Сказка о молчаливой девушке

Городенцева Елена

Сейчас же поспешим, иначе к дому

Тропу при звёздном небе не найдём».

Прекрасная вновь сделалась старушкой,

Видения растаяли, как дым,

А луч повёл двух женщин из пещеры,

И вдруг, на полпути столбом застыл…

Внезапная такая остановка

Сейчас была молчавшей не ясна.

Одна хозяйка храма понимала,

Что слишком долго девушку ждала.

Луч дальше не пойдёт. Через

мгновенье

Угаснет до утра приятный свет,

И чтоб дойти до выхода, придётся

При гостье всё же вскрыть один секрет.

Конечно, делать это не хотелось.

Из храма могла девушка сбежать.

Пока один лишь луч, по разрешенью

Дорогу в темноте мог указать.

Теперь уж, опоздав на три минуты,

Придётся осветить тоннель другим,

Секретный «ключ» произнеся негромко,

Делясь с гостившей самым дорогим.

И тут раздалось ясно: «Дух пещеры,

До выхода дорогу освети!

Пожалуйста, не строй в пути препятствий,

По-доброму наружу отпусти».

Поверхность стен приятно заискрилась,

Явился необычный мотылёк,

Который источал лучи крылами

И ими осветить дорогу мог.

Вы спросите, чего ж бояться было,

Раз девушка безмолвною была?

А дело в том, что в том луче стоящем

Она бы разговаривать смогла.

Несчастная пока ещё не знала,

Об этом. И издала в луче вздох,

Что улетел в пещеру лёгким эхом,

А дальше – тишина… Ходьба без слов.

В лесу уже заметно вечерело.

Вот-вот взойти должна была луна.

Две женщины, конечно же, спешили

Вернуться в дом скорее дотемна.

И вдруг девица, вспомнив о лосёнке,

Не зная, как то можно показать,

Взяла старушку за руку легонько

И отстранилась, чтоб травы нарвать.

Растения росли здесь пышной шапкой.

То времени немного заняло,

Но было странным, что в лесу тотчас же

Вдруг стало неожиданно светло.

И путь дальнейший стал для них приятен,

Была заметна скрытая тропа,

Их больше не пугали видом волки,

Что встали на пути у них вчера.

Ведущая чего-то выжидала,

Не думая пока что пояснить,

Что лес на самом деле освещало

И часто ль так могло происходить?

А девица достала свой сухарик,

Лосёнку его дома отдала,

Как малого ребенка, приласкала,

И бережно за шею обняла.

Малыш

в ответ лизнул девице щеку,

И кожа стала в месте том иной,

Не сморщенной, не черной, а обычной.

Натянутой, упругой, молодой.

Но это был лишь маленький участок,

Невидимый для девушки пока.

Ей было лишь заметно, что хозяйка

Довольна непонятно чем была.

Пришёл к девице сон сегодня быстро,

Хоть мыслей в голове родился рой.

Она всю ночь во сне своём гадала

Кто был жених, назначенный судьбой?

И как вести себя? Купец ведь должен

Её сам в этом месте отыскать!

Она молчит… А кто был наречённым,

Никто не мог несчастной рассказать.

Ах, да! Она не смела улыбнуться,

Пока он не вернётся. Потому

Выходит, если он среди видений,

То значит, в том числе даже ему.

Возможно, он её так проверяет?

Всё стало становиться на места.

Она его раскроет. Пусть он видит

Что ей дана не только красота,

А также в том числе и верность слову.

Она впредь будет более строга,

Лицом своим серьезна и сурова,

Хотя такою раньше не была.

Меж тем, теперь девица понимала,

Как важно теплотою своих рук

Суметь сказать, что было б очень важно,

Ничто не говоря прилюдно вслух.

И нам нетрудно будет догадаться,

Что ранним утром по дороге в храм,

Она хотела выказать серьёзность

Буквально ко всему, даже к цветам.

Однако ветви развела свободно,

Глазам, открыв сокрытый ими вход,

И быстро убрала колючий холод,

Представив, что душа её поёт

Песнь о любви, как делала то мама,

Когда свивала тоненькую нить,

Когда слезинки тихие роняла,

Как будто в песне начинала жить.

Старушка вид давно уже сменила.

Тепло распространилось на неё.

Она была довольна, хоть девица

Лицо держала в строгости своё.

И так как камень ощутил мгновенно,

Идущие потоки доброты,

Второй урок настал сегодня раньше.

Девицу в зал особый отвели,

Где, как вчера, на лавках восседали

Прозрачные невзрачные тела,

Внутри которых был, похоже, воздух,

А может быть стоячая вода…

В момент сей, это было и неважно,

Ведь целью было, среди них пройти,