Скрытая одержимость

Массери С.

– Ты в порядке? – спрашивает Вайолет.

– Конечно, нет! – смеюсь я.

Когда мы подъезжаем к ее дому, грузовика Грейсона уже нет на месте. Вайолет приглашает меня внутрь, и мы поднимаемся наверх, прямо в ванную комнату. Там она кладет чистое полотенце на столешницу и помогает мне снять пальто.

– Не спеши, я сделаю кофе.

В очищающем горячем душе есть что-то, что приводит мысли девушек в порядок. Принимая его, я с особой тщательностью тру лицо, и к тому времени, как заканчиваю, мою кожу начинает пощипывать.

Очевидно, в какой-то момент Вайолет вернулась в ванную,

так как на столешнице лежит аккуратная стопка одежды. Когда я спускаюсь вниз, то вижу свою подругу, удобно устроившуюся на диване. Звук телевизора приглушен, а она не отрывает взгляда от экрана своего телефона, но, заметив меня, откладывает его в сторону.

– У тебя не возникнет проблем в КПУ?

– Проблемы возникнут только в том случае, если их попытается создать Майлз, – говорю я, закатывая глаза, и Вайолет вздыхает.

– Я действительно не понимаю, почему они держали это пари в секрете, – с грустью говорит Вайолет, затронув больную тему.

– Прости, я больше не могу об этом говорить, – перебиваю я ее, – мне просто…

Обмануться в отношениях с Ноксом было чрезвычайно болезненно, словно к моему горлу приставили нож. Я никогда не признаюсь людям в своих чувствах, разве что в шутливой форме, и на то, чтобы влюбиться в Нокса, мне потребовалось полгода. Еще шесть месяцев я набиралась смелости, чтобы сказать ему об этом, и вот результат. Мой мир рухнул прямо у меня на глазах.

Я беру кружку с кофе, который приготовила для меня Вайолет, и иду с ней на кухню. Немного подумав, я нахожу виски в их барной стойке и, добавив его в кофе, делаю глоток.

Собственно, какого хрена?

Я делаю глоток чистого виски и, когда тепло разливается по моему телу, возвращаюсь к Вайолет. Нет смысла рассказывать ей о том, что произошло, ведь я сама позволила этому случиться. Да и что я скажу?

Майлз только что убил человека в моей квартире, и я оставила его там наедине с телом?

Рано или поздно это станет известно, если уже не стало. Возможно, мне следует обратиться в полицию и потребовать ареста Майлза. Однако при мысли о том, что он окажется в тюремной камере, у меня внутри все переворачивается. Почему-то даже мысль о том, чтобы донести на него, вызывает у меня чувство вины. Что бы я сделала, если бы его приговорили к пожизненному заключению?

Поэтому, чем меньше Вайолет знает, тем лучше.

– Ты в порядке? – повторяет она свой предыдущий вопрос, наверняка надеясь на другой ответ. Но правда в том, что я не знаю, смогу ли когда-либо снова быть в порядке.

Я протягиваю руку и сжимаю в ладони пальцы Вайолет. Что бы я ни делала, мои попытки обречены на провал.

– Обещай, что останешься рядом, даже если весь мой мир рухнет у меня на глазах.

– Детка, ты была рядом со мной, когда Грейсон вел себя как полный идиот. Конечно, я никуда не уйду.

– Хорошо, – бормочу я, делая еще один большой глоток кофе, – потому что у меня такое ощущение, что Майлз только начинает так себя вести.

Глава 5

Майлз

Мы смотрим на лежащего перед нами покойника. Когда люди умирают,

это одновременно и завораживает, и ужасает. Пока его сердце не остановилось, кровь лилась из перерезанной артерии на шее, ведущей к мозгу, но в конечном счете ее поток замедлился. Это заняло несколько минут, а не секунд, как в кино. Теперь он безжизненно лежит на ковре, его глаза все еще открыты, а тело изогнуто под странным углом.

А мне приходится заставлять себя прислушиваться к разговорам вокруг.

– …Никто не знает, что он был здесь. Какое отношение к этому имеет кровь?

– Потому что кровь всегда имеет значение. Вы что, никогда не смотрели ни одной серии «Места преступления»? [4]

– Если они смогут отследить его до этого места…

– Найдется пятьсот свидетелей, которые подтвердят, что видели, как он танцевал с Уиллоу, а затем покинул клуб. В его поведении не было ничего подозрительного.

4

«C.S.I.: Место преступления» – американский телесериал о работе сотрудников криминалистической лаборатории Лас-Вегаса.

– Она не покупала себе выпивку, и, возможно, они не знают ее имени.

– На входе в «Прайм» требуют предъявить удостоверение личности, придурок! Уверен, у них есть видеозапись.

– В таком случае на записи видно, как Майлз выносит ее из клуба. Это подтверждает ее алиби. Если, конечно, он захочет участвовать в этом деле, в чем я сильно сомневаюсь.

Я отворачиваюсь от тела человека, который мог бы стать потенциальным насильником Уиллоу.

– Конечно, я ее алиби, – говорю я, и мои друзья замолкают.

Джейкоб пришел сюда первым. Он вошел в комнату в бахилах, которые надел поверх ботинок, и бейсболке, низко натянутой на лицо. Затем он попросил меня тоже надеть бахилы, объяснив, что если мы случайно наступим на кровь, то рискуем выдать себя, после чего посмотрел на меня и скривился от увиденного. Я был весь в крови. Брызги оказались довольно сильными, но я не отпрянул, даже когда вытаскивал нож, потому что был слишком занят, наблюдая за реакцией Уиллоу.

Следующим пришел Грейсон. С момента своего появления он остается таким же немногословным, как и я. Он стоит в этих проклятых бахилах, засунув руки в карманы, и, в отличие от меня, не хочет, чтобы даже отпечатки пальцев связывали его с этим местом. Я его понимаю. Если Грейсон оставит здесь какие-либо улики, указывающие на него, ему придется прибегнуть к помощи Вайолет, что сделает ее соучастницей. А этого он ни за что не допустит.

Мой брат и Стил пришли вместе. Нокс, как обычно, ведет себя чересчур эмоционально и говорит больше всех. Но его реакция вполне предсказуема. Как и то, что большинство споров возникает между Стилом и Ноксом. Они, как и все мы, за исключением Джейкоба, совершенно не разбираются в трупах. Да и откуда нам это знать? Мы же не убиваем людей. Обычно мы лишь наносим им серьезные травмы или калечим.

– Нам нужно убрать отсюда тело, – говорит Джейкоб, – если только ты не хочешь вызвать полицию и сообщить, что обнаружил его.