Смертельный рейв
Шрифт:
— Что тебе от меня нужно? — как бы Дэвиду хотелось, чтобы девушка прекратила улыбаться. Если бы он был в силах, то с удовольствием сорвал бы с её лица эту противную маску.
— Я же говорю, что мне не спалось…
— Клер, зачем ты меня преследуешь? — перебил её подросток.
— Просто хотела узнать, чем ты занимаешься. Судя по всему, когда я набрала твой номер, ты уже не спал, верно?
— Это тебя не касается.
— Мне показалось, или ты боялся, что я разбужу кого-нибудь из твоих домашних?
— Оставь меня в покое и больше никогда сюда не звони.
— Возможно, завтра меня
Не требовалось большой смекалки, чтобы догадаться: она нашла ещё одно уязвимое место Дэвида и теперь не отступит до тех пор, пока не доставит ему куда более серьёзных проблем, чем сообщение его отцу об участии в школьном концерте. И вновь у подростка возникло неизвестно откуда взявшееся предчувствие неотвратимой беды.
— Скажи, Дэвид, ты втайне от родителей бегаешь по утрам на свидания? — предприняла очередной штурм Клер.
— Если я отвечу, обещаешь навсегда забыть обо мне?
— Мне будет сложно сделать то, о чём ты просишь, но я постараюсь, так уж и быть.
Между прочим, Вик и Ричи советовали ему придумать историю с другой девчонкой задолго до происшествия на пустыре. Давным-давно следовало дать однокласснице понять, что его сердце занято. Возможно, этим он спас бы себя от излишних притязаний с её стороны.
— Да, ты меня раскусила, — произнёс парень.
— Серьёзно? И кто же она? — медленно сползла улыбка с лица назойливой собеседницы.
— Она самая прекрасная девушка на свете, — по сути, Дэвид даже не лгал. Он всего лишь начал описывать незнакомку, с которой столкнулся в дверях магазина музыкальных записей. — Возможно, она даже не человек, а ангел, перебравшийся жить с небес на землю. А помнишь сочинённую мной мелодию? К сожалению, ребятам пришлось исполнять её на школьном празднике уже без меня по известным тебе причинам. Так вот, я сочинил её специально для своей девушки.
— И сколько ты с ней встречаешься? — не смогла сдержать дрожи в голосе Клер.
— Почти две недели, но у меня такое ощущение, что мы знаем друг друга всю жизнь.
— Что ж, будьте счастливы, — если бы Дэвид не знал родного языка, то по той интонации, с какой прозвучало пожелание из уст одноклассницы, счёл бы его зловещим проклятием.
* * *
Подросток долго лежал и боролся со сном, дожидаясь, когда уснут родители. Возможно, Клер снова взбредёт в голову дурацкая идея звонить в шесть утра, и чтобы из-за этого не обнаружилось отсутствие Дэвида, ему придётся отключить оба телефона от линии, а утром, после возращения с работы, включить их обратно. С гостиной особых проблем возникнуть не должно, но вот второй аппарат находится в родительской спальне, и придётся пробираться туда с особой аккуратностью, чтобы не быть застигнутым врасплох, иначе мучительных объяснений с отцом не избежать.
Поединок с усталостью получился изнурительным, и парню пришлось приложить все усилия, чтобы не поддаться соблазну закрыть глаза и отчалить от берега реальности и пуститься по стремительному течению реки ночных грёз. Время подбиралось к полуночи, а отец до сих пор продолжал сидеть в кабинете, разбирая какие-то бумаги.
«Если через десять
Чтобы немного скоротать ожидание, он вытащил плейер и стал слушать музыку, но от этого спать захотелось ещё больше. Несколько раз подросток вздрагивал, потому что сознание, балансируя на шаткой опоре бодрствования, вот-вот грозило соскользнуть в темноту.
Наконец, раздались отцовские шаги. Редмонд старался вести себя тихо, но его всё равно было слышно. Он сходил в туалет и вернулся в кабинет. К счастью, всего лишь для того, чтобы собрать документы и выключить настольную лампу. Ещё одно передвижение, и в доме наступила мёртвая тишина.
Спустя три песни самый младший член семьи остановил на плейере воспроизведение, осторожно приоткрыл дверь своей комнаты и прислушался. Ни единого звука. Он проскользнул вдоль стены к первой цели. После нехитрой манипуляции объект остался обезвреженным. Теперь предстояло проделать самую сложную часть операции. В комнате родителей было тихо, но это вовсе не значило, что они уже уснули. Телефон располагался на небольшой тумбочке рядом с двуспальной кроватью, поэтому Дэвиду требовалось проявить крайнюю аккуратность, чтобы никого не потревожить.
Дэвид поднёс руку к двери и слегка тронул её. Она подалась вперёд, но тут же отозвалась тонким скрипом. Возможно, днём этого никто бы и не услышал, но сейчас звук показался оглушительным. Сердце парня подпрыгнуло, и он замер на месте, стараясь даже не дышать.
Кто-то тихо заговорил.
— Дорогой, ты ещё не спишь? — шёпот принадлежал матери.
— Почти заснул, — невнятно пробормотал в ответ отец. — Ты что-нибудь хотела?
— Я волнуюсь за Дэвида.
— В чём дело?
— Мне кажется, тебе следовало бы дать ему небольшую передышку. Он совершенно измотан, и даже спать стал ложиться раньше обычного. Всё-таки выпускной класс, а тут ещё эта подготовка к поступлению.
— Тяжело в учении, легко в бою, — сослался на старую пословицу Редмонд. — В его возрасте я вообще вынужден был работать и учиться одновременно.
— Я знаю, дорогой, но ведь он твой сын. Может быть, ты уже объявишь ему об окончании домашнего ареста?
— Две недели ещё не прошло.
— Разве цель наказания заключается не в том, чтобы нарушитель осознал свою вину? Как по мне, так Дэвид прекрасно всё понял.
— Давай обсудим это завтра?
— Хорошо. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Маргарет.
Больше никто ничего не говорил. Выждав несколько минут, подросток повторил попытку бесшумного проникновения на запретную территорию. К его радости, петли сработали как надо. Путь ко второму телефону оказался открытым.
Подобравшись на четвереньках к прикроватной тумбочке, Дэвид остановился. Незаметно для себя он перестал дышать, чтобы не нарушать покой ни единым лишним звуком. Отец с матерью находились совсем рядом, и если бы кто-то из них неожиданно включил светильник над кроватью, взору открылась бы примечательная картина того, как сын тянется к шнуру телефона. Последовал щелчок пластмассового зажима. Из-за натянутых до предела нервов Дэвиду показалось, что в комнате грянул выстрел настоящего пистолета, который наверняка разбудит родителей, но они продолжали спать.