Снайпер Шайтан
Шрифт:
Дарья подошла к стволу ели. На нижних сучках развесила мокрую маскировочную сетку. Закрепила на сучке зеркальце и принялась расчесываться. Свила пучок на затылке, заколов волосы шпильками. В яме развела бездымный костерок, вылила из трех фляжек воду в котелок и повесила его над огнем кипятиться. Снова подошла к ели, вспомнив, что зеркальце осталось на сучке.
В этот момент Нерудный сквозь сон почувствовал, что Даши рядом нет и открыл глаза. Резко повернув голову, взглянул на пустое изголовье рядом и голову Лесника чуть дальше. Толкнул разведчика
— Лесник, где Недотрога?
Так Дарья впервые услышала свое прозвище. Лесник открыл глаза и увидел девушку:
— Вон стоит…
Снова брякнулся на постель и заснул. Прапорщик чуточку смущенно поглядел на Волынцеву и сел. Хотел что-то сказать, но вдруг заметил котелок с кипящей водой и развешенную маскировочную сетку. Вскочил на ноги:
— Вода откуда?
— С родника.
— Там же минировали. Ребята тебя пропустили?
— Они не видели. А мины я обошла. Ты думаешь, что я просто так вчера на вершине лежала? Ничуть не бывало. Я все мины в памяти отметила.
— Ох, Дарья! Не зря видно Стаценко приказал мне с тебя глаз не спускать. Допрыгаешься!
Он присел у ствола на корточки и протянул руки. Даша с готовностью принялась поливать ему на ладони из фляжки. Нерудный умылся и подошел к костру. Девушка шла следом за ним:
— Данила, давай поговорим. Выясним все сразу. Юрий меня все еще ребенком считает, а я сержант морской пехоты. Он не хочет этого признавать. Меня учили искусству воевать в элитных войсках. Дай мне свободу. Я хочу сегодня полазить по горам, посмотреть, кто в них прячется.
Прапорщик вздохнул:
— Дарья, да случись что с тобой, Стаценко меня сам убьет!
Волынцева присела на корточки рядом с ним:
— Данила, неужели меня прислали сюда, чтобы кашу варить? Я возьму с собой твоего разведчика и покажу тебе маршрут на карте. Отпусти!
Мужик потер лицо ладонями и спросил:
— Кого взять думаешь?
— Шахтера.
Он удивленно посмотрел на нее:
— Почему его, а не Лесника?
— Обо всех имею представление, кроме него. Хочу посмотреть, чем дышит.
Он попробовал уговорить ее взять хотя бы Фому и услышал твердое:
— Шахтер и только он! Я напарников по сто раз не меняю.
После завтрака Нерудный назначил Шахтера напарником Даши. Сказал о своем решении отправить их в совместный рейд. Мужик вздрогнул, быстро взглянул на девушку и принялся собираться. Дарья достала из рюкзака квадратную металлическую коробочку из-под чая, открыла ее и принялась раскрашивать лицо полосами, глядя на себя в зеркало. Прапорщик подошел, наклонился и понюхал черный порошок:
— Это что? Горелым пахнет.
Волынцева скосила на него глаза:
— Армейская косметика. Жженый каблук называется. Не бликует, смывается плохо и безвредна. Ведь никто еще не слышал об аллергии на каблук.
Разведчики с трудом сдерживались, чтобы не расхохотаться от ее ответа. Нерудный и сам беззвучно рассмеялся, отходя от нее. Даша заставила Шахтера раскрасить лицо. Теперь они оба были похожи на чертей. Девушка показала
— Дарья, в той стороне минных полей полно. Месяц назад сразу трое саперов подорвались. Может маршрут поспокойнее выберешь?
Она отказалась.
Вскоре вдвоем с Шахтером они вышли из лагеря и начали спускаться с горы. Дарья шагала впереди, груженая верблюдом. Нерудный заставил ее одеть не только бронежилет, но и жилет от комплекта «Выдра». По карманам этой одежды-рюкзака был распихан целый арсенал: две гранаты Ф-1, четыре гранаты РГД-5, десяток полных магазинов к автомату Калашникова, осколочная направленная мина МОН-25, пистолет Макарова с пятью обоймами, стреляющий нож с патронами, четыре метательных ножа «Оса», саперная лопатка, несколько перевязочных пакетов и сухпаек на четыре дня. Кроме этого на шее Даши висел автомат, на голове помимо кепки находилась тяжелая каска, на поясе висел моток альпинистской веревки с карабином и крючьями и неизменная сумка с принадлежностями к снайперской винтовке. СВ-98 висела, как обычно на плече.
Уже через сто метров по спине потекли противные липкие ручейки. Пот стекал в глаза. Прошли километр и Волынцева объявила:
— Привал…
Начала быстро раздеваться. Сбросила с себя жилет и бронежилет, освободилась от каски и альпинистской веревки. В свою сумку уложила две гранаты Ф-1 и одну РГД, пистолет Макарова с запасной обоймой, один перевязочный пакет и сухпаек на один день. Метательные ножи пристроила в рукавах, в петельке сзади у воротника куртки и в нагрудном кармане. Все остальное сложила между корней дуба и замаскировала. Осмотрелась вокруг, запоминая место. Подхватила винтовку с сумкой и скомандовала:
— Теперь вперед!
Все заняло около минуты. Шахтер молча наблюдал за ней. Он не пробовал ее остановить, хотя свою аммуницию снимать не стал. Теперь идти стало значительно легче. Прошли еще около километра. Путь преградила каменистая осыпь. Дарья принялась внимательно оглядывать ее, что-то ей здесь не нравилось. Шахтер неожиданно сказал:
— Пошли, чего стоять. Здесь пусто.
Она схватила его за руку и остановила:
— Стой! Что-то здесь не так, я чувствую.
Достала оптику и с ее помощью начала осматривать миллиметр за миллиметром осыпь. Ее чувство не подвело. Чуть заметный серый проводок под цвет камня, вился по щебню ядовитой змеей. Волынцева протянула прицел Шахтеру:
— Смотри!
Он вгляделся и вернул ей оптику, ничего не сказав. Хотя в душе был смущен. Дарья осторожно обошла опасный участок по краю, стараясь не наступать на траву и двинулась дальше. Разведчик шел за ней, ступая след в след.
Поднялись еще на одну гору, осмотрелись и начали спускаться. Даша оставила Шахтера в густом кустарнике на склоне возле узкой тропы. Сама решила забраться на гору напротив. Сказав разведчику об этом, исчезла из поля его зрения. Сколько он потом не вглядывался в тропу и склон, так и не заметил ничего.