Сквозь ад
Шрифт:
— И что там? — резко спросил Вильерс.
— Посмотрим, что будет сначала, так? И теперь довольно об этом. Тебе нужно поесть. Горячая соленая говядина здесь — это просто легенда, а картофель «латке» совершенно потрясающий. — Он поцеловал пальцы. — Вспоминаю старые дни в Иерусалиме.
— С разрывами бомб вдалеке и бандой Стерна засевшей в темноте, чтобы вас пристрелить, — добавил Вильерс.
— Тони, ты не меняешься, циник как всегда. — Он с удовольствием вздохнул, когда перед ним поставили тарелку с горячей соленой говядиной.
Поезд
— Вам холодно? — спросил он.
— Нет, прекрасно, — успокоила она его, и действительно так себя чувствовала. Фактически, она уже многие годы не была в таком приподнятом настроении, как теперь, на этом поезде, мчавшемся сквозь ночь. Это давало ей удивительное ощущение необузданной свободы. — Я думаю, что могу понять, что вас так привлекает в этом, — сказала она Кроутеру.
— Я всегда любил поезда. С самого детства. — Он улыбнулся. — Поезда — вещь очень ностальгическая. Всегда кажется, что железнодорожные станции таят бесчисленные возможности. Столько железнодорожных линий ведущих в разные места. — Он замолчал, улыбаясь. — А потом, вдруг, вы уже постарели.
Они миновали ярко освещенную станцию. На платформе толпились люди.
— Уоррингтон, — сообщил Иган.
— Я знаю, мы доберемся очень быстро. Оглянуться не успеете, а мы уже будем там, как я и обещал, — сказал ему Кроутер.
В аэропорту Глазго Джагоу немного опоздал на лондонский рейс, и ему пришлось ждать следующего. Было уже восемь тридцать, когда он вышел из вестибюля аэропорта Хитроу и забрал со стоянки «спайдер». Спустя еще час он добрался до Лорд-норд-стрит и поспешил наверх в квартиру.
Стало сразу понятно, что в доме у Сары никого не было. Отсутствовал и «мини-купер». Он открутил пленку назад и затем поставил на автоматическое прослушивание речи, потом снял пальто. Когда он шел на кухню, послышался голос Сары, и Джагоу вернулся в гостиную и уселся, чтобы послушать, что она раньше говорила Игану. Когда разговор был окончен, Джагоу посидел на том же месте, хмурясь, потом набрал контактный номер телефона и пошел в кухню приготовить кофе. Телефон зазвонил минут через пять. Смит сказал:
— Итак, вы вернулись.
— Только вошел. Обнаружил на ленте запись интересного разговора, — сообщил Джагоу и коротко пересказал. Когда он закончил, Смит сказал:
— Это не имеет значения.
— Не имеет значения? — удивился Джагоу. — Послушайте, я не знаю, кто этот Барри, о котором она говорила, но ясно одно: они с Иганом намерены туда добраться, несмотря на перекрытые Фергюсоном обычные пути.
— Пускай себе добираются, — сказал Смит. — Я даже на это рассчитываю. Но обратно они не вернутся, это я вам обещаю. Никогда. Забудьте об этом! — добавил он мрачным тоном, не допускающим возражений. — Вам стала нравиться леди, нет никаких сомнений, и с этого момента вы от дела отстраняетесь.
Он положил трубку. Джагоу посидел немного, обдумывая услышанное, потом снова надел пальто, спустился вниз и сел в «спайдер», открыл крышку тайника, достал
— Так я отстранен от дела, да? — сказал он тихо. — Это мы еще посмотрим, старик. Еще посмотрим.
Поезд миновал Виган и уже приближался к Престону, когда Кроутер встал.
— Хочу немного поразмять ноги, — сказал он.
Кроутер продвигался вперед, перепрыгивая с вагона на вагон через муфты сцеплений. Потом на его пути оказался закрытый товарный вагон. Кроутер поднялся по стремянке и, присев, смотрел вдоль раскачивавшейся крыши. Он услышал голоса, взрыв хохота, и сразу лег на живот.
Когда он прополз вперед по крыше вагона до конца и осторожно глянул оттуда, то обнаружил, что смотрит вниз на вереницу платформ для перевозки автотранспорта, заполненных грузовыми фургонами. Он увидел двух юнцов, вылезавших из одного из фургонов. Послышался звон разбитого стекла, сопровождавшийся новым взрывом смеха. Кроутер развернулся, дошел до лестницы, спустился и поспешил назад к Игану и Саре.
— Там парочка юных паршивцев громит фургоны на платформах, и они не особо стараются при этом не шуметь. Если на борту есть железнодорожный полицейский, у нас могут возникнуть проблемы.
— Что нам делать, если кто-нибудь появится? — спросила Сара.
Кроутер взглянул поверх ряда бочек с нефтью. По обеим сторонам оставался бортик шириной фута два, но внизу железнодорожное полотно.
— Растянуться вон там и держаться за стальные тросы, очень крепко. — Он улыбнулся. — О, вот еще что, не забывайте молиться.
Прибегнув к помощи отмычки, Джагоу вошел в дом Алана Кроутера, и осторожно закрыл за собой дверь. Он не стал включать свет, просто обошел по очереди все помещения, светя крошечным карандашным фонариком. Особенно его заинтересовала компьютерная система в кабинете.
— Теперь понятно, — сказал он тихо. — Это многое объясняет.
Он прошел в кухню, открыл холодильник, взял пинту молока и вернулся в гостиную, где выбрал для себя удобное мягкое кресло. Самсон, бирманский кот, потерся об его ногу и свернулся у него на коленях. Джагоу вытащил «браунинг», навернул глушитель и положил оружие на кофейный столик, чтобы его было удобно брать. Он, не спеша, пил молоко, гладил кота и ждал.
Поезд миновал Престон, и Кроутер сказал:
— Следующая остановка Ланкастер. — Он посмотрел на часы. — Мы опережаем расписание. Будем там в одиннадцать пятнадцать.
Неожиданно раздался крик, они посмотрели на вагоны впереди и сразу ясно увидели в лунном свете двух парней на крытом вагоне. Парочка стала спускаться по лесенке, а на крыше появился теперь полицейский в форме, преследующий юнцов.
— Облом, — сказал Кроутер. — Поторопитесь. Пошли.
Он подтолкнул Сару вперед. Она перелезла через стальной трос и встала на колени на узкой боковине, крепко ухватившись за трос. Казалось, места едва хватало для коленей, и она немного повернулась вбок, при этом ей в бедро больно впился болт, а перед самым лицом оказались сапоги Игана.