Сказки
Шрифт:
Воронуша, когда узнал об этом, сказал с восторгом:
— Прра-вильно! Кррасота!
УСПЕХ ТРАВА
Юрт-Акбалык — Новосибирск
1988 г
Говорит автор
ВСТУПЛЕНИЕ
Мне
Только не знаю, как об этом рассказать, потому что случай слишком уж странный, слишком уж необычайный, слишком уж удивительный и говорить о нем надобно по-особенному.
Сначала я надумал написать стихотворение и даже нашёл смешную рифму — «Карамелъкина — пустомелькина». Но потом решил: нет, стихи тут не годятся; дело слишком серьёзное.
Тогда я сказала: напишу-ка пьесу! Да, пьеса тут была бы в самый раз. Одно плохо: смотреть пьесу в театре, где играют артисты, — интересно. А читать пьесу в книге — немножко скучновато.
Ну, что ж, — подумал я. — Если пьеса не подходит, значит, надо написать сказку!
И как только я это подумал, так в ту же секунду сказка сама по себе стала сочиняться.
Стала сочиняться большая сказка. Такая большая, что я даже отсюда — с первой страницы, не вижу, чем дело закончится.
Итак, когда-то давным-давно…
Ах, простите, что я в самом начале останавливаюсь и прерываю сказку.
Дело в том… понимаете ли… надо сказать… Словом, вот что: не сердитесь, пожалуйста, на меня, если я иногда — честное слово, очень редко! — буду лично появляться на страницах этой книги, чтобы высказать свое отношение к здешним делам. Это будет называться «АВТОРСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ». Конечно, было бы приятнее и почётнее назвать это «авторским наступлением». Но знающие люди мне сказали, что автор ни в коем случае не имеет права наступать; потому что автор не солдат, а писатель, у него в руках не автомат, а перо.
Но если в каком-нибудь месте нашей сказки начнётся авторское отступление, то вы должны будете сразу же узнать автора в лицо. А то могут выйти разные неприятности — вы станете спрашивать: кто это там отступает? Какое он имеет право отступать, когда сказка идёт вперёд? Начнётся неразбериха, путаница, даже крики…
Вот как автор выглядит: среднего роста, седой (он давно уже дедушка); глаза у него обыкновенные — иногда грустные, иногда весёлые. Он любит глупенькие песенки, вроде этой:
«Тирлим-пом-пом! Тирлим-пом-пом! КомпотНадеюсь, теперь вы сразу же узнаете автора при любом его ОТСТУПЛЕНИИ.
Начинается сказка! Внимание!.. Итак…
Глава первая
ШКОЛЬНАЯ ВЕДЬМА
Когда-то, давным-давно, жила-была маленькая фея.
Она, действительно, была очень маленькая — чуть побольше карманного радиоприёмника. Её имя тоже было небольшое, короткое: Кика.
Фея Кика была хорошенькая и весёлая. Она всё время порхала над цветами в нарядном голубом платьице.
Да-да, порхала, как бабочка. Потому что маленькие феи, так же, как и новорождённые младенцы, ходить ещё не умеют. Только младенцы ползают на четвереньках, а феи порхают. У них за спиной есть такие прозрачные крылышки, чтобы легче было перелетать с цветка на цветок.
Шли годы… Может быть, двадцать лет прошло, а, может быть, и двести или пятьсот. Кто их считает, эти годы, когда они идут один за другим. Кика сначала стала взрослой и, как у всех взрослых, крылья у неё отпали. Но зато выросло имя; оно стало длиннее — фею Кику теперь с уважением стали называть Кикимора.
И, наконец, она состарилась и превратилась в ведьму. Да-да! Не удивляйтесь: все старые ведьмы в молодости были прелестными феями. Спросите кого угодно.
Только носить почётное звание «Ведьма»- дело вовсе не такое простое, как кажется. Ведьме многое надо уметь: притворяться, обманывать, внезапно исчезать и появляться там, где тебя не ждут; и вообще, надо уметь ловко делать всякие фокусы…
Некоторые ведьмы считают, что их главная обязанность — пугать людей. Они говорят: «Если не умеешь так напугать человека, чтобы у него со страху глаза на лоб полезли, — то лучше и не называй себя ведьмой».
Представьте себе — Кикимора не любила пугать. Вернее: любила, но не очень. Она ни разу не испугала девочку, маленького мальчика или старенькую бабушку.
Нет, Кикимора была не злая ведьма.
Но любила она пошутить, и до слёз хохотала, когда после её шуток люди рот раскрывали от неожиданности, не понимая, что произошло.
С другой стороны, ей очень нравилось, когда про неё говорили что-нибудь хорошее, например: «Смотрите-ка, старая ведьма, а жить людям не мешает». Да, такое слышать про себя каждому приятно.
Так вот, всё началось с того, что холодным осенним вечером шла однажды по городу преподавательница музыки из нашей школы. Звали её Берта Мольбертовна, а ребята (конечно, между собой) называли её сокращенно и довольно музыкально — Бемоль. Мы с вами иногда тоже будем так её называть, надеюсь, она не обидится на нас за это.