Смерть саксофониста
Шрифт:
– Сережа!
– закричала я.
– Что ты тут делаешь?
– Тебя поджидаю, - лениво ответил он, - у тебя на двери написано, что прием с девяти, вот я и пришел...
– Но уже полдень! Я могла бы совсем не придти. И вообще, как ты узнал, где я работаю?
– Дочка твоя сказала. Я, вообще-то, домой к тебе хотел идти, но она меня не пустила, сказала, что в такое время ты обычно на работе, и объяснила, как добраться.
Мне оставалось только мысленно порадоваться за свою умную дочь, которая не пускает разных чужих дядек
– Ну, хорошо, - согласилась я. Смерч подозрительности, бушевавший в моей груди из-за Суперфина, перекинулся на Сергея.
– А как ты узнал мою фамилию и номер домашнего телефона?
– Фамилия твоя на двери висит. Не пиши, если не хочешь, чтобы все читали. А телефон... Ты же сама домой звонила. Вот он в памяти мобильника и остался.
Мы уже поднимались по обшарпанной лестнице на второй этаж. Войдя в комнату, я предложила Сергею сесть и задала свой главный вопрос:
– Скажи, пожалуйста, мой любезный спаситель, какого черта ты сбежал с яхты?
– А что мне оставалось делать? Ты жива-здорова. Раз они уже звонили в полицию, значит, второй раз тебя за борт не выкинут, побоятся. А мне светиться недосуг. Еще визы лишат.
– Ох, непростой ты, Сережа, турист, чует мое сердце, - я подхватила его интонацию разговаривать. Недавно прочитала о главном принципе нейролингвистического программирования: "Если хочешь понять, что собой представляет человек напротив тебя, говори и сиди так, как он".
– Тебе бы красотами Мертвого моря наслаждаться, да по святым местам бродить. А ты чем занимаешься? Эхолотом рыбу глушишь. Сдается мне, не рыба тебя привлекла в тот вечер. Уж больно ты вовремя на моем пути оказался.
– Нужна ты мне очень, - пробурчал он, не глядя на меня.
– Это мне, дураку, вместо спасибо, за дела мои добрые...
– Не злись, я тебе очень благодарна. Но сейчас ты чего явился? Со мной вроде бы все в порядке, не тону.
– Не стоит благодарности, там до берега было всего ничего. Ты просто с испуга вообразила невесть что... А вот я к тебе пришел за помощью.
– Ничего себе!
– возмутилась я.
– Ты мне ни на один вопрос не отвечаешь, а еще туда же, помощи просить пришел! Не будет тебе ничего! У меня руки чешутся заявить о тебе, как о свидетеле.
– А вот этого не надо,- Сергей даже с кресла приподнялся, - ни свидетелем, ни терпилой не пойду. Придется, видать, рассказать тебе, Валерия. Уж больно ты баба вредная.
– Начинай, я тебя внимательно слушаю, - сказала я, а про себя подумала: "Может, действительно, стоит всерьез заняться НЛП? Ишь, как его проняло!"
– Я детектив, Валерия.
– Что?
– Детектив из Москвы. Частный сыщик. Вот мои документы.
Сергей достал из кармана книжечку и показал мне. Там черным по белому было написано: "Частное сыскное агентство "Черная маска". Частный сыщик Сергей Александрович
Убедившись, что я прочитала, он захлопнул книжечку и спрятал ее в карман. Я же сидела, слегка одуревшая. Вот оно, исполнение моих желаний. Не зря говорят: если чего сильно захотеть, то получаешь сразу. Главное, сильно захотеть. А последний час я только о том и думала, как вывести Суперфина на чистую воду.
– А ты не врешь, Черных из "Белой маски"?
– поспешила спросить я и тут же пожалела о своем глупом вопросе.
– Я хотела сказать, наоборот, Маска из... В общем: неважно, врешь или нет?
– слегка поплывшие мозги начали путать слова и имена, но, похоже, собеседник не обиделся.
– Какая мне польза с вранья?
– спросил он в свою очередь (ишь, навострился среди евреев - вопросом на вопрос!).
– Тебе, что ли, понравиться? Так я это и без документа могу.
Вот ведь нахал! Но вслух сказала:
– Хорошо, я расскажу тебе, что знаю, но ты мне тоже поможешь. Надо подробней об одном дяденьке разузнать. Он мне на любимую мозоль наступил.
– Любовник, что ли?
– Хуже... Любовник матери моего любовника. Это, мон ами, - я покрутила в воздухе пальцами, - совсем другой коленкор!
Черт побери, наверное, это заразно! Несу всякую глупость.
– Что тебе известно о Руби Вольфе?
От такого вопроса я чуть со стула не упала. Как, и он туда же?
– Он... Он умер. То есть его убили, отравили при всем честном народе. Намазали мундштук саксофона ядом, а он схватил его и давай дуть. Пьяный был. А ты расследуешь, кто его убил?
По-моему, частные детективы сообразительностью не отличаются. Во всяком случае, после моего вполне логичного и точного объяснения спаситель выглядел слегка поглупевшим.
– Саксофон... Дуть... Странно...
– проговорил Сергей.
– Нет, мне не заказывали найти убийцу. У меня другое задание. Да и кто бы мне позволил вести здесь расследование? Это только в книжках бывает. В жизни в два счета сам за решеткой окажешься. Нет, я другим делом занимаюсь. Сбором информации.
– Какой?
– Насчет того, куда Вольф деньги дел, - честно и вполне беззаботно признался Сергей Черно-белая-маска.
– Большие деньги, между прочим.
– Как же это узнаешь? Его же убили! Он теперь тебе ничего не расскажет.
– Есть способы, - протянул Сергей, и его лицо приняло нехорошее выражение. Мне даже страшно стало вдруг он никакой не частный сыщик, а вообще мафиозо. Хотя мне какая разница? Мафиозо, так мафиозо.
– Надо убийцу искать!
– убежденно заявила я.
– Тогда и деньги найдутся. Кто шляпку украл, тот и тетку пришил!
– Какую шляпку?
– удивился он.
– Ты чего?
– Ничего, - огрызнулась я.
– Классику надо знать. Есть у меня кое-кто на примете.
И я вытащила из сумки фотографию Суперфина, которую забрала у Лины.