Следы на воде
Шрифт:
Я пришел в себя на следующее утро, бодрый, деятельный и зверски голодный. Не открывая глаз, по одному запаху лекарств, пота, немытых тел, я определил, что нахожусь в больнице. Как все серьезно, братцы. Ныла в локтевом сгибе правая рука, видимо, из-за капельницы, но боль и холод ушли, спасибо и на этом. Да, угостил, называется девушку мороженым.
Анна дремала на стульчике рядом, держа меня за руку. В сером утреннем свете ее личико выглядело усталым и изможденным, украшенное, ко всему прочему, еще и размазанной подводкой.
Я шевельнул затекшей за ночь рукой, и Анна встрепенулась.
Ой А где
Мы в больнице, проговорил я. Ладно, не будем скромничать: прохрипел с оттяжкой в сипение. Интересно начинается наше знакомство, правда?
Помедлив, Анна выпустила мою руку и энергично потерла лицо, размазывая тушь еще сильнее. Я огляделся. Стандартно обшарпанная палата на шесть коек, три пустуют, на занятых неопрятного вида дедки, свидетели и активные участники первой русской революции. Окна зарешечены и покрашены жизнерадостной белой краской.
Это что, Симаковская больница?
Первая медсанчасть, неврология, промолвила Анна. Кирилл, у вас спазм сосудов. Подозрение на инсульт.
Я через силу усмехнулся.
Перегрелся А вы тут всю ночь со мной возились?
Анна покраснела. Наверно и утку мне подавала, в связи с вечной нехваткой медицинского обслуживающего персонала.
Неловко-то как. Второй раз в жизни неловко.
Вы всегда такой официальный? Анна как-то жалко улыбнулась.
Да уж. Какие теперь могут быть вы Утка очень соединяет, не правда ли?
Анна, я постарался, чтобы мой хрип-сип прозвучал помягче, иди домой. Родители, поди, места себе не находят. А за мной проследят.
Она помолчала, а потом сказала, старательно глядя в сторону:
А у меня нет родителей, Кирилл. Я сирота.
Вот и все. Усталость и обреченное спокойствие. Помнится, я говорил о своем сиротстве с этакой радостно-истеричной бравадой: s'ect voila Каширин, и шли бы вы все подальше. Дурак, не убавить, не прибавить.
Я тоже.
Некоторое время мы не разговаривали. У меня в голове крутилась мысль: и в этом похожи. И ощущение чего-то странного и в высшей мере неприятного росло и крепло, уверяя: больница, дружище, это еще цветочки. Что ты будешь делать
Анна, - слово из темноты само выпрыгнуло на язык, что такое визионер?
Теперь она посмотрела на меня даже не со страхом с паническим животным ужасом.
* * *
Из больницы я вышел через две недели, пройдя все положенные прелести в виде капельниц, томограмм, горстей таблеток всех цветов и размеров, и с крайне невнятным диагнозом подозрение на микроинсульт. Лечащий врач, кореец с очень хитрым лицом и веселой фамилией Фуй, ничего толкового мне не сказал, посоветовав не перерабатывать, больше гулять и пить витамины, и я убедился, что он и сам не в курсе, что же такое хлопнуло по пациенту-бедолаге.
Но лето было безнадежно испорчено.
Поначалу я еще пытался все поправить. Ходил в кино и в парк гулять, пил запрещенное врачом вино, вкусно кушал в любимой забегаловке и даже пару раз звонил по старой памяти Анжелике, которая, учуяв, видимо, мое романтическое настроение, к телефону не подходила, прячась за матушкой, коя вежливо рекомендовала забыть данный номер.
Потом мне стало скучно. Настолько, что я отбил Серапиону sms с вопросом, ходят ли духи в туалет. Серапион, естественно не счел нужным отвечать идиоту; я же основательно загрустил.
Анна исчезла спустя десять секунд после вопроса о визионере. Вскочила и выбежала из палаты, прошептав что-то вроде я не могу, не могу через несколько дней поздно спохватившись я обнаружил и пропажу телефона с кошельком; медбрат Андрюшенька с архичестной физиономией уверял меня, что девчонка та, чернявая, увела, но я почему-то знал: он сам и подтибрил плохо лежавшее.
Тем не менее, Анна исчезла. Покопавшись в словарях, я обнаружил гнездо слова визионер с пояснением в литературе: писатель, в подробностях создающий вымышленный мир, напр. Дж. Р.Р.Толкиен, Г.Лавкрафт. Писательское ремесло я забросил в восемнадцать лет, когда понял, что бездарен в поэзии и решил не срамиться. При чем тут визионерство? И что ее, Анну, так напугало?
На третий день выхода из больницы я впервые за год сделал уборку и убедился, что отпуск отравлен. Во многом этому способствовали соседские ребятишки, которые, как нанятые, ржали и тыкали пальцем в меня, относящего на помойку елку. Естественного в этой ситуации вопроса Кирилл Александрович, вы рехнулись? я не дождался, но легче от этого не стало. Ну не люблю выбрасывать елку, до слез не люблю Вернувшись в чисто прибранную квартиру, я окинул помещение недовольным взглядом все, как при женушке, чтоб ее и сел за компьютер.
Искать безымянного начинающего фотографа то же, что и добывать прошлогодний снег, но это на взгляд профана. Мол, поди туда, не знаю, куда и принеси то, не знаю, что. Потратив три часа, я таки обнаружил искомое группу Галерея Петрухина в одной из социальных сетей.
Снимки действительно были неплохими, с аккуратной пометкой в правом нижнем углу Petr.uhin.: помни, гражданин: у каждой фотки есть автор и правообладатель. Я полистал странички и нашел шикарный портрет Анны: девушка сидела на дереве, на ее лицо падал желтый узорчатый свет солнца, пробивавшегося сквозь листву. Молодец Петрухин, скоро в мастера выбьется. Другая фотка мне понравилась больше: Анна устроилась на скамеечке с бутылкой пива и смотрела не в объектив, а чуть в сторону. Сию вещь я незамедлительно и распечатал, а распечатав, набрал номер нашего аналитического сектора.