его улыбка сменяется ухмылкой. — Тогда дай мне еще один шанс.
Я опускаю подбородок, давая ему разрешение, и это все, что
Я растворяюсь в нем, позволяя ему взять контроль, и просто наслаждаюсь этим. Когда его язык ищет доступа, я открываюсь для него шире. Он высокий, наклоняется, чтобы дотянуться до моего рта, но когда я обнимаю его за шею, он выпрямляется и притягивает меня к себе.
Движение сжимает наши тела и Тедди стонет. Не могу поверить, что несу ответственность за этот шум, но он делает меня смелее.
Я запускаю пальцы в густые волосы на его затылке и целую его так, как мне всегда хотелось. Если сегодня, этот момент настал, я не хочу ни о чем сожалеть.
Продолжая целоваться, мы подходим к дивану. Тедди садится и кладет меня к себе на колени. Он тверд подо мной, очень тверд.
Я слышу еще один восхитительный стон, покачиваю бедрами. Я никогда не была такой смелой, когда дело касалось секса. Для меня интимные отношения с кем-то требуют уровня доверия и уязвимости, которого я не ощущала со многими парнями. И даже с теми, с кем я спала, я позволяла им сделать первый шаг, принимая мои сигналы оттуда, но Тедди настолько отзывчив на каждое мое прикосновение, что мне хочется исследовать и систематизировать каждую его реакцию.
Когда я вздыхаю ему в рот, его поцелуи становятся жестче. Когда я слегка царапаю ногтями его плечи, он прикусывает мою нижнюю губу. И когда я больше не могу этого терпеть и откидываю голову в чистом блаженстве, он нежно целует мою шею с открытым ртом.
Позади меня потрескивает огонь, и когда я поднимаю голову, взгляд Тедди впивается в меня.
— Ты можешь взять кровать. Я буду спать здесь, — шепчет он, но затем снова нежно целует меня в губы.
— Кто будет спать? — Мои пальцы танцуют по краю его рубашки и скользят под его теплую кожу.
Его грубый смешок не останавливает меня, но Тедди берет мои руки в свои. — Нам не нужно торопиться с этим. Я не хочу, чтобы ты сделала что-то, о чем будешь сожалеть завтра.
Я никогда не смогла бы пожалеть о нем, даже если бы это взорвалось мне в лицо. Спрятаться навсегда? Да. Но никогда не жалеть.
Я подношу свой рот к его и слегка прикасаюсь губами к его. — Мне кажется, что если я перестану тебя целовать, ты исчезнешь, или я проснусь завтра, и все это будет сном.
Он закусывает мою нижнюю губу и осторожно тянет ее. — Никуда я не собираюсь уходить.
Я встаю, беру его за руку и дергаю. — Кроме как спать со мной.
Он сопротивляется, бросая на меня противоречивый взгляд. — Спать. И, может быть, сделать немного больше. — Я поднимаю свободную руку и показываю ему большой и указательный пальцы. — Тебе не захочется спать на этом диване еще одну ночь.
— Это не так плохо.
— Теодор.
Его смех тихий, но он мерцает в его глазах. — Мне нравится, когда ты произносишь мое имя.
Я делаю шаг назад. — Теодор.
— Ты всегда зовешь меня Тедди. — Его рот дергается.