Снега, снега
Шрифт:
– Речка Хушма. Пойдём, покажу здешнюю историческую достопримечательность.
На покатом речном берегу располагалась высокая, местами почерневшая изба, рядом с которой в землю был врыт толстенный сосновый столб, украшенный деревянными стрелками-указателями: «Ванавара – 66 км», «Москва – 3651 км», «Нью-Йорк – 8529 км».
– Сколько лет данному почтенному строению? – старательно отмахиваясь от настырных сибирских слепней, спросил Лёха. – А рядом наблюдается какой-то древний металлический агрегат. Что это такое?
– Зимовье, которым мы сейчас любуемся,
3
Кулик Л.А. – один из известных исследователей места падения Тунгусского метеорита. В 20-30-х годах двадцатого века возглавлял несколько экспедиций, организованных Правительством СССР.
– Ой, больно! Насквозь, твари, штаны прокусывают…
– Это да. Что есть, то есть. Местные слепни – звери натуральные и безжалостные… Ещё везёт, что гнус пока не вылетел из болот, не сезон. А, вот, недели через две-три здесь такое комариное реалити-шоу начнётся – мама не горюй… Ладно, пошли в комплекс. Переоденемся в штормовки и брезентовые штаны. Жарковато будет, конечно. Но, ничего не поделаешь. Иначе слепни сожрут. Да и кроссовки – порядка ради – сменим на надёжные болотные сапоги…
На маршрут они вышли в начале десятого утра.
– Как видишь, от «Пристани» ведёт натоптанная тропа, – махнул рукой Василий Васильевич. – А зимой здесь можно будет проложить лыжню. Или, к примеру, «Буранами» накатать, то бишь, старательно утрамбовать снежный покров. Как скажешь, короче говоря… За мной!
Тропа спустилась по склону к бойкому ручью, через который был переброшен крепкий бревенчатый мостик.
– Лес вокруг совсем молоденький», – на ходу отметил Лёха. – Только очень хлипкий и разреженный. А на сосёнках – между прошлогодними ветками – наблюдаются какие-то странные чёрные «почки». Уродливые и слегка вытянутые… Что это, Вася?
– Мутация, – не оборачиваясь, многозначительно пояснил директор заповедника. – Здесь такое встречается – везде и всюду.
Через час с четвертью слева послышался приятный монотонный звон, постепенно переросший в весёлый и беззаботный гул. Пройдя через густой колючий кустарник, они вышли на высокий берег речки, выше по течению которой располагался величественный десятиметровый водопад.
– Чугрим! – торжественно известил Василий Васильевич. – Прошу любить и жаловать!
– Божественное место, – смахивая со лба капли солоноватого пота, подтвердил Лёха. – Это
– Честно говоря, не знаю, – признался проводник. – Никогда не задумывался об этом… Хотя, при наличии обострённой фантазии, такое запросто можно предположить. Например, непреодолимая небесная сила – тремя меткими ударами – пробила скалу. В трёх разных местах, естественно. Ну, он и образовался – полноценный водный тюльпан. Или же в Москве принято говорить, мол, водяной тюльпан?
– Разберёмся. Не впервой. А, что с этим водопадом происходит зимой?
– Замерзает, понятное дело. Картинка получается замечательная. Блеск и полный отпад. Лёд пузырится, пузырится, наползая и наслаиваясь друг на друга… Иногда, в солнечную погоду, над замёршим Чугримом встают-образуются сразу шесть-семь полноценных радуг.
– Великолепно! – искренне обрадовался Лёха. – Здесь, на фоне искрящихся ледяных струй, и будет проходить второй конкурс реалити-шоу «Снега, снега». Ёпрст будет доволен. Как бы – от бесконечного восторга – не описался бы…
– Второй этап?
– Конечно, второй. Первый конкурс – переход от Ванавары до «Пристани» на снегоходах.
– Ах, да. Запамятовал… Шагаем дальше?
– Шагаем.
Справа по ходу движения над ними нависала гора Каскадная. Вокруг, по-прежнему, рос только молодой лес.
– И это – очень хорошо, – прокомментировал Лёха. – На вершине Каскадной оборудуем пункт для телевизионных операторов. Оттуда, наверняка, Чугрим прекрасно просматривается. Кадры будут – не захочешь, а закачаешься…
Через некоторое время под ногами путников противно захлюпало, справа и слева от тропы появились пышные моховые кочки.
– Южное болото, – сообщил Василий Васильевич. – Именно здесь все научные экспедиции – и в прошлом веке, и в нынешнем – искали обломки-осколки метеорита.
– Нашли?
– К сожалению, нет.
– Блеск! – усмехнулся Лёха.
– В смысле?
– В этом месте и пройдёт наш третий конкурс. Спрячем в глубоком снегу несколько осколков от разорвавшихся армейских снарядов, мол, составные части Тунгусского метеорита. Вооружим участников соревнований стандартными металлоискателями. Пусть ищут и получают – за найденное – призовые баллы.
– Симпатичная идея. Одобряю…
Ещё через час тропа резко пошла под уклон.
– Что это такое? – вытягивая руку вперёд, спросил Лёха.
Среди изумрудно-зелёных кочек, покрытых низенькими кустиками цветущей морошки, возвышался двухметровый деревянный идол.
– Идол, – откликнулся директор заповедника.
– Это, как раз, понятно. Но откуда он здесь появился? Кочевые эвенки поставили в стародавние времена?
– Нет, конечно же. Новодел. Кто-то из современных исследователей постарался. Обыкновенное чудачество. Мол, идол охраняет тропу, и – чтобы пройти мимо него – надо заплатить дань.
Действительно, возле деревянных ног истукана возвышалась солидная тусклая горка, состоявшая из разномастных монет.