Слезы счастья
Шрифт:
— Так можно мне спросить про платье? — поинтересовалась она.
— Только не при Дэвиде, — отозвалась Лиза, — но могу пообещать, что это не будет вариация на тему платьев Скарлетт О’Хары и фаты тоже не будет.
Представив себе, как на самом деле будет выглядеть ее свадебное платье, Лиза почувствовала прилив эйфории. Она взглянула на Дэвида, и ей захотелось задушить его в объятиях за то, что он делает ее такой счастливой.
— А что с медовым месяцем? — спросила Эми. — Решили?
— Хороший вопрос, — отозвался Дэвид. — Ты как раз собиралась
— То есть ты не будешь делать ей сюрприз? — возмутилась Матильда.
— Я бы сделал, если бы знал, куда повезти человека, который уже везде был. Лучше, чтобы Лиза сама выбрала. Возможно, есть такое место, куда ей всегда хотелось поехать, но все как-то не складывалось.
Матильду явно порадовал ответ.
— Видишь, девочка, все в твоих руках. Так куда ты хочешь?
— Знаете, — начала Лиза, — я, наверное, всех вас удивлю. Я много думала об этом, и мне пришло в голову, что я годами летала по всему земному шару, а Англии толком и не видела. Поэтому свой медовый месяц я хочу провести в месте, которое все называют восхитительным и в котором я в самом деле должна хоть раз побывать перед смертью.
— А именно? — поторопил Дэвид.
У Лизы загорелись глаза.
— В Озерном краю, — объявила она.
Дэвид удивленно заморгал, остальные смущенно забормотали что-то одобрительное, но с подозрением, что их могут разыгрывать.
Тео заговорил первым:
— Отличный выбор. Мы были там несколько раз, и нам очень понравилось, так ведь?
— Совершенно верно, — подтвердила Эми.
— А ты бывал в Озерном краю? — спросила Лиза у Дэвида.
Он покачал головой.
— Вообще-то нет, не бывал.
Улыбка Лизы была ослепительной.
— Тогда мы можем вместе открыть его для себя. И, если ты не против, я бы не занималась всем этими пятизвездочными глупостями по версии «Мишлен» [11] , потому что я всегда так путешествовала. Знаю, знаю, мне грех жаловаться, и я не собираюсь этого делать, но хотелось бы пожить просто в маленьком, изысканном отеле с роскошными кроватями, захватывающим дух видом на озеро и неподдельным ощущением... м-м-м... Какое же слово тут подобрать?
11
Известный отельный и ресторанный бренд.
Все переглянулись и стихли в замешательстве.
— Близости? — предложила Матильда.
— Точно! — И все засмеялись. — Близости, — нежно повторила Лиза, глядя на Дэвида.
Его глаза горели.
— Значит, решено. Озерный край, — сказал он, поднимая бокал. — Гостиницу выберем вместе или предоставишь выбирать мне?
Лиза задумалась, потом склонилась к Дэвиду, поцеловала его и сказала:
— Я с радостью доверюсь тебе. Знаю, ты меня не подведешь.
— Никто ни на кого не давит, — буркнул себе под нос Тео, и все опять рассмеялись.
ГЛАВА 5
Приезжая
Майлз, однако, не спешил безоговорочно принимать чью-либо сторону, что, впрочем, было для него весьма характерным. По крайней мере, Салли, лучшая подруга Розалинд, которая тоже пришла, прихватив с собой горы упаковок противовирусного «Лемсипа» и бумажных платков «Клинекс», железной рукой перевела разговор именно в то русло, какое хотелось Розалинд.
— Мне кажется, — говорила Салли, пылая красными щеками, которые и от природы были румяными, а теперь благодаря затянувшемуся гриппу и вину вспыхнули еще ярче, — он сейчас настолько одержим этой женщиной, что не думает ни о чем другом.
— Наверняка именно поэтому он забыл предупредить Ди, что Майлз приедет в шесть вечера, — заметила Розалинд, — а не в полдень, как было условлено. А Ди пришлось сидеть на вокзале и ломать голову, что же с ним стряслось.
— Хорошо, что у тебя был включен телефон, — сказала Ди Майлзу, — иначе я совсем разволновалась бы, когда ты не сошел с того поезда.
Майлз тоже выглядел встревоженным, но от комментариев воздерживался.
— До него просто не достучаться, — заявила Салли, сморкаясь в платок.
— А кто-нибудь пытается, хотела бы я знать? — сердито спросила Розалинд, пристально глядя на Майлза. — Я стараюсь, как могу, но он либо не слушает, либо меняет тему, либо выдает что-нибудь в стиле эдакого грозного мачо, например: «Чтобы я от тебя больше никогда такого не слышал». Он ведет себя как подросток, которому вскружили голову, и не хочет видеть, кто она на самом деле. Мне жаль, но кто-то должен ему объяснить.
— Вынуждена с тобой согласиться, — посерьезнев, проговорила Ди. — Я много лет знаю твоего отца, и сейчас он определенно сам не свой. И, откровенно говоря, в голове не укладывается, что он так оскорбляет память твоей матери, при том что всегда был преданным и внимательным мужем.
— Мама всегда в первую очередь заботилась о его счастье, — не умолкала Розалинд, — она даже уговаривала его, чтобы он женился во второй раз, но я знаю, как она боялась, что он выберет ее. Не могу без слез вспоминать, как она из-за этого расстраивалась. Папа тоже это видел, и я не хочу сказать, что он не сочувствовал ей или не делал все возможное, чтобы ее утешить. Делал. Но как он поступил сразу после маминой смерти?
— Надеюсь только, что это непонятное поведение не скажется на его карьере, — пробормотала Ди.