Смерть правды

Какутани Митико

По-видимому, президент предпочитает черпать информацию из Fox News, особенно из лизоблюдского утреннего шоу Fox & Friends и из источников вроде Breitbart News и National Enquirer {37} . По слухам, он проводит перед телевизором по 8 часов в день {38} – поневоле вспомнишь садовника Шанса из романа Ежи Косинского, который всю жизнь не отрывался от телевизора и вдруг сделался знаменитостью и многообещающим политиком. Vice News также сообщали, что дважды в день Трампу вручают папку с лестными для него вырезками и скринсейверами, в том числе с «комплиментами в Twitter, расшифровками льстивых телеинтервью, хвалебных новостных статьей, а порой туда же попадают просто удачные телекадры, на которых Трамп выглядит особенно властным» {39} .

37

Charlie Warzel and Lam Thuy Vo, “Here’s Where Donald Trump Gets His News,” BuzzFeed, Dec. 3, 2016; Dean Obeidallah, “Trump Talks Judgment, Then Cites National Enquirer,” CNN, May 4, 2016.

38

Haberman, Thrush, and Baker, “Inside Trump’s Hour-by-Hour Battle for Self-Preservation.”

39

Alex Thompson, “Trump Gets a Folder Full of Positive News About Himself Twice a Day,” Vice News, Aug. 9, 2017.

Такого

рода абсурдные детали не столько смешат, сколько нервируют, потому что речь идет не о сюжете из «Сумеречной зоны», не о фантазере, поселившемся в большом белом доме посреди Вашингтона, округ Колумбия: окружение Трампа не сдерживает его предрасположенность к хаосу, напротив, хаосом заражена уже вся его администрация. Принимая ответственные политические решения, Трамп заявляет: «Я один здесь что-то значу» {40} , и в силу своего презрения к институциональному знанию он зачастую пренебрегает советом министров и спецслужб, если вообще включает их в совещательный процесс.

40

Benjamin Hart, “Trump on Unfilled State Department Jobs: ‘I Am the Only One That Matters,’” New York, Nov. 3, 2017; Bill Chappell, “ ‘I’m the Only One That Matters,’ Trump Says of State Dept. Job Vacancies,” The Two-Way, NPR, Nov. 3, 2017.

Порочный круг: те сбои в управлении страной, которые порождаются подобными привычками президента, лишь укрепляют присущее его сторонникам недоверие к Вашингтону (недоверие, которое и побудило их голосовать за Трампа), это недоверие превращается в самосбывающееся пророчество – и когда пророчество сбывается, возрастает всеобщее разочарование и нежелание иметь дело с политикой. Все большее число избирателей натыкается на непреодолимый разрыв между собственными взглядами и государственной политикой. Разумный подход, например, обязательная проверка покупателя перед продажей оружия, который поддерживают девять американцев из десяти, отвергается конгрессом, поскольку там слишком многие получают пожертвования от производителей оружия {41} . 87 процентов американцев, согласно проведенному в 2018 году опросу, готовы позволить «мечтателям» остаться в Штатах {42} , и все равно программа DACA [10] используется в политическом пинг-понге. 83 процента американцев (и 75 процентов республиканцев) выступают за сетевой нейтралитет {43} , но Федеральная комиссия по вопросам связи голосует против него.

41

Lydia Saad, “Americans Widely Support Tighter Regulations on Gun Sales,” Gallup, Oct. 17, 2017.

42

Max Greenwood, “Poll: Nearly 9 in 10 Want DACA Recipients to Stay in US,” Hill, Jan. 18, 2018.

10

Программа под названием «Отложенные меры в отношении детей-иммигрантов» (DACA), которая давала возможность отсрочить депортацию для более чем 750 тысяч детей нелегальных иммигрантов, была принята президентом Бараком Обамой. Ее отмена была одним из предвыборных обещаний Трампа.

43

Harper Neidig, “Poll: 83 Percent of Voters Support Keeping FCC’s Net Neutrality Rules,” Hill, Dec. 12, 2017; Cecilia Kang, “F.C.C. Repeals Net Neutrality Rules,” New York Times, Dec. 14, 2017.

Упадок рационального дискурса, снижение роли здравого смысла и основанной на фактах политики начались, разумеется, не с Дональда Трампа. Скорее он воплощает кульминацию тех трендов, что были диагностированы в пророческих книгах Эла Гора, Фархада Манжу [11] и Сьюзен Джекоби [12] {44} , опубликованных почти за десять лет до того, как Трамп расположился в доме по адресу: Пенсильвания авеню, 1600. Среди причин упадка Джекоби в «Эпохе неразумия в Америке» называет «наркотик инфонтейнмента» {45} , то есть смешения информирования с развлечением, укрепляющийся религиозный фундаментализм, «расхожее отождествление интеллектуала с либералом, который якобы не приемлет традиционные американские ценности», и систему образования, которая «не справляется с задачей преподавать помимо базовых навыков еще и логику, лежащую в основе этих навыков» {46} .

11

Фархад Манжу (англ. Farhad Manjoo) – техноколумнист The New York Times, журналист, писатель.

12

Сьюзен Джекоби (англ. Susan Jacoby) – репортер The Washington Post, автор книги «Эпоха неразумия в Америке» («The Age of American Unreason»).

44

Susan Jacoby, The Age of American Unreason (New York: Pantheon, 2008), 307; Farhad Manjoo, True Enough: Learning to Live in a Post-Fact Society (Hoboken, N.J.: Wiley, 2008); Andrew Keen, The Cult of the Amateur: How Today’s Internet Is Killing Our Culture (New York: Doubleday, 2007).

45

Jacoby, Age of American Unreason, xviii.

46

Jacoby, Age of American Unreason, 307.

Что касается Гора, в «Атаке на разум» он разбирает проблемы представительной демократии в США (низкий уровень явки избирателей, плохо информированный электорат, избыточную роль денег и медийных манипуляций) и «упорную, закоренелую приверженность лжи как основе политики, даже когда огромная и очевидная масса свидетельств разоблачает ее бессмысленность» {47} .

В первую очередь Гор имел в виду катастрофическое решение администрации Буша о вторжении в Ирак и циническое рекламирование этой войны обществу, искажение «политических реалий Америки страхом перед «иракской угрозой», который совершенно не соответствовал подлинным масштабам проблемы» {48} : Ирак не был причастен к теракту 11 сентября и вопреки опасениям ястребов из администрации не располагал оружием массового поражения, которым запугивали американцев.

47

Al Gore, The Assault on Reason (New York: Penguin Press, 2007), 1.

48

Al Gore, The Assault on Reason (New York: Penguin Press, 2007), 38–39.

Иракская война останется примером катастрофы, которая почти неизбежна, если масштабные решения, отражающиеся на всем мире, принимаются не путем рационального политического процесса, когда информация обдуманно взвешена и проведен экспертный анализ, а из идеологических убеждений, причем данные разведки фильтруются таким образом, чтобы они совпали с уже закрепившейся идеей-фикс {49} .

С

самого начала ястребы в администрации, в том числе вице-президент Дик Чейни и министр обороны Дональд Рамсфельд, требовали «активных» разведданных, то есть повода для объявления войны. Министерство обороны даже создало нечто вроде теневого департамента («кабинет спецпланов»): его задача, по словам цитируемого Сеймуром Хершем в The New Yorker советника Пентагона, заключалась в том, чтобы найти доказательства того, в чем Рамсфельд и его заместитель Пол Вулфовиц были заведомо убеждены, – связи Саддама Хуссейна с «Аль-Каидой» и наличия у Ирака большого арсенала биологического, а возможно, и ядерного оружия.

49

Michiko Kakutani, “How Feuds and Failures Affected American Intelligence,” New York Times, June 18, 2004; Michiko Kakutani, “All the President’s Books (Minding History’s Whys and Where-fores),” New York Times, May 11, 2006; Julian Borger, “The Spies Who Pushed for War,” Guardian, July 17, 2003; Jason Vest and Robert Dreyfuss, “The Lie Factory,” Mother Jones, Jan./Feb. 2004; Seymour M. Hersh, “Selective Intelligence,” New Yorker, May 12, 2003; Michiko Kakutani, “Controversial Reports Become Accepted Wisdom,” New York Times, Sept. 28, 2004; Dana Milbank and Claudia Deane, “Hussein Link to 9/11 Lingers in Many Minds,” Washington Post, Sept. 6, 2003.

При планировании наземной операции не принимались во внимание предостережения экспертов, в том числе начальника штаба сухопутных войск Эрика Шинсеки, который доказывал, что для умиротворения Ирака после войны понадобятся «сотни тысяч солдат» {50} . Его рапорт положили под сукно, как и доклады Корпорации «Рэнд» и Военного колледжа, также предупреждавшие о том, что для безопасности и восстановления Ирака после войны понадобится долговременное пребывание в этой стране крупных американских гарнизонов.

50

Kakutani, “All the President’s Books.”

К этим выводам специалистов не прислушались (с катастрофическими для нападающей стороны последствиями), потому что они противоречили оптимистическому самовнушению администрации, сулившей, что иракский народ примет американские войска с распростертыми объятиями как освободителей и сопротивление будет минимальным. Один из сторонников Рамсфельда сравнивал предстоящее вторжение с прогулкой {51} .

В итоге в Ирак было направлено слишком мало подразделений, недостаточно для восстановления законности и порядка; подготовленный Госдепартаментом проект «Будущее Ирака» был заблокирован из-за разногласий с Пентагоном, на ходу принимались решения распустить иракскую армию и отстранить от политической жизни всех заметных членов партии «Баас». И все эти катастрофические ошибки, которых вполне можно было избежать, привели к той малоудачной форме американской оккупации, которую солдат, приписанный к силам Временного коалиционного правительства, достопамятно охарактеризовал так: «Наклеили перья и надеялись получить утку» {52} . В итоге Иракская война окажется одной из величайших трагедий начинающегося столетия: она взорвала геополитическую ситуацию в регионе, породила ИГИЛ [13] и целую цепочку несчастий для иракского народа, для региона и всего мира – конца этому до сих пор не видать.

51

Ken Adelman, “Cakewalk in Iraq,” Washington Post, Feb. 13, 2002.

52

Michiko Kakutani, “From Planning to Warfare to Occupation, How Iraq Went Wrong,” New York Times, July 25.

13

Запрещенная в РФ организация. – Прим. ред.

Хотя во время избирательной кампании-2016 Трамп постоянно критиковал решение о вторжении в Ирак {53} , его администрация ничего не извлекла из ошибок, допущенных администрацией Буша во время этой ненужной трагической войны. Напротив, она проявила еще большую склонность к перепроектированию политических решений и еще большее нежелание прислушиваться к экспертам.

Так, в Госдепартаменте была проведена чистка в соответствии с обещанием Стива Бэннона [14] бороться за «уничтожение административного государства» {54} (и из-за паранойи Белого дома насчет профессионалов «глубинного государства»). Зять президента, Джаред Кушнер, тридцатишестилетний риелтор без опыта чиновничьей работы, получил карт-бланш по Ближнему Востоку, а сокращенный Госдепартамент все чаще оказывается вовсе не у дел. Многие важные должности оставались на исходе первого года правления Трампа вакантными – отчасти из-за сокращения круга обязанностей этого государственного органа, отчасти потому, что администрация не желала назначать на ключевые посты дипломатов, сдержанно относящихся к политике президента (как было в случае назначения посла в Южную Корею {55} ), и отчасти потому, что специалисты по международной политике начинают покидать орган, который при новой власти перестал ценить таланты, политические знания и опыт, приобретенный в дальних краях. В сочетании с курсом Трампа на разрыв давних союзов и торговых соглашений и компрометацию демократических идеалов пренебрежительное отношение к международной политике привело к тому, что уровень доверия к США в мире в 2017 году, по данным Gallup, достиг нового антирекорда в 30 % {56} (ниже, чем у Китая, и лишь незначительно выше, чем у России).

53

Eugene Kiely, “Donald Trump and the Iraq War,” FactCheck.org, Feb. 19, 2016.

14

Стивен Кевин «Стив» Бэннон (англ. Stephen Kevin Bannon) – американский альтернативно-консервативный политический активист, представляющий Республиканскую партию. С 20 января по 18 августа 2017 года – главный стратег, старший советник 45-го президента США Дональда Трампа по политическим и стратегическим вопросам, один из наиболее влиятельных сотрудников администрации президента.

54

Philip Rucker and Robert Costa, “Bannon Vows a Daily Fight for ‘De-construction of the Administrative State,’ ” Washington Post, Feb. 23, 2017.

55

Victor Cha, “Giving North Korea a ‘Bloody Nose’ Carries a Huge Risk to Americans,” Washington Post, Jan. 30, 2018.

56

Bill Chappell, “World’s Regard for U. S. Leadership Hits Record Low in Gallup Poll,” NPR, Jan. 19, 2018; Laura Smith-Spark, “US Slumps in Global Leadership Poll After Trump’s 1st Year,” CNN, Jan. 18, 2018.

В некоторых аспектах нынешнее презрение Белого дома к опыту и экспертному знанию отражает более широкие тенденции американского общества. В книге «Культ дилетанта» (2007) предприниматель из Кремниевой долины Эндрю Кин предостерегал о том, что Интернет не только неслыханно демократизирует распространение информации, но и подменяет подлинное знание «мудростью толп» {57} , опасно размывая границы между фактом и мнением, аргументами, основанными на информации, и неистовым вымыслом.

57

Michiko Kakutani, “The Cult of the Amateur,” New York Times, June 29, 2007.