Сказка
Шрифт:
– Так нажми на малюсенькую кнопочку на пятке.
Света не стала спрашивать, на левой или на правой, а крепко нажала сразу на двух. Результат превзошёл все ожидания: Света попала в джунгли.
Со всех сторон доносились шорохи и хлюпанья. Тут Света напряглась: из-за стволов и с лиан прямиком к ней двигались зловещие серые фигуры. Девице было суждено столкнуться с местными обезьянами! Подойдя к Свете вплотную, обезьянья стая, визгливо хихикая, стала к ней приставать.
– Кыш, пшшшли прочь! Вон!
– закричала девица, но на обезьян эти возгласы не произвели ни малейшего впечатления.
И
– Опять Бандерлоги!!!
– из кустов выскочили Маугли и Тарзан в шортиках, сшитых из пальмовых листьев.
Им ничего не стоило разогнать обезьян на все сто сорок четыре стороны. К тому же Тарзан и Маугли вели жизнь что ни на есть естественных, слитых воедино в окружающей средой людей, и поэтому особым природным чутьём они угадали, что перед ними - та самая Света, одна из освободивших зверей из зоосада трёх Толстяков.
До утра они втроём качались на лианах, на рассвете ели тропические фрукты, а в полдень дразнили попугаев. К вечеру девица спросила:
– Вы не в курсе, отсюда до острова Нетинебудет далеко?
Диковатые юноши наперебой стали объяснять, что не очень, что надо только выйти на южное побережье, и оттуда уже будет виден остров. А ближайшую к острову точку берега найти так вообще проще простого: там обычно принимает солнечные ванны тикающий крокодил - тот, который однажды откусил капитану Крюку руку с часами и с тех пор за ним охотится (вкусный попался пират!).
– Крокодилий звук я, надеюсь, услышу, - произнесла Света, - но не заблужусь ли я на самом пути к южному побережью?
– По правде говоря, мы более-менее представляем дорогу туда...
– не очень уверенно начал Маугли.
– ...Но сами никогда там не были, - подхватил Тарзан.
– Нам больше нравится купаться в Гиппопотамском болоте.
– Мы, конечно, готовы тебя проводить...
– снова заговорил Маугли. Известно, что туда ведёт тропа индейцев. Они периодически приплывают сюда на охоту на своих пирогах.
– А на острове они почему не охотятся?
– Племя чаще всего промышляет именно там, но иногда им мешаются мальчишки во главе с Питером и пираты Крюка, - пояснил Тарзан.
– Хорошо, - смирилась Света.
– Давайте сопровождайте меня.
Но вдруг непонятно откуда прозвенел голос:
– Не суетитесь, малыши! Девушку провожу я, и не только доведу до берега, но и переправлю на Нетинебудет.
– Что-то знакомое...
– сосредоточился Маугли.
– Да это же Тигровая Лилия!
– воскликнул Тарзан.
Кусты расступились, и к троице бесшумно подошла дочь вождя краснокожих.
– Значит, я теперь под твоей ответственностью?
– спросила Света.
Тигровая Лилия кивнула. Она вообще была немногословна, как и все индейцы. Только уже когда между деревьями заблестели, освещённые луной, золотистый песок и морская вода, дочь вождя изрекла:
– Теперь ты, бледнолицая сестра моя, должна получить новое, здешнее имя. Я стану звать тебя Жизнерадостная Ромашка.
Честно говоря, Света рассчитывала попасть на побережье до наступления темноты. Но, как
Света уселась на песок и принялась вглядываться в море. В сиянии луны чётко вырисовывался силуэт Крюковского корабля "Чёрная Каракатица". Света постучала посудой о землю, думая разбудить Джинна. Никакой реакции... Тогда девица зачерпнула в бутылку солёной воды - и Джинн явился, сонный и отфыркивающийся. Не обращая внимания на его раздосадованную физиономию, девица попросила бинокль. Джинн выполнил желание и отправился досматривать сны, а Света стала изучать корабль...
Был штиль. Судно стояло на якоре. В свете луны скрещенные кости и черепушка на пиратском флаге зловеще белели. На носу сидела компания ночных дозорных. Четверо играли в карты, пятый точил кинжал, а шестой читал книгу. Им ни до чего не было дела. Свете наскучило торчать на берегу, и она преспокойно поплыла к "Чёрной Каракатице".
Девица добралась до корабля и уцепилась за какой-то канат. Надо было начинать разведку. И тут Свете бросился в глаза блуждающий огонёк над самой тёмной частью палубы. Она подкралась поближе и разглядела Питера Пэна. Он примостился на борту и, свесив ноги вниз, ловил рыбу. Соответственно, порхающим огоньком была фея Динь-Динь.
Света обрадовалась. Ей захотелось затопать, застучать бутылью о какую-нибудь тумбу и закричать: "Привет, Пит! Давно не виделись! Как дела?" и всё в таком духе. Но она вовремя заметила, что к Питеру, держась в тени, кто-то коварно подкрадывается. Этот "кто-то" был капитан пиратов, державший наготове свою крючкообразную конечность. Тогда девица затопала и с возгласом "Питер, сматывай удочки и сам сматывайся подобру-поздорову!", потрясая посудой (бедняга Джинн!), преградила капитану Крюку путь. Тот опешил, и его крюк от неожиданности покрылся ржавчиной. Пират аккуратно протёр металлическую конечность кружевным платочком.
Света спряталась в подвешенной к боку корабля шлюпке. Там же скрылся и Питер - бывают ведь совпадения! Динь-Динь, чтобы не сверкать, забилась к нему в карман.
– Что ты собираешься делать?
– шёпотом спросила девица Питера.
– Чуточку подоводить капитана!
– звонко отозвался мальчик.
– Тише!
– пискнула феечка из кармана.
– Питер, милый, да подоканывать Крюка ты всегда успеешь, - умоляюще заговорила Света, - никуда он от тебя не денется. Пожалуйста, сделай одолжение - отыщи Лягушку-Царевну!.. А я тебе подарю что-нибудь...
– Лягушка-Царевна!? Подарок?!
– оживился Питер.
– Лечу. Ой, всю пыльцу сдуло бризом...
– и Питер, выхватив из кармана Динь-Динь, стал немилосердно её трясти. Фея отчаянно отбивалась. Мальчик не придавал её сопротивлению никакого значения. Казалось, он вот-вот начнёт использовать её, как тюбик пасты...
– Погоди!
– вскричала Света; во-первых, она пожалела Динь-Динь, а во-вторых, в её голове вдруг вырос некий план. Девица крепко ухватила Пита за руку: - Подожди малёк, мне надо ещё кое-что устроить...