Слабо влюбиться
Шрифт:
– Граф Виктор Неверящий. Нет, а что? Звучит, – решила она, садясь на скамейку и откидываясь на спинку.
Тишина, сплит, работающий компьютер – что еще нужно для счастья? Виктор трудился уже два часа. Сначала пообщался с редактором, потом начал быстро стучать по клавишам, набирая текст. История шла легко, впрочем, как обычно. На воображение Виктор не жаловался. Обычно ему нужен был только толчок. Например, зажигательная музыка в фильме, под которую могли танцевать свой последний танец герои, или услышанный по радио диалог ди-джея со слушателем. Да даже фраза, брошенная в сердцах кем-то из
1
Анна Ахматова.
Нелюдим по натуре, Виктор спокойно прожил бы в своей «берлоге», как выражался отец, до конца жизни. Теперь, в век новых технологий, практически все можно было делать с помощью Интернета. Даже продукты заказывать.
«И только у одной недожурналистки нет не только доступа к Интернету, но даже ноутбука», – пришла неожиданно в голову мысль. Виктор досадливо качнул головой, прогоняя ее. Нашел, о ком вспомнить. Тут надо писать сцену расставания главных героев, а он непонятно о ком думает.
Виктор снова погрузился в текст. За окном стояла удушающая жара, а на экране компьютера лил холодный осенний дождь. Его капли стекали за воротник герою, пришедшему на свидание без зонта.
Очередной штамп. Виктор намеренно собирал их в своих текстах. Книги, набитые знакомыми читателям штампами, продавались лучше всего. Это Виктор выяснил, попытавшись написать нечто неординарное. Редактор ту рукопись завернул, сообщив, что издательство печатать книгу не будет – она просто не окупится. «Купят человек сто-сто пятьдесят, ваши самые преданные поклонники, – объяснил он. – И многотысячные тиражи останутся на складе. Людям не нужна оригинальность. Им нужны знакомые и уютные штампы». Виктор тогда не стал спорить, переделал часть текста, добавил то, что просил редактор, и снова стал одним из самых продаваемых авторов страны.
В коридоре послышались шаги. Снова. Новая жилица, хоть и временная, упорно отвлекала Виктора от работы.
Несколько секунд – и стук в дверь кабинета. Нерешительный, но стук. Виктор недовольно нахмурился: что она опять тут забыла?!
Глава 11
Гуляла Аня не очень долго: прошлась по аллеям, в тени густых деревьев, перебежкой добралась от клумб с их одуряющим запахом цветов до дома и уже собиралась подниматься к себе, когда ее окликнул незнакомый мужской голос:
– Девушка, вы здесь живете?
Аня, стоявшая на ступеньках, удивленно повернулась: живая душа? Неужели?
Позади нее стоял парень в зеленой форме магазина, доставлявшего на дом продукты.
«Можно и так сказать», – мысленно ответила Аня на вопрос. Вслух же произнесла:
– Да.
– Кто со мной расплатится за продукты?
– Зайдите на крыльцо. Я позову хозяина.
Аня повернулась и поспешила в дом. Доставка еды? Вовремя. К вечеру Аня обязательно проголодалась бы, а на кухне, похоже, не оставалось ничего съестного. Неверящий оказался не только мизантропом и социофобом, но также и человеком, питавшимся, очевидно, одним воздухом. Ничем другим пустую кухню Аня объяснить не могла.
Зайдя в дом, Аня покрутила головой
Робко постучав, она заранее приготовилась к грому и молниям, которые могли обрушиться на ее голову. Как же, нарушила творческий процесс, оторвала творца от романа. Но нет, Неверящий, выглянувший из двери, всего лишь постарался молча испепелить ее взглядом на месте.
– Там парень, из доставки еды, денег за продукты хочет, – постаралась как можно четче объяснить цель своего прихода под таким взглядом Аня. И тут же добавила. – Это не я его вызвала.
– Не сомневаюсь, – буркнул Неверящий. – Идите к себе. Я расплачусь.
«Место, Бобик», – перевела для себя насмешливо Аня. Не споря, она повернулась к лестнице и зашагала наверх, в свою комнату, которую ей, похоже, назначили тюрьмой.
Закрыв дверь, Аня села на кровать и открыла записи. Мало. Очень мало. На интервью точно не хватит. Да и меньше суток прошло. А казалось, что несколько дней. Аня уже жалела, что согласилась на эту авантюру. Впрочем, теперь выбора точно не оставалось: никакого транспорта поблизости не наблюдалось. А идти пешком непонятно куда… Нет, на такой «подвиг» Аня точно не была способна.
Показная забота Антона уже становилась Виктору поперек горла. Продукты. На дом. И хоть бы спросил, нужны ли они Виктору.
Расплатившись на крыльце с курьером, Виктор внес в дом по очереди три пакета. Не особо тяжелые, но внушительные и объемные, пакеты намекали на многочисленные продукты внутри. Что называется, ешь-не хочу. На всю неделю, чтоб ее, хватит.
Виктор донес пакеты до кухни, начал опустошать их. Дойдя до середины третьего, он мрачно выругался. Сволочь. Просто сволочь. Брат называется. Ничего из полуфабрикатов или готовой продукции в пакетах не лежало. Только отдельные ингредиенты для приготовления пищи, того же борща, например. В принципе, можно было плюнуть на издевательство со стороны Антона и заказать ту же пиццу из ближайшего супермаркета. Но с продуктами в пакетах все равно следовало что-то делать. Рачительный Виктор не мог позволить им пропасть.
Оставалось одно «но»: Виктор не умел готовить. Все его кулинарные таланты заканчивались яичницей из двух яиц, салатом из свежих овощей и бутербродом с ветчиной.
Намеки Виктор понимал. И этот намек тоже понял: хочешь-не хочешь, нужно было идти к журналистке. Уж она-то готовить должна уметь. Женщина все-таки.
Виктор повторил ругань, выбрав на этот раз другие, более сочные выражения. До наступления ночи времени было полно, проголодаться успеют оба, и не раз.
Окинув недовольным взглядом продукты на столе, Виктор повернулся и заковылял в сторону лестницы. Надо было поговорить с журналисткой. Попросить ее… Антон, сволочь!
– Войдите, – откликнулась журналистка, едва Виктор постучал в дверь.
Виктор потянул ручку на себя, переступил порог. Журналистка сидела в кресле и читала записи в блокноте.
– Что-то случилось? – подняла она голову. В глазах светилось удивление.
– Вы есть хотите? – буркнул Виктор.
– Пока – нет, но скоро захочу. А что?
– А готовить умеете? – проигнорировал ее вопрос Виктор.
– Да.
– Продукты на столе на кухне.
Повернулся и вышел из комнаты, аккуратно прикрыв дверь. Ну не дура же она, в самом деле, должна понять, что к чему.