Сказка о том, как Иван женился...
Шрифт:
— Это Френсис. Он здесь родился и живет, — голос Димыча на фоне других звучал, как чарующая флейта. — Он говорит, что за нами может приехать его брат и за десять евро отвезти нас в отель для европейских туристов. Хенрик, у нас есть десять евро?
Хенрик оторвался, наконец, от созерцания Всемирного наследия ЮНЕСКО, включенного в список Новых семи чудес света, и лаконично сообщил:
— Есть. На карте. Нужен банкомат.
..Через полчаса их привезли в действительно хороший отель «Hacienda Kaan Ac» на окраине Вальядолида и, сняв «виллу с видом на сад», путешественники рухнули
Вечером, несмотря на протесты и белый цвет лица (больше от страха, чем от боли), Иван был отвезён в госпиталь и многострадальная рука наконец попала туда, куда должна была – в гипс. А заодно под инъекцию обезболивающего. После чего умиротворенно заткнулась. Жизнь налаживалась.
А когда после пива и больших сочных кусков мяса Димон осмелел настолько, что попросил Ивана разрешить ему самостоятельно принимать решения по спасению отряда, у младшего Курчатова появилась уверенность, что все будет хорошо.
— Только в рамках уголовного кодекса, — законопослушно хмыкнул сын служителя слепой Фемиды.
***
Ранним утром следующего дня Хенрик, лёжа в шезлонге, любовался окружающим пейзажем, полной грудью вдыхая запахи экзотических растений, щедро высаженных вокруг руками заботливых садовников. Птичья многоголосая трель, доносившаяся из глубины кустов и пропитанное яркой синевой безбрежное небо, похожее на далекий океан, создавали ему душевное единение с природой, которое индийские мудрецы прозвали санатана-дхарма.
Он рассеянно посмотрел, как тропическое солнце торопливо поднимается над бесконечными Лакандонскими джунглями, хранящими в своих зарослях последних ягуаров и развалины городов древних забытых культур, простирающиеся от мексиканского штата Чьяпас через всю Гватемалу куда-то к Амазонии. Подумал о том, что экологи и «зелёные» врут про массовую вырубку кислородо-производящего клондайка в заповеднике Montes Azules… и что, кажется, смена часовых поясов его доконает. Он опять не выспался!
Давно проснувшийся инопланетянин Димон удрал - взламывать на стареньком отельном компьютере сеть нелегальной торговли изумрудами. Ещё вчера их пятикилограммовую добычу послали «pony express» неизвестно куда, и сегодня, по утверждению «мафиозо», они должны были получить «свой навар».
Ирен взывала к разуму из далекой турецкой действительности, требуя немедленного их возвращения и пугая долгими тюремными сроками. Мудрая жена как всегда была права.
Хенрик грустно вздохнул, позавтракал стаканом сока гуавы и двумя бананами, любезно принесенными вчера в номер, и пошёл к Ивану - уговаривать его на ещё одну авантюру… то есть небольшую, но крайне любопытную прогулку.
***
Ванька успел уже встать и одеться, дожидаясь злосчастных шести часов утра («у нас-то два часа дня — обед!»), когда к нему постучали. Он открыл дверь и запустил стоявшего в маленьком коридорчике Хенрика, озарившего сумрак раннего утра в комнате подозрительно жизнеутверждающей улыбкой.
— Завтрак через полчаса, — сообщил он, протянув стакан с сомнительной розово-зелёной субстанцией.
Иван подозрительно принюхался и услышал:
— Пей спокойно, за ночь не протухло.
Что льют из пакетов, парень так и не понял и, решив поинтересоваться этим у Димыча, покорно распробовал.
— Как рука? — между тем продолжал интересоваться немец.
— Да вроде норм, — кивнул головой Ванька. — А что?
Хенрик, внезапно воплотившийся учеником иллюзиониста Кио, мгновенно развернул перед парнем туристическую - яркую и глянцевую - карту Чичен Ица и голосом Левитана приступил к промывке мозгов.
— Пещеры Баланканче! Дословно можно перевести как «трон Священного Ягуара». В каких-то 3 км от центрального храмового комплекса в 1959 году индейский сторож, охранявший Чичен Ицу от вандалов, Хосе Умберто Гомес, в старых пещерах нашел замурованный проход. Там, за этой дверью, на сегодняшний день найдено множество пещер с разнообразными - весьма интересными!
– историческими артефактами, но я не о них.
Среди множества естественных каверн обнаружен огромный грот, в центре которого стоит известняковая колонна. Майя считали, что это ось мира, связь между подземным и небесным мирами. Пещера получила название Комнаты Мирового дерева. Вот, посмотри, на трехмерной модели это выглядит так!
Ванька посмотрел на фотографию перекрещивающихся, вьющихся и параллельных зелёных мерцающих лучей, уходящих в бесконечность, и выпалил:
— Карта перемещений!
— Вот именно, — удовлетворенно констатировал ... деятель от науки.
***
Найдя Димона и почти насильно изъяв его из-за компьютерного стола, мужики, обмениваясь заговорщицкими улыбками, приступили к завтраку. После двух омлетов, каши и пяти бутербродов Дима стал воспринимать действительность и, перестав просчитывать возможные варианты событий, обратил наконец свой взор к действительности.
— У нас проблемы? — прищурился он.
— Необременительная прогулка с целью приобщения к истории родной планеты, — коротко повторил рассказ Хенрика Ванька.
— Если бы здесь был дядя Андрей, — осторожно начал Дима, — то он бы спросил...
— Тебе пять или шесть ложечек сахару?..
— Три, но шоб я видел! — вздохнул Димон и согласился.
***
Где-то в темноте южной ночи звонил телефон. Звонок пронзительно вонзался в уши и отдавался боем кремлевских курантов глубоко в голове. Андрей Дмитриевич пошарил на тумбочке, спихнул на кафельный пол причину резкого пробуждения и, матюгнувшись, включил ночник. Телефон продолжать взывать к абоненту, противно вибрируя на полу. Сонная марь постепенно рассеивалась, за окном брезжил рассвет.
— Я слушаю?
— Пап, привет, сколько у вас времени? – жизнерадостно зачирикал подозрительно бодрый сын.
— А ты позвонил за этим? — поинтересовался окончательно проснувшийся отец. — У Димона выясни. Он у нас энциклопедист.
Димон, видимо, не стал ждать, пока к нему обратятся, и наглядно это время указал, потому что в голосе Ивана прорезались виноватые нотки:
— Ну, извини. Но тут срочное дело.
— Ну, говори уже! — буркнул прокурор, осознав, что поспать ему все равно не дадут.