Слэн
Шрифт:
Мысль пропала, когда он внезапно вспомнил о Бабушке. Мысли старухи легонько стучались в его сознание все это время. Он знал, что она прошла в соседнюю комнату, и в его мозгу разворачивалась картина того, что она видела. И вдруг — так просто — картинка медленно исчезла, как будто она внезапно закрыла глаза.
Джомми Кросс выхватил пистолет и одновременно повернулся и отпрыгнул в сторону. В дверном проеме сверкнула вспышка огня, который пролетел как раз там, где только что была его голова. Пламя коснулось приборной панели и погасло. Высокая, взрослая женщина слэн без усиков, стоящая в дверном проеме, мгновенно навела ствол своего небольшого серебристого пистолета
— Ах ты — проклятая змея!
Несмотря на гнев, а может быть, из-за него, ее голос звенел, как золотой колокольчик, и внезапно Джомми Кросс почувствовал себя побежденным. Ее вид и ее голос внезапно пробудили мучительные воспоминания о матери, и он беспомощно понимал, что никогда не сможет убить такое прекрасное существо, так же как он не смог бы убить свою собственную мать. Несмотря на то, что он держал ее на прицеле своего могучего оружия, а она держала на прицеле его, он был полностью в ее власти. И то, что она выстрелила ему в спину, указывало на ее решимость, которая сверкала в блестящих серых глазах. Убийство! Сумасшедшая ненависть слэнов без усиков к истинным слэнам хотя Джомми Кросс и был напуган, рассматривал ее и все больше очаровывался. Она была сложена просто, изящно, но крепко. Она стояла, вскинув голову, насторожившись, наклонившись вперед и отставив ногу, как бегун, готовый к старту. Ее правая рука, в которой она держала пистолет, была тонкая, с изящными пропорциями, с красивым загаром, но в ней чувствовалась и сила. Левая рука была наполовину спрятана за спиной, как будто она быстро шла, свободно размахивая руками, а потом замерла на месте, с одной рукой, поднятой кверху, а другой — за спиной.
Она была одета в простой мундир, туго перетянутый в талии. Как гордо она наклонила голову с блестящими темно-каштановыми волосами, коротко подстриженными и завитыми. Ее лицо под каштановой короной волос несло выражение чувственной красоты, не слишком полные губы, тонкий, правильной формы нос, нежные щеки. Но в линиях ее лица неуловимо проглядывала властность, недюжинный ум. Ее кожа была мягкой и чистой, цвет лица — безукоризненным, а в глубине серых глаз сверкали искры.
Нет, он не мог стрелять; он не мог убить эту изысканно красивую женщину. Но все же — все же ему нужно было заставить ее поверить, что он сможет это сделать. Джомми стоял и изучал мысли на поверхности ее сознания, маленькие обрывки, которые мелькали в нем. Она не могла полностью скрыть их, ее защита отличалась той же неполнотой, которую он заметил у других слэнов без усиков, возникающей, возможно, из неспособности читать мысли и таким образом определить, что же на самом деле значила полная защита.
В данный момент он не мог позволить себе проследить слабые вибрации воспоминаний, которые пульсировали в ней. Имело значение лишь то, что он стоял лицом к лицу с этой чрезвычайно опасной женщиной, оружие у обоих наготове, каждый нерв и мускул натянут до предела.
Женщина заговорила первой:
— Это чрезвычайно глупо, — сказала она. — Нам нужно сесть, положить оружие на пол перед собой и обсудить. Это снимет невыносимое напряжение, но в конце концов наше положение останется таким же, как сейчас.
Джомми Кросс был озадачен. Это предложение означало слабость перед лицом опасности, которая не была заметна на этом мужественном лице. Тот факт, что она сделала такое предложение, прибавил ему уверенности в своем положении, но он испытывал подозрения и был убежден, что ее предложение надо обдумать на случай
— За вами будет преимущество. Вы взрослый слэн, ваши мускулы лучше координированы. Вы можете схватить ваш пистолет быстрее, чем я.
Она деловито кивнула:
— Это правда. Но на самом деле у тебя есть преимущество, ты можешь читать по крайней мере часть моих мыслей.
— Напротив, — не моргнув глазом соврал он, — когда вы укрываете мысли щитом, вы защищаете их настолько, что мне никак не удастся угадать ваши намерения.
Когда Джомми произнес последние слова, он понял, насколько же неплотно были на самом деле укрыты ее мысли. Несмотря на то, что его мысли были сосредоточены на грозившей опасности и он не совался в ручеек ее мыслей, до него дошло достаточно, чтобы представить себе краткую, но связную биографию этой женщины.
Ее звали Джоанна Хиллори. Она была профессиональным пилотом Марсианского Пути, но это был ее последний рейс на многие месяцы. Причиной тому было ее недавнее бракосочетание с инженером, работающим на Марсе, и она ждала ребенка — поэтому ее переводили на другую работу, где ее организм не будет подвергаться постоянным перегрузкам, которые неизбежны в космических путешествиях.
Джомми Кросс почувствовал облегчение. Недавно вышедшая замуж женщина, ждущая ребенка, не полезет на рожон. Он сказал:
— Хорошо, давайте одновременно положим оружие на пол и сядем.
Когда оружие оказалось на полу, Джомми Кросс взглянул на женщину-слэна и удивился довольной усмешке, в которой скривились ее губы. Улыбка становилась все шире, все более отчетливо она смеялась над ним.
— А теперь, когда ты разоружился, — мягко сказала она, — приготовься к смерти!
Очень напуганный, Джомми Кросс уставился на миниатюрный пистолет, который блестел в ее левой руке. Должно быть, она прятала это игрушечное оружие все время, пока они напряженно стояли друг против друга, с издевательской уверенностью ожидая возможности воспользоваться им. Ее голос звенящий как музыка золотого колокольчика, послышался вновь:
— Значит, ты проглотил всю эту чушь про то, что я — бедная беззащитная невеста, которая ждет ребеночка, а ее саму ждет не дождется любящий муж! Взрослая змея не была бы так доверчива. Но раз так, то маленькая змея, которая стоит передо мной, сейчас умрет за свою невероятную глупость.
Глава 10
Джомми Кросс смотрел на маленький пистолет, который женщина-слэн крепко держала в руке. Сквозь пелену изумления и страха он внезапно ощутил, что фоном к его невезению служило мягкое, очень быстрое движение корабля. Ускорения не чувствовалось — лишь неустанное продвижение, миля за милей беспрерывного полета, и было совершенно непонятно, находятся они все еще в земной атмосфере или уже в космосе.
Напуганный, он стоял и не шевелился. В его сознании не было панического ужаса, но в нем не было и никакого плана. Любая мысль о действии улетучилась из его головы в тот момент, когда он с удивлением осознал, что его жестоко обманули. Женщина использовала свои недостатки, чтобы победить его.
Должно быть, она знала, что ее мысленный щит был непрочным, и поэтому, с почти животной хитростью, она позволила этой маленькой душещипательной истории просочиться наружу, а она была предназначена для того, чтобы показать Джомми, что эта женщина никогда, нет, никогда не найдет в себе мужества бороться до конца. Теперь было ясно видно, что ее мужество было прочнее закаленной стали и помериться с ней силами он смог бы только через несколько лет.