Служащие Ваитюру

Дембицкий Велимир

– - Кхм, -- привлек к себе внимание незнакомец, -- я в состоянии защитить даму и, думаю, в этом окажусь получше юнца.

Тандри лишь усмехнулся, но комментировать не стал: оскорбление чужого человека не имело для него критического значения -- прекрасная черта характера.

– - Кстати, а кто вы вообще?
– - поинтересовалась Фанндис, окидывая мужчину оценивающим взглядом.

– - Эгмюндюр, иллюстратор. И хотя руки -- это то, чем зарабатываю на жизнь, но мои друзья слишком вспыльчивы, чтобы я не умел использовать их, -- он поднял ладони на уровне лица и сжал пальцы в кулаки, -- для самообороны.

Близнецы

молчали, а Гриммюрграс пытался вспомнить, знал ли он этого человека. Нет, над его книгой работал кто-то другой, иначе бы Эгмюндюр знал его имя. Поверить в то, что у иллюстраторов столько заказов, что они довольно быстро забывают, над чем работали прежде, Гриммюрграс не мог.

– - Ну же, -- рассмеялся Эгмюндюр, не дождавшись ответа.
– - Если вы хотите, чтобы я был на вашей стороне, то начните мне доверять!

– - Резонно, -- кивнул Фаннар.
– - Тандри, ты везунчик, идешь, как и хотел, с Гриммюрграсом. Принеси нам еще и удачу в виде никому не нужных генераторов.

– - Постараюсь, -- радостно отозвался тот.
– - Если не будет слишком нагло, можно, чтобы мы пошли на запад и взяли с собой Ликафроуна?

Когда Тандри начал фразу "взяли с собой", Йоусабет встрепенулась и чуть было не вскочила на ноги, но не услышав своего имени, поникла. Ликафроун -- молодой человек в очках и мешковатом потрепанном свитере с растянутыми локтями -- сначала отряхнул колени, потом поднялся и спустился вниз, явно готовый отправляться в путь, будто разрешения близнецов и не требовалось.

– - Идите, -- равнодушно отозвался Фаннар.
– - Для меня принципиальной разницы нет.

– - Думаю, с Оуск лучше пойти Соуль и Кетитлю, -- поспешил вмешаться в распределение Гриммюрграс. Он понимал, что им нужно доверять иллюстратору, но предосторожность не помешает, тем более такая: вряд ли кто-то поймет, почему именно эти студенты были названы. Гриммюрграсу Соуль, сыгравшая Кожу Змеи и действительно подходившая на эту роль, представлялась не только разумной девушкой, но и обладательницей хороших реакций и интуиции. Кетитль же, самый мощный из собравшейся компании, на деле был прилежным студентом, по крайней мере, если речь шла о предмете Гриммюрграса, поэтому вполне мог послушаться приказов Соуль, а не строить из себя самого сильного и самого умного. И словно в доказательство его мыслей, Кетитль согласно кивнул, а потом подмигнул Соуль.

– - Так и поступим, -- оценила выбор друга Фанндис.
– - Если у оставшихся есть какие-то предпочтения, высказывайтесь сразу же.

– - Или же забудьте о них, -- коварным шепотом подхватил Фаннар.
– - Ваше решение будет единственным и изменению не подлежит.

Фанндис укоризненно скрестила руки на груди и покачала головой, но как ни странно, слова ее брата подстегнули оставшихся студентом: они вскочили со своих мест и сообщили о своем выборе. Не сговариваясь, девушки пожелали пойти с Фанндис, а парни с Фаннаром.

– - Ох, зря вы так, -- рассмеялся Тандри, обращаясь к студенткам.
– - Женские физические признаки не означают женское же естество.

– - Естество?
– - недоуменно переспросил Гриммюрграс.

– - Идемте уже. Расскажу по пути.

Глава 2

Под естеством Тандри имел в виду что-то вроде характера,

и для примера привел Оуск, как яркую представительницу носителей женского естества. Фанндис, по его мнению, тяготела к мужскому. Гриммюрграс не мог ничего сказать по этому поводу, потому что так и не уложил в голове, что все-таки имел в виду парень. То, как он понял его объяснения, не позволяло полностью согласиться с выводом Тандри, но дискутировать на тему из незнакомой области -- все равно, что выйти на охоту с завязанными глазами: можно, конечно, и даже есть шанс одержать победу, но большая вероятность все-таки быть разорванным на мелкие кусочки.

А вот Ликафроун, похоже, обладал познаниями в психологии (или к какой науке относилась теория Тандри?) и активно с ним спорил. Увы, его доводы не облегчили Гриммюрграсу понимание вопроса, поэтому в какой-то момент он почти перестал слушать спорящих. Куда интереснее было узнать о них самих. И если о Тандри кое-что Гриммюрграсу было известно, то его близкий друг, Ликафроун, оставался загадкой. Он видел этого парня на парах, но тот особой активности не проявлял, а иногда даже откровенно спал, да и его письменная работа не вызвала особого интереса. Гриммюрграс даже вспомнил, что несколько удивился, увидев его среди пришедших на пробу, и пока тот не прочитал выбранный монолог, думал, что парень попал сюда по ошибке или с кем-то за компанию. Кстати, о том, что этой компанией мог оказаться именно Тандри, решить было невозможно: на лекциях и семинарах они не сидели рядом, да и на перерывах Гриммюрграс не замечал их вместе. И все же, слушая их разговор, он вспоминал Фаннара и Фанндис, а потому не мог скрыть улыбки. Впрочем, сейчас она была незаметна.

– - Кстати, у тебя очень хорошие реакции, Тандри, -- заметил Гриммюрграс, когда спор об "естествах" закончился.

– - А вы побудьте защитником своего факультета на Полигоне Ярости, и я посмотрю на ваши, -- не без гордости отозвался тот и не забыл добавить: -- Археологи, между прочим, уже два года разделывают остальные факультеты как орехи.

– - Между студентами происходит соревнование?
– - уточнил Гриммюрграс, поскольку услышал о подобном впервые, и профессора, кажется, ни в чем таком не участвовали.

– - Ага. И мы доказываем всем, что археологи -- не рохли, вроде завкафедрой Орри, а вот вы как раз подходите под наш идеал. Причем я так считал и до того, как узнал о вас всю правду.

– - А еще это поможет в работе, -- влез в разговор Ликафроун, но как-то рассеянно, будто пребывал в своих мыслях и, услышав последние слова друга, решил отреагировать.
– - Полевой, то есть, -- добавил он, осознав, что первая фраза звучит неоднозначно, а после паузы дополнил: -- Точнее, должно было. Теперь ни о какой работе, похоже, речи не идет.

– - Нас ждет более захватывающая экспедиция!
– - возразил Тандри, не скрывая своего энтузиазма. Гриммюрграсу показалось, что парень не только забыл о причине, из-за которой должна состояться эта "экспедиция", но и о той ситуации, в которой они оказались, и почему сейчас шли почти в полной темноте.

– - Да, рассказ о ней звучит так же неправдоподобно, как и о любой другой экспедиции. Так почему бы и нет?

– - Ликафроун, ты тоже принимал участие в тех состязаниях?
– - недоверчиво спросил Гриммюрграс: внешний вид этого молодого человека свидетельствовал как раз об обратном.