Слепое пятно
Шрифт:
– Откуда ты, из ОМОНа?
– Голос несколько смягчился.
– Нет! Я гражданский. Я только куртку у них забрал. Их там поубивали всех. Я сейчас расскажу.
– Как тебя зовут?
– Гоша.
– Фамилия?
– Маслов. Игорь Маслов.
– Ладно, стой спокойно и не дергайся. Ноги расставь шире, руки не опускай. Понял, да?
– Понял.
Трое с автоматами выросли как из-под земли - Гоша так и не понял, откуда они взялись. Ствол уперся в спину между лопаток.
– Документы давай, - хмуро сказал один из них - носатый, усатый, с красным обветренным лицом, судя по погонам и лычкам - старший лейтенант.
– Нету документов.
– Гоша шмыгнул
– Какие документы, господин старший лейтенант? Все сгорело на хрен. Хорошо хоть, сам сбежать успел.
– Господин?
– Военный хмыкнул.
– Это чего это ты меня господином-то? Ты из новых русских, что ли?
– Нет. Преподаватель я. В университете. Студентов учу.
– Физкультуре, что ли?
– Усатый с уважением окинул взглядом высокую шварценеггерообразную фигуру Игоря-Иштархаддона.
– Нет, истории.
Игоря уже обхлопали, обыскали. Убедились, что оружия с собой он не имеет.
– Ладно, опускай руки, - сказал старлей.
– В машине у тебя четыре автомата и гранатомет. Чьи?
– Омоновские. Вот их документы.
– Игорь торопливо полез в карман.
– Не у всех нашел, только у двоих удостоверения были…
– Ну точно, они.
– Усатый кивнул.
– Улица Усилова. Пятеро из приокского ОМОНа туда поехали. Пятеро. Один умудрился уйти. Сюда добрался, доложил обстановку. Сейчас в травме лежит. Говорит, что в этом микрорайоне - хоть шаром покати. Пусто. Это так?
– Похоже, что так. Я за полчаса ни одного живого человека не встретил.
– Ясно… - Старлей кивнул.
– Ладно, Игорь. Тачка у тебя как, на ходу?
– Ага.
– Твоя? Собственная?
– Конечно, - не моргнув глазом соврал Игорь.
– Документов на нее, естественно, нет?
– Естественно.
– Ох, дела!
– Старлей дернул себя за пушистый желтый ус, удрученно покачал головой.
– Как потом порядок наводить будем? Это ж надо - погиб город в два дня. И от кого - от дикарей каких-то непонятных!
– А что это за дикари? Кто они такие? Откуда они взялись, выяснили?
– Этого я тебе не скажу. Некогда разговаривать. Иди заводи машину и заезжай в ворота. Там найдешь с кем поговорить…
Игорь поплелся к «четверке» - уже разворошенной, избавленной от оружия. Его тошнило от голода, голова кружилась. Не напрасно ли он сюда приехал? Как вырваться потом из этой бетонной крепости?
Милке не понадобилась особая медицинская помощь - хватило и ватки с нашатырным спиртом, которую поднесла к её носу медсестра, подошедшая к машине. Милка чихнула и очухалась.
– Где мы?
– спросила она слабым голосом. Задала вопрос, предписанный стандартом только что очухавшемуся человеку.
– У наших мы, - сказал Гоша.
– У наших. В пункте сбора и эвакуации тех, кто сумел удрать. Тех, кто смог досюда добраться. Сейчас наши спасители и благодетели нас соберут и куда-нибудь эвакуируют…
– Зря ты так говоришь, - хмуро отреагировал плечистый сержант. Он сидел справа от Гоши - сопровождал его машину при передвижении по лагерю, показывал путь.
– Вас, гражданских, послушать, так мы ни хрена не делаем. Все в один голос вопите: «Армия ни хрена не делает, менты ни хрена не делают, правительство и президент ни хрена не делают! МЧС водку пьет и деньги разворовывает!» А мы из шкуры вон лезем, жизни свои кладем, чтобы людей спасти. Чтобы вывести их из этой мясорубки. Знаешь, сколько наших ребят уже полегло? Из моего взвода два человека осталось - я да Сашка Синеоков. На площади Лядова нас накрыли… Вот, жду, когда
– Он посмотрел на часы.
– К четырнадцати ноль-ноль определят меня в новый взвод, боекомплект в зубы, и вперед…
– Извини, брат, я не хотел обидеть.
– Игорь покачал головой.
– Извини. Я сам только что оттуда, еле прорвался. Двоих персов уложил по пути. Размазал по асфальту. Давить их как клопов!
– Персов?
– Парень встрепенулся.
– С чего ты взял, что это - персы?
– А кто же еще? Я же их собственными глазами видел - натуральные древние персы на колесницах. Я, знаешь ли, учитель истории. Могу персов от ассирийцев и греков отличить.
– Вот и Андрюха Куракин примерно то же говорил, - зашептал сержант, оглядываясь по сторонам.
– Он у нас самый умный во взводе был, вечно книжки читал. Он как этих увидел, так и говорит: «Это, мол, воины из древнего мира, хоть и с автоматами. У нас, говорит, в Нижнем Новгороде, прорыв произошел, ребятки. Прорыв из древнего мира. И все эти варвары из того времени на нас разом поперли!» Жаль, убили Андрюху. Он бы нашим начальникам объяснил, он смог бы. А я чего? Послали меня подальше. Не неси, мол, чушь, не разводи панику. Сказали - террористы, значит, террористы.
– Куда мне теперь?
– спросил Игорь, обрывая разговор. Время неумолимо пожирало минуту за минутой, сокращая срок, оставшийся для действий.
– Налево. Ага. И сразу направо. Вот сюда вставай. Ну все, вылезайте, ребятки. Вон, видите палатку МЧС? Вам туда. Там вам все скажут.
– А машина?
– Тачку я отгоню сам, - сказал сержант, пересаживаясь на освободившееся водительское место.
– Куда ее?
– На автостоянку.
– Какую?
– Там, за стеной… - Парень махнул рукой.
– На Казанском шоссе.
– А тут её нельзя оставить?
– Тут нельзя. Места нет. Сам видишь, что творится. Игорь видел. Не раз ему приходилось бывать на территории областной больницы, и сейчас он с трудом узнавал это место. Совсем недавно на нескольких гектарах площади перед больницей находился парк, - красивый, ухоженный, с высокими березами и тополями, в тени которых так любили гулять пациенты. Теперь большая часть деревьев была вырублена. Сердце Игоря болезненно сжалось. Почему-то именно то, что уничтож-ши парк - хладнокровно, рационально, безжалостно, - свидетельствовало о том, что в город пришла настоящая беда. Беда настолько большая, что не стоило задумываться о судьбе сотен деревьев. Сейчас на месте бывшего парка находились десятки огромных палаток - военных, медицинских, эмчеэсовских. Громко тарахтел движок передвижного генератора. Сотни людей сновали между палатками - не создавая, впрочем, хаоса. Все в этом лагере было упорядоченно, подчинено четкой схеме эвакуации. Гражданским людям не было места в огромном городе, захваченном непонятными жестокими террористами. Каждые десять минут с площадки, находившейся в полукилометре от больницы, в небо с треском поднимался очередной вертолет и брал курс на север, через Волгу. Людей вывозили на мирную землю. Почему вертолетом, почему не по дороге?
– Что, шоссе на Казань перекрыто?
– спросил Игорь.
– Не скажу, не положено тебе этого знать, - заявил сержант.
– А я и так догадываюсь, - сказал Игорь.
– Вон какая дымища на востоке висит - в полнеба.
– В Кстове жуткие бои, - неожиданно буркнул сержант.
– Там наши умнее сделали - эвакуировали всех жителей загодя, знали, что бандюки скоро появятся. И точно ведь - появились! Их - артиллерией, танками, авиацией даже! И хоть бы хрен толку! Откуда они берутся, эти дикари? Из-под земли, что ли?