Смутьян
Шрифт:
– Что с тобой?
– спросила она.
– Ты какая-то похудевшая и будто голодная.
Да нет, не голодная, просто токсикоз замучал. Ну и сладкого хотелось. Я что - кажусь голодной?
– Нет, я ела недавно, - ответила я.
– Что ела?
– Макароны, кажется, - соврала я.
Не помню что и когда я ела, мне все время тошнит. И макарон в моём холодильнике нет. Да там почти ничего нет. Будто прочитав мои мысли, Алла встала на ноги и заглянула в холодильник.
– Да у тебя тут мышь бы повесилась, - сказала она и закрыла дверь холодильника обратно.
–
– Мне пришлось уволиться. Собственно, об этом я и хотела с вами поговорить, - подняла я на неё глаза.
Почему-то она такая строгая, что я боюсь её всегда, неважно в каком она статусе - начальница, мать Вадима или будущая бабушка моего сына.
– Так, хорошее начало разговора, - села она обратно и уставилась на меня.
– Почему уволилась?
– Я заболела. Сейчас лежу в больнице, дневной стационар. Оформлена неофициально, и меня просто не стали ждать. Теперь работы нет у меня, и на продуктах приходится сильно экономить.
– Чем ты больна?
– строго спросила она.
– Почему сразу не сказала?
– Я не хотела вас отвлекать от дел, - сказала я своей чашке с недопитым горьким чаем.
– Но я ведь говорила, что помогу, если будут трудности. Не надо было молчать. Что с тобой, Алина? У какого врача ты лечишься?
– Я… немного не так выразилась. Не совсем больна. Я беременна.
Ну вот и сказала. Выдохнула и взглянула на неё. Женщина на некоторое время впала в ступор, но потом, как и всегда, собралась.
– Чей ребёнок?
– Вадима, конечно. Иначе бы я вам не звонила.
– Ты уверена?
– изогнула она бровь.
– Да, я уверена, - ответила твёрдо.
– Последние месяцы я была только с ним. Сын родится, и вы поймёте. У него будут такие же синие глаза, как у вас. Как у Вадима.
– Господи, - высказалась она и встала на ноги.
Подошла к окну, на время задумавшись. Потом заговорила:
– Кто бы знал, что так всё обернётся. Я и подумать не могла, что Вадик так скоро мне внука преподнесёт. Он такой гуляка у меня был, как ветер. Ну ты и сама, наверное, знаешь. Одни гулянки и девушки на уме. Я не успевала запоминать их имена. А тут вдруг про тебя да про тебя всё говорить стал. Ещё когда он привёл тебя ко мне, я поняла, что сыну ты нравишься сильно, Алина. Но и подумать не могла, что всё сложится именно так. Что он тебя просто…отнимет. Да, отнимет у собственного друга. Я была против, ты знаешь. Но теперь-то что? У вас будет малыш. От ребёнка я ни за что не откажусь, имей ввиду, - обернулась она ко мне.
– У него будет бабушка Алла. Понятно?
От её исповеди даже рот открылся. Никогда ещё так откровенно мы не говорили с ней.
– Понятно. Я не против, - ответила я.
– Значит, так, - женщина поставила руки в боки и заходила по кухне.
– Нам нужен здоровый ребёнок, поэтому пока нет Вадима, я беру над тобой шефство. На работу беру тебя обратно, завтра после доктора принеси мне трудовую свою. Работать будешь дома, если чувствуешь себя плохо. Если нормально - то приходи в офис. Это понятно?
– Понятно, - снова ответила я, пребывая
– Если нужны лекарства - говори мне. Витамины пить начала?
– Начала.
– Хорошо. Ну и вообще, если что нужно - не стесняйся. Я ради внука всё сделаю. Не чужие мы теперь, Алинка. Как ни крути. Придётся нам с тобой тоже любить друг друга, чтобы хорошо было Вадику и сыночку вашему.
– Я всегда к вам относилась с симпатией и уважением. Я понимаю, почему вы так…относились ко мне. На месте матери, я бы тоже…
Слова вдруг застряли в горле, когда я перехватила взгляд Аллы. Она смотрела так странно, будто бы мои слова что-то задели в ней живое.
– Я думала, что ты… - сказала она и тоже запнулась. Разговор не лёгкий для нас обеих.
– Что ты меня ненавидишь после всех этих слов.
– Нет, - покачала я головой и улыбнулась.
– Я вас понимаю. Я знаю, как всё это выглядело. Не оправдываю ни себя, ни Вадима. Наша любовь горькая, она ломала судьбы. Но она живая и настоящая. И она родила продолжение.
– Алина, - покачала головой Алла.
– Я начинаю понимать, за что мой сын тебя полюбил. Ты намного лучше, чем я о тебе думала. Так.
Взяла она со стола свой телефон и пошла в сторону коридора.
– Я за продуктами. Приеду скоро.
Алла привезла целых два огромных пакета с едой - как только дотащила! Фрукты, овощи, мясо, курица, сладости, сахара аж три пачки… Немного было неловко, но я заставляла совесть молчать и брать, ведь это ради малыша. Мы все его уже любим. Даже Алла.
Она наказала мне ещё раз звонить, если что потребуется, даже предложила сготовить, раз самой мне сложно сейчас это делать. Я отказалась, но женщина настойчиво объявила, что утром привезёт мне свои щи в контейнере, и что я должна пообедать горячим в обязательном порядке.
Алла, которая ухаживает за мной и заботится - будто бы Алла из зазеркалья! Разбудите меня кто-нибудь! Кажется, я сплю…
64.
Спустя ещё две недели
Нам, наконец, позвонили из колонии и разрешили свидание и передачу. Мы очень ждали этого. Встреча будет через стекло, но это неважно. Я рада буду увидеть его хотя бы так. Сегодня, уже через несколько минут я скажу ему о нашей радости. Волновалась и сцепила между собой холодные пальцы.
Первой пойдёт мама. Она поговорит, потом пойду я. Продукты уже передали, теперь ждали, когда позовут войти в комнату для общения.
– Заходите, - вышел один из служащих в коридор, открывая широко дверь. У вас час. Вы можете его поделить, но не более трёх человек допускается.
Те, кто идут первыми, стали заходить в комнату, где я краем глаза разглядела стекло и телефонные трубки, как в фильмах. По ту сторону сидели мужчины и парни в тюремной робе, выискивая глазами родных. Вадима было отсюда не видно. Ну ничего, когда зайду - тогда и увижу. Пусть сначала с мамой поговорит.