Сказительница
Шрифт:
– Он жив, – заверила Хиана. – Но… он очень слаб, Эйдрис. Мама пользуется своими лекарскими познаниями, но не знает, удастся ли его спасти.
Нахлынули воспоминания, и Эйдрис подняла голову. Не обращая внимания на попытки Хианы и Фирдуна остановить ее, сказительница села.
– Вода! – воскликнула она, дико оглядываясь в поисках сумки. – Вода в моей фляжке! Это вода из источника Нив. Может, она спасет его!
Фирдун что-то протянул ей.
– Эта фляжка?
– Да! – Эйдрис энергично схватила
Девушка решительно откупорила фляжку, поднесла к губам. Принялась пить, считая глотки. Позволила себе сделать только пять.
Благословенное действие воды источника она почувствовала почти сразу. Через минуту Эйдрис смогла без помощи встать и уверенно прошла по двору к тому месту, где Джойсана и Сильвия склонялись к лежащему кеплианцу.
Подойдя к ним, Эйдрис с ужасом увидела, что рана на ноге Монсо открылась. Нога была покрыта свежей и засохшей кровью. Жеребец, должно быть, пробежал много лиг с открывшейся раной, а она не увидела этого в темноте.
– Монсо… – прошептала она, опускаясь рядом с ним и гладя его шею. Он лежал неподвижно, едва дышал. Эйдрис почувствовала, что на глаза ей снова наворачиваются слезы, и решительно отогнала их. Слезы не помогут Монсо, но вода из источника Нив может помочь!
– Джойсана… Сильвия… – Она пожала руки женщинам, которые вырастили ее. Для объятий и приветствий будет время позже, когда они сделают все возможное для Монсо. – У меня есть кое-что, что может помочь, – сказала она, протягивая фляжку. – Он слишком слаб, чтобы проглотить, поэтому мне придется вливать ему в глотку, а вы поднимайте голову.
– Вода? – спросила Джойсана. Эйдрис увидела, что мудрая женщина прихватила с собой сумку с лекарствами. Рана была уже очищена. Рядом на чистой тряпке лежала изогнутая игла и нитеобразное сухожилие антилопы. – Что за вода? Чем поможет ему простая вода?
– Это не простая вода, – объяснила сказительница. – Она из источника Нив. И обладает сильным восстановительным действием. – Она протянула руки ладонями вверх. – Я сама немного выпила, и смотрите, как она помогла мне. Иначе я не могла бы встать на ноги, как сейчас Монсо.
Джойсана оценивающе посмотрела на нее, потом быстро кивнула.
– Фирдун! Хиана! – позвала она. – Идите сюда, помогите поднять ему голову, чтобы Эйдрис могла напоить.
Пришлось поднимать голову Монсо втроем, чтобы он мог глотнуть. Эйдрис обеими руками раздвинула челюсти бессознательного животного. Оттащив язык в сторону, она достала пробку из фляжки и осторожно налила воду в пасть мимо крупных зубов.
Налила… потом стала тереть горло Монсо, пока он не глотнул рефлекторно, налила еще.
На этот раз Монсо глотнул самостоятельно.
Монсо открыл глаза и снова закрыл. Жеребец застонал, но не очнулся. Однако дыхание его стало сильнее и отчетливей, и Джойсана, которая держала руку у него на груди, возбужденно подняла голову.
– Сердцебиение усиливается!
Сильвия приложила голову к плечу жеребца, потом посмотрела на подругу, в ее огромных круглых глазах было предупреждение.
– Действительно! Лучше зашей рану, пока он без сознания, Джойсана!
Кивнув в знак согласия, Мудрая Женщина принялась за работу, снова очистила рану, потом соединила ее края, стянула их вместе и зашила осторожными точными стежками, завязывая каждый отдельно.
– Эйдрис, мне не терпится узнать всю историю, – говорила Джойсана, работая и не поднимая головы.
Сказительница вздохнула.
– Так много произошло, что я не знаю, с чего начать! О, Джойсана… мы должны спасти Монсо, если это возможно. Это конь Алона… а Алон сейчас может быть в страшной опасности! Надо ему помочь!
Джойсана быстро искоса посмотрела на нее.
– Кто такой Алон?
Эйдрис ничего не могла с собой поделать: она покраснела. Фирдун и Хиана, сидевшие поблизости, задумчиво переглянулись.
– Алон… – краснея, начала девушка. – Он… он хозяин Монсо, этого кеплианца. Он мой друг.
Мудрая женщина слегка улыбнулась и ласково посмотрела на свою приемную дочь.
– Друг, – мягко повторила она.
Эйдрис была очень занята, проверяя, плотно ли закрыта фляжка.
– Он посвященный и помог мне в поиске лекарства для Джервона. – Она похлопала по карману куртки Алона, в которой лежала шкатулка. – У меня оно с собой. Милостью Гунноры оно…
Она услышала стук копыт на ступеньках и повернулась. Все повернулись и увидели спускающегося Керована. Повелитель Кар Гарудина принадлежал к Древней Расе; к тому же он был явно не совсем человеком. Глаза у него янтарного цвета, с косыми необычными зрачками, а ноги заканчивались не ступнями, а копытами. Во всем остальном он был человеком, с черными волосами и лицом, типичным для представителя Древней Расы. Эйдрис раскрыла рот и снова закрыла.
– Керован, ты не должен выходить из-под защиты! Может быть, как раз сейчас Яхне заколдовывает тебя!
– Я не мог оставаться внутри! – раздраженно ответил ее приемный отец, крепко обнимая ее при этом. После опасностей ночи замечательно было ощутить его силу и тепло. Эйдрис, прижавшись к нему, почувствовала, что вот-вот снова потекут слезы. Но тут он отстранил ее и посмотрел в лицо. – Эйдрис… Дочь… ругай меня, если нужно, но во имя Девяти Слов Мина, скажи, что произошло сегодня ночью!