Снайпер Шайтан
Шрифт:
В этот момент Сабуров вынес в зал огромный торт в виде медали. Поставил торт на ее столик под дружный рев мужиков и протянул гигантский нож, больше похожий на палаш:
— Угощайтесь, Дарья Алексеевна! И угощайте страждущих.
Даша впервые не знала, как себя вести. Стояла с тесаком в руке и молчала. Выручил Артем. Новиков вынырнул из толпы и забрав нож из ее руки, сказал:
— Не годится, хотя бы сегодня, заставлять героиню саму резать торт. Давайте, я это сделаю!
Две недели пролетели, как одно мгновение. Новикову было немного
Он часто сталкивался с Дашей во время занятий и в столовой, но этого ему теперь казалось мало. По вечерам он стучался в ее комнату, они вместе пили чай, смотрели телевизор или слушали музыку. Подолгу разговаривали. Выходные у них приходились на разные дни недели. От этого обстоятельства обоим почему-то было грустно, хотя ни тот ни другой старались не обнаружить перед другими своей тоски.
Прошел месяц. По земле шел август. Теплый и солнечный месяц. У Артема был выходной, но ехать он никуда не собирался. Еще накануне решил устроить днем стирку, прибраться в комнате, написать письмо родителям, а вечером погулять по берегу речушки. Было десять утра. Он нежился в постели, когда раздался дробный стук в дверь. Так могла стучать только Волынцева.
Новиков подскочил. Судорожно натянул спортивные штаны. Подбежал к двери, шлепая по паркету босыми ногами и распахнул ее. Дарья застыла с открытым ртом, глядя на его крепкий загорелый торс с четкой рельефной мускулатурой. Кое-как справившись со смущением выпалила:
— У меня случайный выходной сегодня. Не хочешь вместе съездить в Петергоф?
Он сразу же согласился, мгновенно забыв обо всех своих планах. Девушка улыбнулась:
— Через десять минут выходим! Как раз успеем попасть на машину. Наших с тобой подопечных везут на экскурсию в Эрмитаж. Мы с ними доберемся.
Они влезли в кузов машины у КПП. Новиков помог Даше забраться внутрь, попросту втащив за руки. В ее наряде влезать в машину, как мальчишка, не годилось. Девушка надела бирюзовое платье с крупными желто-розовыми цветами, перехваченное по талии белым лакированным пояском. На ногах были бежевые босоножки «на платформе». Каштановые, чуть выгоревшие волосы лежали на плечах крупными волнами. Косметики на лице почти не было. Исключение она сделал лишь для губ, чуть тронув их светло-розовой помадой. На плече висела светлая сумочка на длинном ремешке.
Артем оделся в черные джинсы и белую хлопковую тенниску. В руке он зажал свернутый полиэтиленовый пакет с ручками, где лежал бумажник. Даша предложила положить пакет в ее сумку. Мужчина согласился. Солдаты потеснились, давая им место. Всю дорогу они оба молчали. Артем чувствовал упругое теплое бедро рядом и от этого почему-то перехватывало горло.
Добрались почти до Дворцовой площади. На Большой Конюшенной улице, чуть-чуть не доехав до Невского проспекта, машины остановились. Два солдата мгновенно соскочили на землю и распахнули
— Иди сюда, я тебя сниму с машины.
Она, уже собравшаяся спрыгнуть на асфальт, остановилась на краю. Артем легко подхватил ее под мышки и поставил на землю перед собой. Солдаты заулыбались, заметив растерянное лицо сержанта. Капитан заметил их улыбки, шутливо погрозил пальцем. Даша оглянулась и смущенно улыбнулась. Не сговариваясь, они с Артемом взялись за руки, помахали солдатам и подполковнику Саранцеву, выбиравшемуся из кабины и исчезли за углом. Павел Викторович посмотрел им вслед и усмехнулся задумчиво:
— Красивая пара! Надо будет график выходных у офицеров пересмотреть. И как это я раньше не заметил их симпатии?..
Волынцева и Новиков спустились в прохладное метро и добрались до Балтийского вокзала. Даша остановилась у щитка и принялась изучать расписание электричек. Артем пошутил:
— Мне подождать?
Она удивленно обернулась:
— Чего?
— Пока ты подвиг совершишь!
Девушка расхохоталась:
— Бежим на электричку! Она через минуту отойдет от платформы!
Он схватил ее за руку и потащил за собой. Бирюзовое платье развевалось сзади, открывая сильные красивые ноги. На них оглядывались почти все. Пара была необычайно красивой.
Едва успели вскочить в последний вагон, как автоматические двери закрылись. В вагоне мест не было и Артем предложил:
— Пройдем дальше по вагонам?
Взял ее за руку и повел за собой. Твердая Дарьина ладошка уютно устроилась в его сильной широкой ладони. Но мест в электричке не оказалось. Они остановились в последнем пустом тамбуре, встав по обе стороны дверей. Смотрели на мелькавшие за стеклом станции, пролетающие мимо дома, мосты и дороги. Изредка, стараясь сделать это незаметно, смотрели друг на друга. Оба молчали, но молчание не тяготило, а наоборот сближало их еще сильнее.
В Петергофе долго стояли возле «Самсона». Полюбовались на фонтаны и дворцы. Прокатились на каруселях. Новиков заговорил о Новороссийске, рассказывая о городе. Оба так увлеклись разговором, что даже не заметили, как зашли на дорожку-шутиху с фонтанами. Взрослые и дети застыли по сторонам, внимательно наблюдали за ними и молчали, предвкушая развлечение. Служитель, пожилой полный мужчина, сразу заметил красивую пару. Дождался, когда они зайдут на средину дорожки и нажал кнопку. Со всех сторон на Дашу и Артема обрушились тугие струи воды. Дети у дорожки радостно завизжали:
— Дядя и тетя попались в ловушку! Ура!
Взрослые хохотали вместе с ними.
Волынцева засмеялась от неожиданности и бросилась бежать вперед. Артем кинулся за ней. Только теперь они заметили гомонившую вокруг веселую толпу людей. Выскочив из ловушки, Дарья принялась стряхивать с волос капли воды и отжимать подол платья, ставший прозрачным. Новиков смотрел на ее поднятые кверху руки и не мог отвести глаз: настолько она была красива. Даша взглянула на него и он торопливо принялся шлепать себя по джинсам ладонями: