Скандал
Шрифт:
И кто-то стоял за моей входной дверью и дергал ручку. О, нет, нет.
Сочетание было слишком сильным, и я издала крик, который мог бы разбудить мертвого. О, боже. О…
В дверь снова забарабанили, и я не знала, что, черт возьми, делать.
— Седона, открой дверь.
Что? Это был Джонни. О, боже. Я понятия не имела, что делать в этот момент.
Открыла рот, чтобы возразить, попытаться заставить его уйти, но ничего не вышло. Внезапно ручка повернулась, и я была вынуждена снова прикрыть рот рукой.
—
— Просто уходи. — Отлично. Мой голос дрожал. Меньше всего хотела, чтобы он был в моем доме. Это нужно было прекратить.
— Я серьезно, Седона. Открой. Эту. Дверь. Сейчас же.
Зашипев, по опыту знала, что он выполнит свою угрозу. Но не позволю ему взять надо мной верх. Волна гнева захлестнула меня, когда я отперла дверь и распахнула ее настежь. Затем, не раздумывая, бросилась вперед с ножом, держа его всего в нескольких дюймах от его яремной вены.
— Черт! — Джонни схватил меня за руку за долю секунды до того, как я вонзила в него лезвие. — Что происходит? Отпусти нож, Седона. Просто отпусти. Это я. Я не причиню тебе вреда.
Когда поняла, что натворила, ахнула, но не отпустила его.
— Просто убирайся, Джонни, пока я не причинила тебе боль.
— Ты не причинишь мне вреда, cherie.
— Ты не можешь быть здесь.
— Но я здесь. Мы нужны друг другу.
— Нет. Нет...
Его взгляд был гипнотическим. И я хотела его так же сильно, как, казалось, он хотел меня. О, боже. Что мне оставалось делать?
***
Джонни
Видеть ее такой расстроенной было невыносимо. Должно быть, произошло что-то ужасное. Планы нужно было менять, я чувствовал это всем своим существом.
— Брось нож, mon amore. — Я услышал грубость в своем голосе, мрачный приказ. Она дрожала так сильно, что могла запросто порезать меня. Хотя такое случалось в моей жизни много раз, в данный момент это было последнее, что мне было нужно.
— Ни за что, — прошипела она.
— Тогда ты умрешь, и это будет не от моей руки. Ты меня понимаешь?
— Я воспользуюсь своим шансом.
— Не могу позволить тебе сделать это, cherie. Это будет тяжелым грузом на моей совести.
Она горько рассмеялась, и одинокая слезинка скатилась по ее ресницам. Все, что я хотел сделать, это обнять ее, чтобы обеспечить ее безопасность. Осторожно шагнул вперед, не сводя глаз с оружия. Когда она взмахнула им, лезвие было чертовски близко к тому, чтобы порезать меня. Я отскочил назад, но не позволил ей оттолкнуть меня.
Однако, когда Седона опустила глаза, я украдкой бросил на себя быстрый взгляд. Будь я проклят, если она не умудрилась поранить мне грудь, и
— Значит, так тому и быть. — Она раскачивалась назад-вперед, пытаясь решить, что делать.
— Ты в опасности, cherie. Позволь мне позаботиться о тебе.
— Этого не случится.
— Ты принадлежишь мне. Ты это знаешь.
Она рассмеялась, несмотря на то, что ей пришлось пережить, это было очень тяжело.
— Больше нет. Я видела картины твоего мира, насилия и кровопролития, и не хочу в этом участвовать. Это мой дом. Моя жизнь. То, что произошло, было ошибкой.
Когда она прижала кончик лезвия к моей груди, я вскинул руки. Я принес ей цветы и еду на ужин. Момент был отвратительный и сюрреалистичный.
— Тогда сделай это, Седона. Покончи с моей жизнью. Если это облегчит твою, устранив нашу потребность друг в друге, тогда сделай это.
— Я ненавижу тебя, — процедила она сквозь стиснутые зубы, отводя руку.
Я хотел сказать ей, что знаю, что это не так, но не было смысла разжигать в ней еще больше страсти. Мне нужно забрать у нее этот чертов нож.
— И я обожаю тебя, mon amore. Вместе мы найдем свое предназначение. Ты станешь моей до скончания веков.
Я почувствовал, что ее снова охватывает паника. Седона замахнулась, и я затаил дыхание, готовый выбить нож у нее из рук. К счастью, нож выскользнул у нее из пальцев и со стуком упал на пол, и она стала еще больше обливаться слезами.
— Джон-ни...
— Все хорошо, детка. Все будет хорошо.
По ужасному выражению ее лица я понял, что ей угрожали. И я поставил перед собой задачу выследить ублюдка, ответственного за это. Насилие и кровопролитие в моем мире. Скоро ей придется понять, что необходимо сохранять мир.
Я бы защитил эту женщину ценой своей жизни.
Да поможет мне Бог.
Седона
Безжизненная.
После того, как я чуть не сошла с ума, для меня не было другого слова.
— Мне так жаль. Нам нужно посмотреть, что я натворила, — настаивала я.
— Перестань беспокоиться обо мне.
— Я чуть не убила тебя.
— Но ты этого не сделала, cherie. Сделай вдох ради меня. Мне нужно, чтобы ты рассказала мне, что, черт возьми, произошло, что привело тебя в такой ужас.
Я попятилась, по-прежнему пребывая в ужасе. С каких это пор я стала сумасшедшей убийцей?