Сколько стоит любовь?
Шрифт:
Мужчина восседал за своим большим столом и смотрел на меня, слегка опустив лицо.
– Явилась, – хмыкнул он, оглядывая меня пристальным взглядом, будто искал на мне дефекты.
– Я пришла забрать свою трудовую.
Он поднял бровь.
– Девочки сказали мне подождать и не посылать к тебе ребяток, говорили, что ты совестливая и сама придёшь. Не ошиблись.
Я гордо вздернула подбородок, а внутри от страха затряслись поджилки. Он влёгкую мог попросить своих шестерок скрутить мне руки и закинуть в подсобку, а те бы в свою очередь не погнушались надо мной надругаться. И на этот случай я оставила машину у
– Отчаянный поступок, согласна. Я не собиралась приходить. Но мне нужна моя трудовая книжка.
– Расчёт тоже хочешь получить? – издевательски осведомился он. От этих слов так и сквозило скрытым подтекстом. – Или Александр тебя неплохо отблагодарил?
Ну, вот, теперь хотя бы буду знать имя мужчины, с каким провела свою первую ночь…
– Между нами ничего не было. Я рассказала ему об операции и Лизе, он не прикоснулся ко мне. Поэтому твоих денег я не взяла. Зато он оплатил сестре лечение.
– Какое благородство! А в городе говорят о другом.
– Мне все равно, что они говорят. Лариса или Марина наверняка первыми же распустили слухи, когда увидели, как мы выходили с ним из ресторана.
– Получается ценник и предложение ещё актуально?
– Нет. Деньги мне не нужны. Я просила их для Лизы, а не для себя. Александр оставил свой номер и сказал, в случае проблем звонить ему.
Я блефовала, но другого выбора у меня и не было. С волками жить… Вот я и пыталась выжить.
– Может быть, и причину ты знаешь, почему он так спешно уехал из города?
Я уставилась в холеное лицо: одни горящие глаза и дразнящие интонации.
– Обещал скоро вернуться и потребовать от меня расплаты.
Ещё одна ложь и отсрочка, а в глазах мужчины загорелся азартный огонь после этих слов. Но эта ложь гарантия, что меня не будут трогать какое-то время, пока вся правда не вскроется. А потом я уже уеду отсюда, и об этой истории забудут. Никто за мной в Москву не поедет. Ильнур достал из ящика стола мою трудовую и швырнул в меня, прожигая гневным взглядом. Маленькая серая книжка упала мне под ноги, словно она была мусором.
– Вон пошла и считай, что я тебе поверил. Но ненадолго. А пока проверю все твои слова. – Ильнур рассеяно провел рукой по волосам и кивнул мне на дверь.
Мне не нужно было повторять два раза. Оказавшись в машине, я отъехала от ресторана на порядочное расстояние и, прижавшись к обочине, включила аварийку, чтобы перевести дыхание. Только сейчас поняла, что я легко отделалась, а мой план сработал. Ненадолго. И пока лучше не выходить лишний раз из дома и не показываться Ильнуру на глаза, чтобы не напоминать о себе.
Сегодня должны были делать операцию сестре, мама позвонила ещё утром, сказала, что Лизу отвезут через час в операционную. День операции совпал с первым экзаменом, и я нервничала и переживала так сильно, что думала, завалю всю подготовку. В голове смешалось все, что учила и читала накануне, потому что думала только о сестре. Получив хорошую оценку, я вернулась домой и не успела войти в него, как позвонила мама и сказала, что все прошло хорошо и теперь она ждёт, когда Лиза придёт в себя. У меня слезы на глаза навернулись и я, наконец, получила долгожданное облегчение, что все наши
Но все не могло быть хорошо на всех фронтах. Закон подлости, не иначе. На следующий день, когда я возвращалась из колледжа домой, рядом притормозила большая чёрная машина, опустилось стекло, и я увидела лицо Ильнура, которое частично было скрыто за темными очками в серебряной оправе. У меня сердце пропустило удар, а потом забилось как сумасшедшее, и в голове зашумело от страха. Мне давно уже хотелось уткнуться в чьё-то надёжное плечо и почувствовать себя уверенной и защищённой. Но последний раз такое со мной было в детстве, когда отец ещё был жив. А на деле жизнь будто проверяла меня на прочность.
– Ну что, козочка, погуляла на вольных хлебах? Садись в машину, разговор есть, – с насмешкой произнёс Ильнур.
– Нет! – мои ладони покрылись испариной. Я ужасно боялась Ильнура.
– Не обижу. Садись, – криво усмехнулся мужчина, заметив, как я съежилась. Но я снова покачала головой из стороны в сторону.
– Выходи, и поговорим на улице. Людей почти нет, – а то, что нас увидят вдвоём… Да плевать! Мало ли что мы могли обсуждать. Может он о здоровье сестры подъехал меня расспросить?
– Ты на глазах превратилась в дикого волчонка, научившегося скалить зубы на руку, которая тебя долгое время кормила. Нашла новую кормушку? – не без ехидства осведомился он.
– И даже более того – скоро поеду к этой кормушке в город.
– Неужели будешь содержанкой при богатом молодце? Юлишь ты что-то, Таисия, не похоже на тебя… Ну да Бог с тобой. Наводил тут о тебе недавно справки один человечек.
А у меня снова сердце подпрыгнуло в груди, и я подумала о своём незнакомце.
– Попросил встречу устроить. Заплатить обещал хорошо. Уж не знаю, на какой цене вы разошлись с Александром. Но Багров обещал приличные деньги.
Меня затрясло от гнева. Но ведь нечто подобное и следовало ожидать… А то размечталась о небесных кренделях.
– Ну, что молчишь и смотришь как на врага? Отказы такие люди не умеют и не любят принимать, а мне ну очень нужны хорошие связи…
– Я… не могу, – выдавила из себя эти слова, чувствуя, как от отвращения и злости поднялся каждый волосок на моем теле. – У меня договорённости с Александром. И, в отличие от тебя, он не стал торопиться с решениями, а дал мне время прийти в себя и дождаться результатов операции сестры. Поэтому сам договаривайся со своим Багровым и определись уже, кто тебе важнее. Но так дела не делаются, – моя решимость таяла с каждой секундой, и я думала, что сегодня у меня уже точно не получится выйти сухой из этого разговора. Потому что я исчерпала все доводы и не знала больше, о чем врать.